Том Круз. Романтический кинокрасавец, разбивший тысячи и тысячи женских сердец, — и самый успешный делец Голливуда последних десятилетий…
Приверженец скандально известной сайентологической церкви — и великолепный актер, не боящийся самых дерзких творческих экспериментов…
Но прежде всего — любимый персонаж «желтой прессы», имя которого не сходит со страниц газет и журналов.
Почему репортеры сначала носили Тома Круза на руках, а потом возненавидели?
Подделка ли домашнее порно с его участием, распространенное в Интернете?
В чем причина его громких разводов?
Каковы условия его брачного контракта с Кэти Холмс?
Вот лишь самые невинные вопросы о Томе Крузе, на которые отвечает в своей сенсационной книге знаменитый биограф голливудских звезд Йен Джонстоун!

Йен Джонстоун
Том Круз: Весь мир — театр

Пролог

Весь мир — театр. В нем женщины, мужчины — все актеры.
У них свои есть выходы, уходы,
И каждый не одну играет роль.
Уильям Шекспир. «Как вам это понравится»,
акт II сцена 7

По случайному совпадению я был приглашен кинокритиком в лондонскую «Санди таймс» в 1983 году, то есть тогда же, когда Том Круз стал известным благодаря сыгранной им главной роли в фильме «Рискованный бизнес». Его незабываемая танцевальная импровизация в духе Мика Джаггера, целью которой было продемонстрировать футболку от известной американской фирмы «Фрут-оф-зе-Лум» (ему полагалось рекламировать ее в кадре) под замечательную гитарную композицию Боба Сигера «Рок-н-ролл былых времен», произвела на зрителей неизгладимое впечатление. Фильм получился одновременно и вполне коммерческим, и обличавшим меркантильность вкусов восьмидесятых. Несмотря на юный возраст (Тому не было и двадцати), уже тогда угадывался потенциал его будущих звездных ролей. Что и подтвердилось в дальнейшем. Сегодня Том Круз — один из самых популярных киноактеров в мире.
Все последующие двенадцать лет моей работы кинокритиком я постоянно возвращался к творческой деятельности и постепенному восхождению к вершинам славы этого красивого молодого человека с идеально правильными чертами лица, сияющими голубыми глазами и убийственно-обворожительной улыбкой. Когда публика впервые проявила к нему интерес после сыгранной им роли Маверика в фильме «Лучший стрелок», я предвидел, что Том рано или поздно захочет примерить королевскую мантию Харрисона Форда (который был старше его на двадцать лет), но хотелось надеяться, что харизма Круза поможет ему создать индивидуальный и неповторимый образ своего героя на экране, а не копировать уже канонизированные идеалы. Однако я совсем не ожидал, что в дальнейшем Круз проявит действительно недюжинный актерский талант самого широкого диапазона. В том же году он берется за роль благородного жулика Винсента Лориа в фильме «Цвет денег» — сиквеле «Мошенника», где Пол Ньюмен еще тридцать лет назад сыграл роль главного героя — Эдди Фелсона. По сути дела, именно Ньюмен предложил режиссеру Мартину Скорсезе Тома на роль молодого героя, и они единогласно решили, что никто другой им не подойдет. Остановив выбор на Томе Крузе, они руководствовались тем, что для фильма необходим актер настолько талантливый, чтобы образ Винсента не померк рядом с грандиозной фигурой Пола Ньюмена. Стоит заметить, однако, что Ньюмен достаточно критически оценивал возможности Круза еще в 1984 году, когда отказался дать ему дебютную роль в фильме «Гарри и сын». В «Цвете денег» Круз, уже, безусловно, испорченный сознанием своей привлекательности, привнес в ничем не примечательный образ начинающего игрока Винсента необычайную нервозность и легкомыслие, что сделало его роль намного более выразительной и яркой.
Круз в полной мере стремился продемонстрировать свою захватывающую манеру игры на экране, противоречившую устоявшейся голливудской легенде предыдущих поколений. В «Цвете денег» он стал прекрасным партнером для Ньюмена, а затем не менее удачным компаньоном Дастина Хоффмана, уникально талантливого актера, с которым Круз работал на съемках фильма «Человек дождя» (1988). Хоффман прекрасно справился с ролью больного аутизмом гения Раймонда Бэббита. Но в роли Чарли, которая досталась Крузу, было больше динамизма, характер его героя претерпевал на протяжении всей картины колоссальные изменения — от безразличного и недовольного жизнью юнца до человека, в котором просыпается способность к сопереживанию и любви. Вне всякого сомнения, именно эта особенность фильма вообще и роль Чарли в частности вызвали такой восторг критиков Американской киноакадемии. «Человек дождя» и его актеры были обречены на успех.
Но Крузу не хотелось, чтобы публика видела в нем только блистательную внешность и обаяние молодости, что и подтолкнуло его к трагической роли ветерана вьетнамской войны Рона Ковика в автобиографической картине «Рожденный четвертого июля» (1989). Это было непросто: проблемной оказалась сама личность Ковика — человека, привыкшего бороться, сомневающегося, озлобленного, с вечным стремлением изжить горечь военных воспоминаний, да к тому же еще и с торчащими усами и длинными волосами в стиле хиппи. Ковик поначалу никак не давался Крузу, эта роль совсем не укладывалась в его амплуа. Но Том сумел перестроиться и проникнуться совершенно чуждым ему внутренним миром героя вьетнамской войны. Сам ветеран сомневался в том, что Круз сможет сыграть эту роль, до тех пор, пока однажды, посмотрев в окно своего дома, не увидел, как тот пересаживается из машины в инвалидное кресло, и тогда все сомнения в актерском таланте исполнителя у его прототипа исчезли.
Круз был еще очень молод, ему исполнилось только двадцать девять лет, когда его пригласили работать с таким признанным мэтром кинематографа, как пятидесятипятилетний Джек Николсон в фильме «Несколько хороших парней» (1992), где действие развивается на военной базе Гуантанамо-Бей, в то время уже начинавшей утрачивать статус цитадели военной справедливости. Актерская игра Джека в этой картине незабываема.
Энн Райс, вероятно, испытывала к Тому Крузу то же чувство недоверия, что поначалу и Рон Ковик, когда наотрез отказалась принимать его на роль одного из главных героев в экранизации романа «Интервью с вампиром». Среди сценаристов и режиссеров с быстротой эпидемии распространялось предубеждение, что присутствие в их фильмах восходящей голливудской звезды Тома Круза непременно все испортит. Надо полагать, что Райс смутил внешний вид Круза, никак не подходивший под описание ее героя Лестата де Лайонкура, который должен был выглядеть, по ее представлению, как Рутгер Хауэр — высокий блондин с классически правильными суровыми чертами. Но Крузу удалось преодолеть неприязнь Энн Райс, так же как в свое время Лоуренсу Оливье — критическое отношение к себе со стороны Дастина Хоффмана, когда готовился их совместный фильм «Марафонец». В обоих случаях все сомнения разрешила потрясающая актерская игра Круза и Оливье.
В 1994 году я оставил карьеру кинокритика, но продолжал следить за творчеством Тома Круза, предугадав, что его союз с Брэдом Питтом принесет грандиозный успех фильму «Интервью с вампиром», на который следовало обратить более пристальное внимание. Но в то время Джон Клиз, создатель популярных комедийных сериалов «Монти Пайтон» и «Фолти-Тауэрс», предложил мне вместе разработать сценарий фильма, который впоследствии вышел на экраны под названием «Рыбка по имени Ванда». Следующей его картиной в 1998 году стали «Свирепые создания», где нашли отражение две страсти Джона — любовь к маленьким пушистым зверушкам из зоопарка и отвращение к Руперту Мердоку, о котором он говорил: «Если бы у него была возможность скупить и испортить все существующие газеты и телевизионные каналы, он бы ею непременно воспользовался». К сожалению, мы, избравшие тогда эту тематику в качестве материала для фильма, не приняли во внимание, что не так уж много зрителей оценят нашу находчивость и заинтересуются волновавшими нас проблемами — большинству было просто не до Руперта Мердока. Конечно, мы допустили ошибку, и даже не одну, но все же и сегодня фильм заставляет зрителей смеяться. Мы работали над картиной на английской киностудии «Пайнвуд», находившейся в сорока километрах севернее в вечно дождливом графстве Бакингемшир. Там я впервые встретил Тома Круза.
Если Клиз взял на себя функции продюсера, сценариста, режиссера, директора и автора идеи фильма, то мне досталась совсем скромная роль его ближайшего помощника. Поэтому в душный июньский день, когда на нещадно палившем солнце клетки с несчастными животными раскалились до предела, я вынужден был прятаться вместе с «группой работников зоопарка» в тени зонтика у небольшого пруда. Мои коллеги отнюдь не являлись людьми незаметными — Ронни Корбетт, Роберт Линдсей, Кэри Лоуэлл (блондинка, которая впоследствии вышла замуж за Ричарда Гира), Дерек Гриффитс и дочь Джона — Синтия. Ситуация была такова, что наш директор, вполне успешно зарекомендовавший себя в постановках теледрам, пребывал в полной растерянности, когда пришлось снимать комедию в голливудском стиле. Я чувствовал, что не только не могу согласиться с происходящим, но даже не знаю, как лучше себя вести, поэтому смалодушничал и попросту сбежал, воспользовавшись приглашением Пэт, ухаживавшей за животными. Она жила вместе с питомцами в коттедже номер тринадцать.
Это был настоящий храм покоя, где можно было забыть о проблемах, рай, где обитали коалы, лемуры, мангусты, росли лимонные и эвкалиптовые деревья. А царицей в этом волшебном мире была Пэт, которая, подобно мисс Дулитл, умела очаровывать мужчин одной лишь интонацией, приятным мягким голосом. Но на этот раз Пэт оказалась не одна, в гостях у нее были мужчина, женщина и дети. Пэт встретила меня очень тепло и представила гостям:
— Это Йен, партнер Джона Клиза… Вы знакомы с Сарой и Томом?
Вообще-то я их, конечно, знал, но не лично. Я видел по телевизору церемонию бракосочетания Сары [Сара Фергюсон, герцогиня Йоркская, — прим. Ред.] с принцем Эндрю, ну а Тома Круза я знал по его фильмам. Мы обменялись приветствиями и любезностями.
— Как продвигается работа над «Свирепыми созданиями»? — спросил Том.
— Из рук вон плохо, — честно признался я. — А как дела с «Миссией»?
— Просто кошмар. — Он рассмеялся, но этот смех относился не к проблемам с картиной, которая собрала полмиллиарда долларов в прокате, а к бесконечным дискуссиям и разногласиям Тома, бывшего продюсером фильма, с директором Брайаном Де Пальмой.
— Хотите посмотреть наш зоопарк? — предложил я Крузу, сильно сомневаясь, что его это заинтересует.
— О, это любопытно, — заявила Сара.
Том усадил ее, Пэт, детей и меня в электрокар, на которых актеры и сотрудники разъезжают по территории студии, и все мы поехали туда, где маялась от жары разношерстная компания моих друзей. Разумеется, все узнали герцогиню Йоркскую, поскольку ее роскошные рыжие волосы не поддавались никакой маскировке, но они не узнали кинозвезду в нашем темноволосом шофере в бейсболке. Все интересовались только Сарой, к которой уже тогда у британской публики было неоднозначное отношение. Никто не обращал внимания на незнакомца, пока он не улыбнулся. Синтия Клиз потеряла дар речи, когда поняла, кто перед ней. Прохладнее от этого в тот жаркий и душный день, конечно, не стало, но, безусловно, появление Круза мгновенно подняло всем настроение.
Очаровательная Сара и Круз, один из самых популярных актеров в мире, тут же оказались в центре всеобщего внимания. Я почувствовал к нему симпатию почти сразу же. Мы все направились к съемочной площадке, где Джон о чем-то уже давно спорил с Майклом Папином. Все устали и требовали перерыва, который был немедленно объявлен, после чего завязалась дружеская беседа и Том рассказал, что они с Николь приобрели дом в западной части Лондона в Холланд-парке и по случаю приезда хотели устроить барбекю в саду. Из-за этого звездного вторжения мы в тот день уже так и не смогли нормально работать. Но зато после полудня Сара любезно прислала нам целую цистерну чая со льдом.
Том, как выяснилось, был на дружеской ноге с принцессой Дианой. На следующий день жара спала, и нам позвонила сопродюсер Тома Пола Вагнер, которая сообщила, что они вместе с Томом и Дианой завтракают в студии и вскоре собираются приехать навестить нас. Разумеется, снова произошло нечто, выбившее всех из колеи, — золотоволосая Диана была великолепна в джинсах и коротком приталенном пиджаке из дизайнерской коллекции класса «люкс». На ее фоне принц Уильям в простом костюме с галстуком выглядел как школьник.
Стивен Спилберг был также знаком с Дианой, и она даже сказала, что непременно будет на лондонской премьере его фильма и хочет с ним сфотографироваться. Она приехала, как и обещала, на просмотр фильма «Индиана Джонс и Храм Судьбы», и Стивену пришлось громко кашлять, чтобы заглушить слово «дерьмо», произносимое несколько раз с экрана.
Когда Диана погибла, он позвонил Тони Блэру и попросил разрешения присутствовать на траурной церемонии ему самому, Тому Хэнксу и чете Круз. Спилберг был знаком с Блэрами — их дети вместе играли в футбол в Чекерсе. Хотя в новостях сообщалось, что четверо знаменитых американцев прилетели специально, чтобы проститься с Дианой, фактически они и так уже находились в Лондоне. Том и Николь тогда работали со Стэнли Кубриком над фильмом «С широко закрытыми глазами», а Том Хэнкс со Стивеном Спилбергом снимали «Спасение рядового Райана». После того как прощание в Вестминстерском аббатстве завершилось и гроб с телом принцессы Дианы, усыпанный цветами, отправился в поместье Спенсеров в графстве Нортгемптоншир, Сара Фергюсон пригласила гостей отужинать в доме принца Чарлза. Том Хэнкс позже сказал мне, что это был один из самых печальных ужинов в его жизни, который закончился тем, что Крис де Бург пел песню, аккомпанируя на фортепьяно, а Сара с бокалом вина одна танцевала в огромном каминном зале.
Фильм «С широко закрытыми глазами» скорее оказал влияние на семейные отношения Тома Круза с Николь Кидман, нежели на карьеру Круза. Он был менее успешным по сравнению с фильмом «Миссия невыполнима», который Том сам продюсировал и в котором сыграл главную роль. Но, так или иначе, оба фильма в итоге принесли более миллиарда долларов. А ведь были еще в тот период «Джерри Магуайер» (1996) и «Магнолия» (1999) с его участием.
Мы долгое время не виделись с Томом — до тех пор, пока я вторично не был представлен ему Стивеном Спилбергом летом 2001 года. Спилберг всегда имел очень зоркий глаз в отношении молодых актеров. Он еще восемнадцать лет назад написал Крузу, как ему понравилась его игра в «Рискованном бизнесе». Неудивительно, что в 2001 году они уже работали вместе над фильмом «Особое мнение». До этого со Спилбергом я встречался лишь однажды, когда мне довелось брать у него интервью в 1974 году в связи с выходом на экраны фильма «Челюсти». С тех пор я подготовил около десяти телепрограмм, посвященных его фильмам, включая и те два, в которых снимался Том, — о полиции будущего «Особое мнение» и экранизации романа Герберта Уэллса «Война миров».
В «Особом мнении» (2002) Том сыграл детектива Джона Андертона. Действие фильма происходит в недалеком будущем, в 2054 году. «Ясновидящие» предсказывают совершение преступления, которое должно быть предотвращено полицией до того, как злоумышленник приведет свой замысел в исполнение. Я остановился тогда в отеле в штате Виргиния, очень романтичном месте, напоминавшем Старый Свет, где и проходили съемки фильма. Спилберга пригласили в Японию на премьеру «Искусственного разума», но поскольку он был слишком занят новым проектом, то Японии пришлось самой пожаловать к нему. Неподалеку от места съемок в отеле установили спутниковые антенны и экран, по которому транслировали, как толпа журналистов заполняет театр в центре Токио. Сотни телекамер следили за происходящим. Когда появился Стив, все они обратились к нему. Он прибыл к началу пресс-конференции сразу после обеда и занял свое место под громкие аплодисменты — японцы оказались более эмоциональными, нежели американцы и британцы.
Спустя двадцать минут двери нашей гостиной открылись, и вошли Том Круз и Колин Фаррелл — ирландский актер, тоже снимавшийся в «Особом мнении». Их появление стало сюрпризом. Оба пребывали в приподнятом настроении — Фаррелл, вероятно, благодаря спиртному, а Том — исключительно адреналину. Они встали за спиной Спилберга, и, перед тем как Том заговорил, весь токийский театр сотрясла буря восторга. Он еще не успел произнести «Здравствуйте!», а японские журналисты вскочили со своих мест и принялись аплодировать. Вот как он был популярен в их стране. Том поблагодарил за теплый прием и пообещал, что приедет в Японию по окончании съемок «Особого мнения». Зал снова взорвался аплодисментами. Вероятно, причиной этого ликования было и то, что многие уже знали о его намерении сняться в фильме «Последний самурай».
Ребята быстро ушли, и Спилберг, все еще не опомнившийся от изумления, начал отвечать на вопросы. Но тут внезапно в гостиную ворвался Том. Стивен закончил свое интервью, которое должно было идти в записи, и попросил вырезать фрагменты с Крузом.
Впоследствии, познакомившись с Томом поближе, я узнал, что ему свойственна эта не столь уж редкая для актеров-мужчин черта, — выход к публике действовал на него опьяняюще. Вероятно, это можно понять и простить, ведь не всех принимают с таким восторгом, как приветствовали разве что императоров Рима.
Можно ли назвать это недостатком? Пожалуй, нет, точно так же, как нельзя считать недостатком веру Круза в то, что его оберегает ангел-хранитель. Эта вера, похоже, заразительна, потому что на съемках у переправы бурной реки, где съемочную группу и Круза ожидали три вертолета, произошел весьма забавный случай. Один молодой человек, помощник оператора, попросился в вертолет, где находились Круз и директор студии. Когда они поднялись в воздух, директор студии спросил его, почему он не сел в вертолет, предназначенный для съемочной группы, и услышал в ответ:
— Потому что с вертолетом, в котором летит Том Круз, ничего не может случиться.
Это происшествие подводит нас к основной мысли моей книги: есть ли взаимосвязь между фильмами, в которых снимался Круз, и его жизнью и не является ли для него сценой весь мир. Круз всегда самостоятельно, без страховки исполнял трюки. Он скачет на лошади, носится на мотоцикле, прыгает с парашютом и профессионально управляет гоночным автомобилем. Кроме того, он сам пилотирует небольшие самолеты и вертолеты. Мне особенно запомнился один случай. Мы находились на острове, от которого до материка, был час пути на поезде или на машине, а на вертолете — десять минут, и Том знал это, однако Спилберг вовсе не был настолько же уверен в собственной безопасности, как Круз, и поэтому куда больше доверял наземному транспорту. Круз принялся уговаривать его, приводя в качестве аргумента целый лишний час для работы.
Стивен никогда не скрывал от меня своего страха перед физической опасностью, поскольку я и сам не могу похвастаться безрассудной смелостью. Он требовал, чтобы Кейт Кэпшоу, которая позже стала его женой, шла по мосту над пропастью во время съемок фильма «Индиана Джонс и Храм Судьбы», но сам отказался последовать за ней и Харрисоном Фордом по хлипкой конструкции. И хотя во время съемок «Парка Юрского периода» были соблюдены все правила безопасности, он сам признался мне, что все же не рискнул сесть в лодку, которая по сценарию тонула посреди озера.
Фактически в тот тихий сентябрьский день на острове мы все чувствовали себя так же, как на съемках «Парка Юрского периода». Вокруг было множество палаток, где не торговали, а угощали кофе, булочками, мороженым и конфетами. Дети бегали и играли в футбол или прислушивались к командам помощников директора съемочной площадки. Конечно, для фильма обстановка была не совсем обычная, но ведь и фильм был необычный. Спилберг и Круз прятались от толпы, собравшейся на них поглазеть. Кейт Спилберг сидела под миндальным деревом, увлеченная вышиванием, приглядывая за детьми, которых у них со Стивеном было семеро. Там же находились и мать Тома и три его сестры. Они не спускали глаз с его детей — восьмилетней Изабеллы и шестилетнего Коннора, усыновленных Томом и Николь еще в самом начале их семейной жизни. И тут я подумал, что мир этой ослепительной кинозвезды сосредоточен почти целиком и полностью вокруг семьи и работы. Тот день был одним из самых счастливых в жизни Тома — ежедневной бешеной гонке, в которую ему постоянно приходилось погружаться с головой.
Глава 1
Прыжки на диване
2005 год был, вне всякого сомнения, самым удивительным в жизни Тома Круза. В среду 25 мая Круз ошеломил всех своим заявлением, сделанным во время шоу Опры Уинфри, — он сообщил, что влюблен в Кэти Холмс, молодую актрису из сериала «Бухта Доусона».
— Вы никогда не испытывали подобных чувств прежде? — задала ему провокационный вопрос хозяйка шоу.
Круз отрицательно покачал головой и воскликнул:
— Нет! Я не притворяюсь, я говорю правду.
Для голливудской звезды такие откровенные публичные признания — дело не совсем обычное. До сих пор Круз весьма ревностно охранял от любопытных свою частную жизнь. Журналисты «Лос-Анджелес таймс» писали, что, возможно, эта история любви станет одной из самых впечатляющих легенд в Голливуде. Конечно, откровение Тома стало сенсацией, хотя и не столь грандиозной, как появление Майкла Джексона на балконе берлинского отеля с детьми на руках.
Опра Уинфри, по свидетельству отдела маркетинга студии «Парамаунт», планировала всего лишь очередное шоу очередной звездой, но вместо этого сделала громкую рекламу готовившемуся к выходу на экраны фильму Спилберга «Война миров». Реклама превзошла все ожидания Стивена. Еще месяц назад Круз прилетел в Рим, чтобы вручить награду за достижения в области кинематографа «Дэвид ди Донателло» на кинофестивале, который является итальянским вариантом «Оскар» и где обязательно присутствие популярного и всеми любимого актера мирового уровня. До Круза этой чести удостоился Стивен Спилберг, хотя начало войны в Ираке тогда не слишком воодушевляло на такую поездку. Спилберг награждал лучшую актрису, которой стала Пенелопа Крус, за роль в фильме «Не уходи», и только несколько дней спустя после церемонии было объявлено о ее расставании с Томом Крузом. «Парамаунт» рассчитывала, что интервью с Крузом в итальянских новостях будет способствовать грандиозному успеху премьеры «Войны миров», но, к сожалению, запись интервью дали не в самое подходящее время — оно прошло незамеченным. Шум наделало только известие, что у Круза появилась новая подруга — двадцатишестилетняя Кэти Холмс, снявшаяся в популярном сериале для подростков «Бухта Доусона».
Пара давала обильную пищу для домыслов и сплетен благодаря многочисленным фотографиям папарацци, на которых Круз и Кэти держались за руки, спускаясь по ступенькам Испанской лестницы в Риме. Разумеется, Круз игнорировал шумиху, поднятую прессой по этому поводу, но факт любовной связи тут же стал достоянием публики. Пресс-агент Круза, его сестра Ли Энн Деветт, сообщила, что Круз и Кэти встречаются уже в течение нескольких недель. Информацию подтвердил Бэйкер Райдер, пресс-агент Холмс. Голливуд знал немало мимолетных романов, которые привлекали внимание, а затем сходили на нет, но длительность отношений Круза и Кэти позволяла предполагать что в этом случае все куда серьезнее. Вскоре получило огласку признание Круза: «Это потрясающе, что Кэти была со мной на церемонии награждения». И затем он добавил: «Она удивительная женщина. Очень красивая. Я чувствую себя по-настоящему счастливым и даже более чем влюбленным».
По фотографиям на Испанской лестнице и гордому и счастливому виду Кэти Холмс было очевидно, что она разделяет чувства Круза.
В конце концов, тогда они оба были свободны от брачных уз. С прежней своей пассией Пенелопой Крус Том уже успел расстаться, а Холмс несколькими неделями раньше разорвала отношения с бойфрендом звездой «Американского пирога» Крисом Кляйном. С Крисом они встречались более пяти лет, но в интервью, которое Кэти дала «Сэвентин мэгэзин», она сказала: «Каждая девушка мечтает о прочных отношениях, о свадьбе. И я собираюсь выйти замуж за Тома».
Опра Уинфри, используя силу своего обаяния и умение убеждать, смогла уговорить Тома и Кэти принять участие в передаче «Легенды» еще до выхода ее шоу на экраны. Она планировала устроить красивый вечер, чтобы отдать дань памяти тем афроамериканским актерам, которые проложили дорогу для молодых последователей, темнокожих мужчин и женщин. А когда вас приглашает Опра Уинфри, будьте уверены, вы не останетесь незамеченным. Анджела Бассетт, Руби Ди, Майя Анджелоу, Глэдис Найт, Дайан Кэрролл, Тони Моррисон, Арета Франклин, Мэрайя Кэри, Холли Бери, Дайана Росс, Джесс Джексон и Корретта Кинг, Барбра Стрейзанд, Барбара Уолтерс, Джон Траволта, а также муж Опры Стедман Грэхем — список можно продолжить.
Официант подошел к столику Тома и вручил ему розу, сказав, что «это от Тины Тернер». Поскольку Тина была «живой легендой» на той встрече, ей нельзя было покидать свое место, поэтому она попросила Тома пересесть к ней. Конечно же, он не отказался. Тина выглядела счастливой и стоя рядом с Опрой, объявила: «Я познакомилась с Томом Крузом! Бог мой, он такой красивый!»
Пожалуй, в зале была еще одна дама, вполне разделявшая это мнение, — Кэти Холмс, с которой Круз танцевал, целовался и обнимался весь вечер. Однако мало кто знал эту девушку, поскольку сериал «Бухта Доусона» был популярен только среди подростков. События «Бухты Доусона» развиваются вокруг молодежной компании из маленького городка Кейпсайда, штат Массачусетс. Кэти играет в нем девочку-сорванца, лучшую подругу главного героя Доусона. Сериал затрагивает множество юношеских проблем — от самых простых бытовых до сложных психологических и сексуальных. По телевидению его показывали шесть сезонов, он пользовался огромной популярностью у молодых зрителей. Но Кэтрин Ноэль Холмс не собиралась посвящать кинематографу всю свою жизнь, она планировала заняться медициной, поскольку так хотел ее отец, адвокат из Толедо, штат Огайо. Кэти обучалась в престижной католической школе, «Нотр-Дам академи». «У хорошего образования есть свои недостатки, — говорила она. — Мы выходим из школы, не представляя себе, что такое жизнь, и начинаем совершать ошибки». Однако образование Кэти получила действительно отличное и разностороннее. Она умела петь, играть на фортепьяно, танцевать — так воспитывала девочку ее мать, Кэтлин, которая сама была актрисой и хотела дать дочери шанс проявить свои таланты. Кэти посещала школу моделей и даже была направлена в Нью-Йорк на конкурс. Там ее заметили и предложили сняться в фильме Энга Ли «Ледяной ветер».
Фильм был слишком специфическим и поэтому завоевал симпатии лишь небольшого количества зрителей, но его съемки предопределили дальнейшую кинематографическую судьбу Криса Кляйна. Он расстался со своей подругой Джоан Аллен и собирался жениться на Сигурни Уивер. Сюжет фильма сводился к драме семейной пары и к отношениям их сына с девушкой из богатой и влиятельной семьи, роль которой досталась Кэти. Роль была не бог весть какая успешная, но Кэтлин Холмс понимала, что даже такой дебют ее дочери может открыть ей дорогу в мир кино. Фильм помешал Кэти попасть в такой популярный сериал, как «Баффи — истребительница вампиров», но зато он привлек к ней внимание Кевина Уильямсона, мастера подросткового кино и режиссера таких фильмов, как «Крик» и «Я знаю, что вы сделали прошлым летом». Он задумал снять сериал, в котором на женскую роль требовалась молодая актриса, Кэти вполне бы ему подошла.
Но она не согласилась с ним работать и улетела в Лос-Анджелес, мотивируя это тем, что она должна была исполнять роль Лолы в рок-постановке «Нотр-Дам» группы «Дэмн янкиз», а также продолжить учебу в школе. Такое неожиданное экстравагантное поведение привлекло к ней внимание публики, и Кевин стал настойчиво предлагать ей эту роль. Наконец она согласилась и… снялась в ста двадцати восьми эпизодах.
Но поскольку ей предстояло играть слишком уж идеальную героиню, Кэти беспокоилась, не лишится ли она из-за этого образа симпатии зрителей. Поэтому между съемками в роли пай-девочки она играла школьную шлюху в фильме «Непристойное поведение», подружку наркодилера в фильме «Уходи», татуированную девицу в «Эйприл», а также бессердечную проститутку в фильме «Дар», где принимали участие Хилари Суонк, Киану Ривз и Кейт Бланшетт и сценарий для которого был написан Билли Бобом Торнтоном, а директором картины был Сэм Рейми — неплохой, но и не блестящий набор для начинающей актрисы. Неудачной была ее роль в «Поющем детективе» (2003), где она пела и танцевала перед прикованным к постели Робертом Дауни-младшим. Кэти сама осталась недовольна тем, что в итоге получилось. Она сожалела, что стремление набрать как можно больше очков толкало ее на съемки в фильмах, которые никак нельзя было назвать супер успешными. Ее амбиции не соответствовали тому, что выходило на экран. Ей предлагали сыграть в фильме «Пляж» с Леонардо Ди Каприо, но Кэти предпочла роль подруги Колина Фаррелла в «Телефонной будке» (2002). Затем карьера Кэти идет в гору — ей достается очень удачная роль в фильме «Бэтмен: начало» — истории о происхождении легенды Брюса Уэйна, вышедшем на экраны в июне 2005 года. Повышает ее рейтинг и участие в рекламном клипе краски для волос от «Гарнье».
Так как же она познакомилась с Томом? Это был вопрос, который Опра не спешила задавать.
— Правда ли, что вы пригласили ее на встречу, чтобы что-то обсудить?
Том немного смутился:
— А что, необходимо вдаваться в подробности?
— Да, — настаивала Уинфри.
— Я восхищался ею и хотел с ней увидеться, поэтому и позвонил. Я много слышал о Кэти от знакомых, и все отзывались о ней как об удивительном человеке. И мы встретились. Она исключительная… я не мог даже представить себе, что такое бывает… мне хочется сделать для нее что-нибудь… я хочу, чтобы все восхищались ею!
Он говорил правду, потому что только этим и можно объяснить то, что произошло дальше. После своих откровений Том встал с дивана и опустился на одно колено, подняв правую руку, сжатую в кулак, как это делают обычно победители теннисных турниров. В следующее мгновение он крепко схватил Опру за руку, словно ребенок, который не может обойтись без материнской поддержки, и, вскочив на диван с ногами, несколько раз подпрыгнул. Все это было похоже на настоящую истерику, неожиданно спровоцированную вопросами хозяйки шоу. Зрители засмеялись, все было как всегда — Том веселил всех, и всем было весело.
— Достаточно, достаточно, — весело пропела Опра, чувствуя, что ситуация выходит из-под контроля, но было уже поздно. Как и в случае с «японским» интервью Спилберга, Том вел себя «несколько необычно».
Мнение доктора Фишера из Университета Рутгерс, специалиста в области современной культуры и связанных с ней психологических аспектов, по поводу этого события сводилось к тому, что Том находился в состоянии аффекта на почве влюбленности и не мог справиться с навязчивым желанием рекламировать всем объект своей безудержной страсти. Другие аналитики придерживаются более жесткого мнения, считая, что такое поведение является проявлением маниакально-депрессивного психоза. В одном из исследований доктора Фишера есть описание поведенческой модели подобного типа — одержимость чувствами и стремление любым путем навязать их окружающим, что, впрочем, тоже указывает на определенные черты нервного расстройства. Вполне возможно также и то, что аффективное состояние влюбленности настолько сильно в некоторых случаях, что провоцирует различного рода подсознательные страхи и негативные эмоции, с которыми очень сложно справиться. Всем хорошо известно, что многие влюбленные в последствии оценивали свое состояние как «наркотическую эйфорию» сродни той, что возникает при приеме кокаина или других сильнодействующих препаратов. Конечно же, под воздействием наркотиков биохимические процессы мозга происходят совсем иначе, чем в состоянии влюбленности, но последнее также нередко приводит к отклонениям в поведении человека. Нельзя утверждать, что любовь является наркотиком, но, безусловно, она запускает те же самые механизмы и реакции нервной системы, что и психотропные препараты и антидепрессанты. А поскольку известно, что Том Круз выступает против употребления любых видов наркотиков, то невозможно не признать, что его выходка на шоу могла быть объяснена на тот момент только его влюбленностью.
Когда Опра уточнила, действительно ли пол в номере римского отеля, где он жил с Кэти, был усыпан лепестками роз, Том громко рассмеялся и утвердительно кивнул. Так или иначе, она вынудила его признаться в своих брачных планах еще до того, как публика узнала о них из журналов и газет.
— Я не хочу расстраивать Кэти, — признался Том, — и поэтому прежде, чем что-то заявлять, мы должны обсудить это с ней.
Аудитория радостно зааплодировала.
— Мне нравится видеть, когда люди счастливы, — продолжал Том, — и я хочу разделить свою радость с ними. Она — удивительная! Это очень-очень необычный человек! Она утонченная, великодушная, энергичная! Она заботится о других, с ней по-настоящему можно наслаждаться жизнью. Я уже познакомился с ее родителями, и она тоже была в гостях у моего отца и матери.
Он рассказал о Кэти и Спилбергу, и тот коротко заметил: «Ты выглядишь счастливым».
По поводу случившегося на шоу Опры Спилберг высказался скорее сочувственно, нежели осуждающе: «Это выступление вполне в его духе, Том есть Том. Это все знают. Незачем скрывать свое мнение, когда у тебя миллионы поклонников по всему миру. Правда, я надеялся, что Том добавит хоть пару слов о «Войне миров», но он просто одержим любовью к Кэти».
Впрочем, Спилберг тут же добавил, что он считает настоящим подарком судьбы то, что ему довелось работать с Томом. В свою очередь, и Круз отблагодарил его, признав, что Спилберг — величайший из режиссеров Голливуда.
Но «Война миров» сама по себе уже не нуждалась в рекламе, после того как на телевидении было показано шоу с Томом Крузом, в котором Опра сама напомнила, что журнал «Премьер» признал его величайшим актером в истории Америки и 29 июня состоится показ очередного блокбастера с его участием. Кинотеатры были переполнены. Опра во время премьеры находилась в Осло в том же отеле, что и Том, и рассказывала впоследствии, что люди, не попавшие в кинотеатры, собирались целыми толпами и ломились в двери.
Том проявлял по поводу собственной популярности удивительную скромность.
— Мне очень лестно, что меня пригласили в это шоу, я рад быть здесь.
Видя, что Том настроен весьма дружелюбно и искренне готов рассказывать о себе, Опра решила задать ему вопрос, который не осмеливались задавать журналисты:
— Ваш сын — мулат, не так ли? Не чувствуете ли вы, что вам сложно воспитывать ребенка другой расы?
— Для меня он просто мой сын, мне все равно, какой он расы, — ответил Том.
На экране был показан эпизод, где Том и его десятилетний приемный сын играют в футбол. Лицо мальчика было не таким специально смазанным, как на фото в журналах, и все увидели, что он действительно мулат. Опра спросила, как семья Тома приняла его сына в связи с его этническим происхождением. Том, казалось, был удивлен.
— С какой стати мы должны были обсуждать его происхождение? Я люблю его. Я никогда не задумывался, какого цвета его кожа. Раз уж мы все собрались здесь, то давайте не будем придавать значение такой чепухе. Хорошо?
Пожалуй, это был недвусмысленный намек на то, что пора остановиться, но Опра должна была оправдать свою репутацию телеведущей, задающей дерзкие и даже провокационные вопросы. Она напомнила, что в журнале «Дитэйлз» было написано, что сам Том якобы однажды сказал, что длительные сексуальные отношения для него возможны лишь в том случае, если у обоих партнеров самые серьезные намерения.
— Да, это так, — подтвердил он, — и мои личные отношения, и общение всегда складываются лучше, если я могу доверять партнеру.
— Значит, вы не из тех, кто предпочитает роман на одну ночь?
— Нет.
— Вы слишком серьезны для этого?
— Я предпочитаю доверительные отношения и хочу знать о моей подруге как можно больше.
— Тогда, может быть, вы будете не против, чтобы она присоединилась к нам? Кэти здесь, в зале, — объявила Опра. — Попросите ее выйти к нам.
— Она уже ушла, — занервничал Том. Но Кэти все еще была в зале, и камера крупным планом показала лицо Кэти. Конечно, она немного волновалась, но не настолько, чтобы скрываться. Тогда Том подошел к ней и, взяв за руку, вывел на сцену. Аудиторию охватил бурный восторг, и Опра не преминула спросить молодую женщину, что она чувствует, собираясь замуж за Тома Круза и стоя сейчас с ним рядом?
— Я счастлива, мне кажется, что это чудесный сон. — Кэти улыбнулась, и Том поцеловал ее.
Аудитория неистовствовала. Какова же была реакция Пенелопы Крус или Николь Кидман на это представление? Вряд ли Николь была в восторге от признания Тома, будто он никогда прежде не переживал такую сильную любовь, еще менее приятным это заявление было для их приемных детей.
Ошибочно полагать, что Америка одержима культом знаменитостей, достигшим масштабов эпидемии, и общество не интересуется ничем, кроме любовных историй своих кумиров. Хотя, конечно, Соединенные Штаты Америки занимают первое место в мире по части проявления фан-активности, и шоу Опры Уинфри является тому свидетельством, тем не менее не все так однозначно. Возможно, если бы о свадьбе Тома и Кэти было объявлено в какой-нибудь местной газете и этим бы все и ограничилось, то никакой негативной реакции на это событие не последовало бы. Наиболее скептически настроенные критики полагали, что шум вокруг своих отношений пара спровоцировала намеренно, чтобы не только привлечь внимание к фильму, в котором снимался Том, но и сделать рекламу работе Кэти в фильме «Бэтмен: начало».
Даже Опра Уинфри позднее признавалась: «Я просто не знала, как поступить. Не могла же я сделать вид, будто ничего не случилось, и просто спросить: «Неужели это правда?» В конце концов с этим фактом пришлось смириться. Я беседовала с Томом, еще до шоу, и следовало ожидать чего-то подобного, но если бы я оповестила публику обо всем заранее, он бы разочаровался, а ведь он хотел, чтобы это был сюрприз».
Но кто действительно разочаровался, так это Спилберг. «Том потерял статус крутого парня, потому что оказался всего лишь обычным счастливым человеком и честно признался в этом. Напрасно он выставил напоказ свою душу на шоу Опры, достаточно было и того, что он сказал правду мне».
Новость подхватили телекомпании Эн-би-си, Си-би-эс и Эй-би-си. На первых полосах «Ю-Эс уикли», «Стар», «Пипл» сразу же появились заметки о выходке Круза. Такой шквал газетно-журнальной шумихи у многих читателей вызвал недоверчивое отношение к происходящему, так что когда журнал «Пипл» провел небольшой опрос, то большинство его участников ответили, что вся эта история с женитьбой наверняка не что иное, как рекламный трюк. Такой же результат был и при опросе ста человек, наугад остановленных в Рокфеллер-центре в Нью-Йорке. И это при том, что миллионы людей по всему миру должны были смотреть «Войну миров». Но Том был настроен оптимистично.
— Я немного удивлен таким недоверием, и меня это забавляет. Но, с другой стороны, мне грустно, что столько людей даже не подозревают о существовании такого прекрасного чувства, как любовь. Но зато мои друзья рады за меня. Все кто близко знаком со мной, знают, что это правда. Моя мама и моя семья — все очень счастливы.
В Сети мгновенно появились пародийные веб-сайты — TomCruiseIsNuts.com и Freekatie.net, где стали продаваться футболки с надписями «Свободу Кэти!» и «Защитим диван!». В «Урбанистическом словаре» тут же появилась новая единица лексики — «прыжки на диване», означавшая: 1) состояние полного помешательства; 2) публичное проявление глупости.
Том переживал из-за того, что люди не верят ему. Поэтому, когда он появился в вечернем шоу Джея Ленно и ведущий упомянул о его недавнем «нелепом» поведении, Том ответил: «Когда я думаю о ней, то иногда веду себя странно. Не будем об этом». Аудитория загудела от восторга, когда он вспрыгнул на диван и победно поднял руки вверх. Кэти тоже была в восторге, когда она объявила Тома победителем в номинации Эм-ти-ви-2005 «За достижения в кинематографе» и повторила его ставший знаменитым жест — встала на одно колено и потрясла кулаком в воздухе, рассмеявшись при этом.
Николь Кидман присутствовала на этой церемонии. Позднее она сказала Дэвиду Леттерману: «Если Том действительно так влюблен, то я за него только рада, это прекрасно».
Возможно, серьезной ошибкой Тома было то, что он превратил отношения с женщиной в публичный балаган и вынес на всеобщее обозрение частную жизнь. Мирей Наварро в «Нью-Йорк таймс» высказала такое мнение: «Круз и Холмс с должно быть, хотели поделиться со всеми своим счастьем, и теперь им не следует удивляться тому, что даже самые преданные их поклонники не совсем позитивно восприняли их роман». Но если бы Том тогда ограничился лишь выходкой у Опры, то вполне вероятно, это скоро забылось бы. Однако Том дал еще одно интервью по поводу психологии, психиатрии и употребления антидепрессантов: мол, «все это дурные веши и даже зло, если угодно». Двумя годами раньше на шоу Ларри Кинга, где обсуждался фильм «Последний самурай», он утверждал, что придерживается этого мнения с тех пор, как стал последователем сайентологической церкви. В интервью, которое он дал «Аксесс Голливуд», Круз рассказал, как он и еще несколько сайентологов помогли одному ребенку избавиться от пристрастия к наркотикам и перейти к здоровому питанию и образу жизни, после чего он вырос на целых семь дюймов всего за четыре месяца. «Мне легче убедить человека бросить героин, чем заставить его отказаться от психотропных препаратов. Некоторые таблетки — настоящий яд». Так уж случилось, что почти в то же самое время актриса Брук Шилдс издала свою книгу «Колыбельная песня дождя: опыт по преодолению послеродовой депрессии». В книге подробно описываются все те трудности, с которыми столкнулась автор после рождения своего первого ребенка, дочери Роуан. После родов у нее началась депрессия и она была не способна контактировать с новорожденной, постоянно стремясь к одиночеству. Но благодаря психиатрической помощи и лекарству ей удалось восстановить свое здоровье. Когда Тома спросили об этом препарате и послеродовой депрессии, он высказал то же самое мнение, что и раньше:
— Это не лекарство, а настоящая смерть в таблетках. Я очень сочувствую Брук Шилдс, потому что она талантливая актриса, но сами посмотрите, что с ней стало. Разве она счастлива? Разве это можно назвать счастьем? Она не понимает что это обычная наркотическая зависимость и лекарство ей ничуть не помогает. Мне жаль, что ей было так плохо, но пользоваться подобными препаратами недопустимо.
Это заявление Круза вызвало целую волну возмущенных откликов во всех голливудских изданиях. Многие журналисты тут же вспомнили «Бесконечную любовь» (1981) Франко Дзеффирелли с Брук Шилдс и Мартином Хьюиттом в главных ролях, где также снимался и Том Круз. В фильме есть эпизод, где Мартин и Брук посещают планетарий и герой говорит ей: «Я хочу назвать звезду твоим именем». Перефразируя эти слова, он впоследствии добавил, что «Брук Шилдс сама теперь звезда». И это не преувеличение. Ей было двенадцать лет, когда она сыграла девочку-проститутку в фильме «Прелестное дитя» (1978) — первой американской картине режиссера Луи Маля о романе взрослого фотографа и малолетней проститутки в Новом Орлеане в 1917 году. Она стала так знаменита, что ее узнавали на улице. Кстати, еще до фильма лицо Брук мелькало на обертках мыла, поскольку ее амбициозная мать Терри пристроила одиннадцатилетнюю дочь сниматься в рекламе. Брук сделалась предметом мечтаний всех подростков, когда сыграла роль главной героини в «Голубой лагуне» за год до «Бесконечной любви», а Том, который старше ее на два года, тогда еще пребывал в неизвестности. Его утверждение, что карьера Брук оказалась загублена, действительно справедливо. Она по-прежнему работала в кино и на телевидении, но уже не снималась в блокбастерах. Возможно, сказались не столько антидепрессанты, сколько ее учеба в Принстонском университете и се бесконечные романтические связи с Майклом Джексоном, принцем Монако Альбертом, скороспелый брак с теннисистом Андре Агасси и последующий роман с писателем и продюсером Крисом Хенши. Однако, справившись с депрессией, она тут же отправилась в Лондон, чтобы сыграть Рокси Харт в «Чикаго». Слухи о том, как Том Круз отзывался о ней в своем интервью, очень быстро достигли ее ушей.
— Насколько я знаю, Том Круз никогда не рожал ребенка, — коротко ответила она журналистам, — поэтому я советовала бы ему не судить о послеродовой депрессии и предоставить женщинам самим решать, какие препараты принимать и чем лечиться.
В прессе эта тема и остроумный ответ Брук обсуждались весьма оживленно. Очевидно, что соблазнительность инцидента заключалась в его новизне. Журналистам надоело из номера в номер писать о вечеринках звезд, их болезнях, романах, гастрономических пристрастиях, роскошных отелях и домах. Их статьи были слишком однообразны, чтобы привлечь внимание читателей, которым надоели одни и те же сплетни во всех таблоидах. А здесь вдруг появился достойный материал для умных рассуждений! Разве можно было упустить такой шанс!
Конечно, тема была довольно щекотливой, нужно было не оскорбить неосторожными замечаниями ни одну из звезд, участвовавших в споре. В дипломатических целях следовало бы вообще не придавать особого значения этой истории. Однако почему же все получилось иначе?
Глава 2
Поцелуй меня, Кейт
Ответ на этот вопрос стал очевиден 5 апреля 2004 года. В тот день, когда было объявлено, что Том Круз расстался с Пенелопой Крус, известной испанской красавицей актрисой, снявшейся с ним вместе в «Ванильном небе». С 2001 года, после развода Тома с Николь Кидман, Крус неизменно появлялась с ним на красной ковровой дорожке. Но, как заключил Адам Стернберг с «Нэшнл паблик радио»: «Странно, что ни о чьем расставании так много не говорят, как о расставании Круза с Пенелопой Крус».
Том отправил в отставку своего пресс-агента Пэт Кингсли, с которой он сотрудничал долгое время, так что заявление о его расставании с Пенелопой было сделано его новым представителем — Ли Энн Деветт, той самой, которая впоследствии распространила новость о его связи с Кэти. Ли Энн сотрудничала с «Круз — Вагнер продакшн» много лет и довольно фанатично защищала имидж своего брата от любых посягательств. Она тоже была членом сайентологической церкви, что, возможно, и послужило ей наилучшей рекомендацией.
Отставка Пэт Кингсли привела к тому, что во время своих турне Круз стал уделять больше внимания пропаганде сайентологии, нежели рекламе фильмов. Хотя отставка Пэт и удивила многих, представители «Уорнер бразерс» считали, что Том поступил вполне порядочно, отдав Пэт часть денег на развитие ее собственной компании и подарив офис, где она проработала в течение четырнадцати лет. Том пригласил ее на работу, когда он снимался в фильме «Далеко-далеко» (1992) с Николь. Тогда Пэт постоянно была рядом с ним и брала на себя многие его проблемы, в том числе общалась с прессой.
Пэт Кингсли сейчас сорок семь, и с ее мнением в Голливуде принято считаться, как некогда с Луэллой Парсонс и Геддой Хоппер. В их власти, как говорила сама Кингсли, были судьбы не только отдельных актеров, но и целых студий, поскольку они способны были «уничтожить репутацию любой звезды». В кинобизнес она пришла в шестидесятых, начав с заметок о знаменитостях и пройдя затем школу у превосходных кинокритиков, писавших еще о Поле Ньюмене, Уоррене Битти и Рональде Рейгане. Но затем Кингсли поняла, что пришло время оставить эту деятельность и заняться собственным бизнесом, поскольку правила игры она уже изучила. Она сделала свой выбор в пользу работы со звездами и стала профессионалом. Накопленный опыт пригодился ей в дальнейшем, когда пришлось иметь дело с журналами, желавшими взять интервью у ее клиентов (Тома Хэнкса, Аль Пачино, Джоди Фостер). Прежде чем давать разрешение на публикацию материалов, она требовала копии текста и фотографий, особенно если они должны были появиться на обложке.
Когда Круз стал звездой, он должен был выглядеть на страницах изданий безупречно. Смогла бы Кингсли удержать его от экстравагантного поведения на шоу Опры Уинфри? Ответить на этот вопрос можно старым ирландским анекдотом об автомобилисте, спросившем у фермера, как добраться до Килларни-Кастл. Фермер ответил: «Если бы я был на вашем месте, я бы туда вообще не ездил». Пэт Кингсли никогда не позволила бы Тому никаких заявлений о женитьбе. Как правило, такие заявления не приносят удачи звездам. Почти в то же самое время пресс-секретарь Брэда Питта Синди Гадженти категорически отрицала, что Брэд Питт и Анджелина Джоли — любовники, до тех пор пока не появились неопровержимые доказательства их связи, а именно — откровенные фото. В случае с Томом и Кэти любые заявления были излишни: все и так уже знали об их отношениях. Пресса давно оповестила публику о происходящем, и поэтому откровения Тома по поводу его частной жизни во время шоу Опры были в высшей степени смешны и нелепы.
Кингсли сказала тогда: «Я за свободу слова. Многие утверждают, что есть граница между частной жизнью и жизнью публичной. Но эта граница проходит не там, где ее устанавливает пресса, а там, где ее считаете необходимым установить вы сами».
Том согласился на то, чтобы его частная жизнь была предана огласке, вплоть до того, что он сам привел свою подругу на телешоу. Таким образом, не пресса оказалась повинна в том, что случилось, а он сам, забывший о словах своей мудрой экс-представительницы. Что касается его нападок на Брук Шилдс, будь Кингсли тогда еще его пресс-агентом, она исключила бы эти высказывания из интервью. Кингсли всегда утверждала в своих заявлениях в «Нью-Йорк дейли ньюс», что они с Томом сохранили вполне дружеские отношения, но было ли так на самом деле?
— Я восхищаюсь Томом, — настаивала она. — Я питаю к нему глубокое уважение за профессионализм и личные качества. Наше сотрудничество было очень успешным.
Хотя Адам Стернберг в передаче по «Нэшнл паблик радио» заметил: «Это расставание не просто конец очень удачного партнерства. Это разрушение и гибель той тактики, которая прославила почти идеальный союз. Вряд ли найдется еще один столь же опытный и предусмотрительный пресс-агент, как Кингсли, или звезда, настолько же приковывающая к себе внимание поклонников, как Круз. Сейчас, когда вокруг имени Круза столько скандалов и домыслов, он, возможно, и станет еще популярнее, но в то же время он как никогда теперь нуждается в поддержке надежного советчика».
Сестра Круза Ли Энн Деветт подтвердила слова Кингсли публично: «Да, это было дружеское расставание, и они сохраняют прекрасные отношения. Том до сих пор интересуется ее делами. Конечно, многое изменилось. Но решение принято, и назад пути уже не будет».
По поводу увлечения Круза сайентологией она добавила: «Раньше он не говорил о сайентологии, и все считали, что это плохо, что он делает из этого какую-то тайну. Теперь он стал говорить об этом открыто, и все опять недовольны. Это несправедливо. Людям не нравится ни когда им открывают правду, ни когда ее скрывают».
Под влиянием нового пресс-агента Круз не просто стал говорить о сайентологии — эта тема сделалась фактически обязательной для каждого журналиста, приходившего брать интервью. Ему настоятельно рекомендовалось потратить полдня на ознакомление со спецификой сайентологической церкви в Лос-Анджелесе. Ли Энн считала, что это поможет людям лучше понять своего кумира. Но у такой откровенности была и негативная сторона. Первым журналистом, который беседовал с Томом по поводу премьеры «Войны миров», стал журналист из немецкого «Шпигеля», одного из самых влиятельных и популярных изданий. Увидев на съемочной площадке щит, рекламировавший сайентологию, репортер сделал вид, что удивился.
— Что вас удивляет? — спросил его Круз.
— Почему вы так активно рекламируете свои личные пристрастия?
— Я верю в право свободного человека говорить то, что он хочет, — ответил Круз. — Для меня честь — быть пропагандистом идей сайентологии, которые помогли стольким людям. Когда я работаю над фильмом, я тоже стараюсь сделать что-то для людей. Я верю в позитивное воздействие кино.
— Но щит с рекламой секты выглядит здесь несколько странно, — возразил репортер и, повернувшись к Спилбергу, спросил его, не разделяет ли он его точку зрения.
Большинство сотрудников отдела рекламы и маркетинга «Парамаунт», разумеется, были с ним согласны. Поскольку выразить свое недоумение Крузу они могли, а Стивену Спилбергу — нет, то Круз настоял на том, чтобы именно Спилберг распорядился поставить щит на съемочной площадке. Спилберг не хотел ссориться со звездой, но симпатии Круза к сайентологии он все же не разделял: «Я не придавал этому особого значения. Хотя что плохого в том, если кому-то подобный щит укажет путь к переосмыслению ценностей и поможет найти новое направление в жизни».
Но после отставки Кингсли Том стал уж слишком навязчиво указывать всем это «новое направление».
— Адепты сайентологии всегда готовы помочь страдающим и нуждающимся. И люди ценят это. Я ничего не имею против того, чтобы поговорить о моей вере. Но я могу сделать и больше. Мы живем в мире, где столько людей гибнет от наркотиков. В мире, где столько детей-наркоманов. Где столько чудовищных преступлений, что люди привыкли отворачиваться в ужасе и испуге от реальности. Вот что меня беспокоит. Я не придаю значения разнице в вере, в национальности. Если кому-то нужна моя помощь, если кто-то намерен бросить наркотики, я постараюсь ему помочь. Если кто-то хочет обучиться грамоте, я к его услугам. Если кто-то хочет порвать с преступной жизнью, я подскажу ему, с чего начать. Вы понятия не имеете, сколько людей нуждаются в сайентологии. И я готов помочь всем и каждому. Я уже помог не менее чем ста наркоманам избавиться от зависимости. У сайентологов лучшая в мире программа по реабилитации наркоманов — «Нарконон».
Но немецкий журналист осторожно попытался остановить проповедь:
— Это не совсем корректное утверждение. Ваша программа никогда не входила в число признанных детокс-программ. Эксперты признали методику сайентологов псевдонаучной.
Но Круз не был готов к тому, чтобы обосновать свои возражения объективно.
— Вы не поняли, что я говорю. Я имею в виду статистику, факты, доказанные статистически. В мире есть только одна успешная реабилитационная программа!
Даже упоминание о том, что сайентология находилась под надзором органов федеральной безопасности Германии, не переубедило Круза. Сайентология не была признана религиозным учением, но зато получила определение деструктивного культа с тоталитарными тенденциями.
Том проигнорировал и эти слова.
— Знаете, почему за нами такой надзор? Потому что нет ничего предосудительного в сайентологии. Ничего плохого. Мы выиграли в Германии пятьдесят судебных разбирательств. И это неправда, что в Германии чуть ли не каждый против нас. Сколько бы я ни приезжал в Германию, я всегда встречаю только доверительное отношение и понимание. Я знаю множество умных и талантливых людей, которые являются нашими друзьями. Если кто-то нас ненавидит — это их дело.
Репортер добавил, что, когда вышел фильм «Миссия невыполнима» в 1996 году, германское правительство объявило бойкот этой картине, и спросил звезду:
— Вы не опасаетесь, что такая приверженность сайентологии может повредить вашей карьере?
Но Том в тот момент был озабочен не столько удачным прокатом фильма, сколько популяризацией своей веры:
— Нет, совсем нет. Я всегда обо всем говорил открыто. Я сайентолог уже двенадцать лет. Если кто-то не может относиться к данному факту терпимо и не хочет из-за этого смотреть фильм, это его проблема. Меня это не волнует. Здесь, в Америке, сайентология признана религиозным учением. А если в вашей стране некоторые политики не согласны с такой точкой зрения, я не собираюсь переживать по этому поводу.
«Я не собираюсь переживать по этому поводу» — не часто такое заявление услышишь от звезды, заинтересованной в том, чтобы фильмы с ее участием хорошо продавались. Хотя не стоит преуменьшать заслуги Круза в раскрутке «Войны миров». Определенная резкость, появившаяся в его высказываниях, с необычайной силой прозвучала впервые во время его интервью на австралийском телевидении, которое он дал Питеру Овертону, ведущему передачи «Шестьдесят минут». Интервью было записано незадолго до того, как Том продемонстрировал всем свои эмоции на шоу Опры.
Австралийская программа славилась откровенными и актуальными дискуссиями, и у нее всегда был высокий рейтинг. Овертон вынужден был выслушать проповедь Круза, но это не сделало его приверженцем сайентологии. Во вступительном слове к интервью, добавленном уже после записи, он предупредил зрителей:
— Том Круз открылся мне с другой, не совсем привычной стороны. Он был на взводе, чего вряд ли можно было ожидать от голливудского актера, всегда демонстрировавшего полную невозмутимость.
Беседа началась достаточно мирно. Со стороны казалось, что оба участника разговора вполне дружелюбно настроены по отношению друг к другу.
Круз: Как ваше настроение?
Овертон: Прекрасно, рад вас видеть здесь.
Круз: И я тоже рад нашей встрече.
Овертон: Мы не виделись с вами уже давно.
Круз: Да, прошло много времени.
Но в этом приветливом, ни к чему не обязывающем тоне разговор продолжался лишь около четверти часа — до того момента, пока не был затронут вопрос о сайентологическом центре в Лос-Анджелесе. Овертон спросил гостя, согласен ли он с заявлениями прессы о том, что сайентология относится к деструктивным культам, которым присущи секретность и жесткий контроль над всеми участниками движения. Вопрос вынудил Тома защищать свои позиции.
Овертон: Что вы чувствуете, когда о сайентологической церкви говорят, что это организация, в которой горстка мошенников управляет толпой ослепленных фанатиков?
Круз: Питер…
Овертон: Том?
Круз: Мне этого еще никто не говорил.
Овертон: Это не мои слова, так утверждает пресса.
Круз: Я никогда не слышал ничего подобного, это ваше личное мнение.
Овертон: Это не мое личное мнение, я всего лишь передаю то, что говорят другие люди… 
Круз: Ну хорошо, а вы сами как бы себя чувствовали, если бы вам задали такой вопрос? 
Овертон: Если бы это касалось моей веры, я бы…
Круз: Пусть даже не вашей веры — в любом случае я считаю, это отвратительно, когда люди говорят такие вещи.
В результате собеседники так и не пришли к компромиссу, и Питеру Овертону пришлось переключиться на обсуждение «Войны миров», но и тут он снова не смог удержать разговор в нейтральном русле, поскольку упомянул «любимую дочь Австралии». Пэт Кингсли 5 февраля 2001 года объявила о том, что Том и Николь разводятся. Новость, вероятно, удивила не только весь мир, но и миссис Круз, но Том ограничился коротким объяснением по этому поводу:
— Она знает почему.
Тема развода оказалась еще более скользкой и опасной, чем вопросы, касающиеся сайентологии.
Овертон: Когда вы были женаты на Николь Кидман, вас воспринимали как национальную гордость Австралии. Вы до сих пор чувствуете свою связь с Австралией?
Круз: Да. Мои дети — австралийцы. Это неоспоримо. У меня много друзей в Австралии. И я люблю эту страну.
Овертон: Николь была вашей единственной любовью в жизни?
Круз: Что вы имеете в виду, Питер?
Овертон: Ваш брак, продлившийся десять лет.
Круз: Послушайте, мы вместе растили детей, как я должен отвечать на этот вопрос? Я любил ее, но теперь я снова планирую жениться.
Овертон: Это правда?
Круз: Да, чистая правда.
Овертон: И вы собираетесь завести детей?
Круз: Конечно.
Овертон: Но Николь была целой эпохой в вашей жизни, и вы любили ее. Для вас имеет значение это время?
Круз: Да, я очень ее любил, можете не сомневаться.
Овертон: Как вы отнесетесь к тому, если Николь снова выйдет замуж?
Круз: Положительно. Я хочу, чтобы она была счастлива. Этого мне вполне достаточно. 
Овертон: Вы говорили, что остались друзьями, потому что вас связывают дети… и вы до сих пор обсуждаете друг с другом профессиональные вопросы…
Круз: Послушайте, вы переходите все границы, Питер.
Овертон: Я думаю, людям хотелось бы узнать правду…
Круз: Питер, это вы хотите знать правду, возьмите ответственность на себя, не говорите за других людей… Мы сейчас беседуем с вами, а не с людьми. Поэтому я прошу вас впредь иметь это в виду.
Разговаривать в таком тоне с ведущим самой популярной программы в Австралии было более чем необдуманным поступком. Однако в этом эпизоде явственно проступает установка сайентологического учения — старайтесь все вокруг контролировать, но не допускайте, чтобы контролировали вас. Круз не желал, чтобы ему задавали вопросы, на которые он не хотел отвечать, и поэтому в слишком резкой форме попытался пресечь неудобные вопросы собеседника. Конечно же, это было его ошибкой — нападки на представителя прессы недопустимы со стороны звезды такого уровня, рассчитывавшей на всеобщую любовь.
Интервью было пущено в эфир как раз перед историей с Кэти и, разумеется, нанесло урон репутации Круза еще до того, как многие его поклонники негативно отреагировали на его новый роман. Через десять дней после интервью Том прибыл в Париж, перед премьерой «Войны миров». Спилберг знал, что его присутствие обязательно в Париже, но приехать не смог, однако одиннадцатилетняя Дакота Фаннинг, начинающая актриса, исполнявшая роль дочери Тома в фильме, была вполне способна общаться с прессой. Пресс-конференция в Париже проходила в роскошном танцзале, больше подходящем для театральных и музыкальных выступлений, чем для презентации фильма, и о ней было написано во всех газетах и объявлено по всем радиостанциям и телеканалам.
Присутствие Кэти Холмс, сидевшей рядом с Ли Энн Деветт, мешало успешному контакту с журналистами, потому что внимание их было всецело сосредоточено на ней, а не на фильме. Кто-то не преминул спросить, собирается ли Том жениться на Кэти. Ответ был утвердительным.
Он сделал ей предложение накануне вечером, во время ужина при свечах в знаменитом ресторане на втором этаже Эйфелевой башни.
«Я не спал всю ночь», — скажет он позднее.
Том выразил желание вернуться на Эйфелеву башню для церемонии бракосочетания уже в окружении родных Кэти и его семьи.
Кэти во время пресс-конференции не произнесла ни слова, но ее сияющая радостью улыбка и всеми замеченное бриллиантовое кольцо на пальце свидетельствовали о том, что все сказанное — правда.
Премьера «Войны миров» во Франции состоялась не в Париже, а в Марселе, в двухстах километрах к югу на побережье Ривьеры. Крузу, чье пристрастие к быстрой езде на мотоциклах и машинах было общеизвестно, предоставили в распоряжение гордость французов — скоростной поезд, который преодолевал двести двадцать пять километров в час. Фотографии Круза в форме машиниста стали визитной карточкой этого транспортного средства.
Внимание публики теперь было целиком и полностью сосредоточено на будущей жене знаменитости. Ей оставалось только купаться в лучах славы и восхищении окружающих.
— Я так счастлива, Том так заботлив и внимателен ко мне. Он очень романтичен и умеет дарить радость тем, кого любит. Он заставляет меня так смеяться, как я еще никогда не смеялась. Наверное, я сейчас самая счастливая женщина в мире. Все это так потрясающе, восхитительно! Я с огромным удовольствием сопровождаю его везде, нам никогда не бывает скучно. Правда-правда, Том принес мне столько радости, что я чувствую себя божественно! Мои родители тоже очень довольны — они знают, что мы любим друг друга, и считают, что это огромная удача для нас обоих.
Некоторых все-таки шокировала шестнадцатилетняя разница в возрасте между будущими супругами и тот факт, что Том дважды разведен. Но шестидесятилетний отец Кэти, Мартин, воспринимал это нормально:
— Насколько я знаю Тома, а я немало читал о нем, для него разница в возрасте значения не имеет — он человек широких взглядов. Я сам знаю немало удачных союзов, где разница в возрасте между супругами была очень велика. По-моему, возраст здесь не имеет никакого значения.
Мать Кэти была с ним вполне согласна, как и ее сестры — тридцатилетняя Нэнси, тридцатисемилетняя Тамара, Холли, которой исполнилось тридцать пять, и сорокачетырехлетний брат Мартин. Эта весьма строгая католическая семья, проживавшая в большом доме с бассейном в фешенебельной части нефешенебельного Толедо, если так можно выразиться, являлась на сто процентов традиционной американской семьей, начиная с беленой ограды вокруг сада и заканчивая коллекцией кукол Барби, которая принадлежала Кэти, как и положено настоящей американской девочке. Кэти даже собиралась изучать медицину в университете, но ей помешали съемки «Бухты Доусона». Съемки проходили в Северной Каролине, в Уилмингтоне, где Кэти и ее бойфренд Джошуа Джексон, а также многие другие актеры сериала купили дома. Когда она переехала в Нью-Йорк и поселилась там со звездой «Американского пирога» Крисом Кляйном, Джошуа очень тосковал по ней и как-то заметил: «Она была очень милой. Она и сейчас такая же, разве что стала более шикарно одеваться». Замечание было метким — Кэти стала постоянной покупательницей в магазинах одежды «Шанель» и «Прада».
Она не скрывала, что ведет совершенно неподобающую кинозвезде жизнь, она всячески старалась держаться подальше от красной ковровой дорожки Лос-Анджелеса. Половину года она проводила в Толедо, где продолжала жить ее семья.
— Мама всегда напоминала мне, что в доме должен быть порядок, а машина вымыта. Я, конечно, не неряха, но некоторый беспорядок у меня всегда присутствует.
Ее подруга детства Мэган Бири как-то, смеясь, поделилась воспоминаниями:
— Она заставляла меня вылезать из машины и счищать лед с ветрового стекла. И никакие отговорки не принимались.
Но когда Кэти «летела» на сверхскоростном поезде по Франции, она не могла не понимать, что этот путь привнесет в ее жизнь куда больше беспорядка и неожиданностей, чем все прочие события, вместе взятые.
Дальше они поехали в Лондон, где на Лейчестер-сквер уже были установлены декорации, превратившие площадь в выжженную воинственными инопланетянами пустошь. Перевернутые горящие машины, дымящиеся руины зданий, — даже сами актеры были потрясены масштабом «разрушений».
Юная Дакота Фаннинг никогда раньше не была в Лондоне и с удовольствием знакомилась теперь с его достопримечательностями. Правда, Лейчестер-сквер выглядела в это время не совсем обычно…
Том, который никогда не забывал о своем звездном статусе и наслаждался им, с удовольствием общался с толпами лондонских поклонников на премьере. Его любимым развлечением было взять мобильный телефон у какого-нибудь фаната и позвонить его родителям: «Да, здравствуйте, с вами говорит Том Круз». Однако из-за этого он вечно опаздывал, и ожидавшие начала фильма зрители нервничали, даже злились. Пришлось срочно менять тактику: Том входил в зал, произносил вступительную речь, а потом снова ускользал, чтобы продолжить встречу с поклонниками.
Привилегированных зрителей, которые могли попасть за ограду и погулять среди руин Лейчестер-сквер, проверяли очень строго. Они должны были предъявить паспорт, что вообще-то не является обязательным даже при переезде из одной страны в другую по территории Евросоюза. Однако фанов, оставшихся за пределами ограды, такому досмотру не подвергали, и, когда Том шел вдоль перегородки, приветствуя собравшихся, он заметил репортера с оператором и телекамерой. Это был маскарад — пресса в костюмах одной из комедийных программ четвертого канала. Репортер протянул микрофон, и из него в лицо Круза брызнула вода. Том хладнокровно отер лицо и, повернувшись к репортеру, спросил:
— Зачем вы это сделали? Зачем?
Незадачливый шутник растерялся и стал бормотать какие-то извинения.
— Что в этом смешного? Это глупо. Вы хотели понравиться людям, не так ли?
После неприятной заминки мужчина смущенно отошел от ограды, но Круз крикнул ему вслед:
— Не бегите! Это непорядочно с вашей стороны. Я приехал сюда ради встречи с людьми, чтобы ответить на их вопросы, а вы поступаете вот так… непорядочно. — Наконец он не выдержал: — Вы ничтожество, ничтожество, вот вы кто!
Репортер был арестован полицией, которая следила за тем, чтобы со стороны прессы не было никаких скандальных выходок. Крузу принесли полотенце и привели в порядок мокрый костюм, но отказываться от общения с людьми он не стал и продолжил свой путь вдоль ограды.
Нелепое происшествие моментально было подхвачено британскими СМИ. Но если эпизод с прыжками на диване вызвал смех у публики, то поведение Круза во время инцидента в Лондоне заставило многих уважать актера. Он был великодушен и попросил полицию не преследовать организаторов этого хулиганства.
Последней остановкой Тома и Кэти во время европейского турне стал Мадрид, где тоже должна была состояться премьера фильма. Том встретился там со своей подругой Пенелопой Крус. Встреча происходила в штаб-квартире сайентологической церкви. Пенелопа довольно тепло обняла Кэти — они уже были знакомы друг с другом — и сообщила журналистам:
— Я очень люблю ее.
Но на обед Пенелопа не осталась, предпочтя навестить Ральфа Файнса, который тогда был занят на съемках «Юлия Цезаря». Пенелопа сыграла вместе с ним в фильме «Хромофобия», который был представлен на Каннском фестивале, но прошел незамеченным.
Однако семья Пенелопы с удовольствием приняла приглашение поужинать с обрученной парой в самом лучшем мадридском ресторане «Каза Лючио». Гостей со стороны Пенелопы оказалось много — младший брат Эдуардо, сестра Моника, мать актрисы Энкарнасьон, отец Эдуардо, а также его подруга Кармен, которая, судя по фото, моложе Пенелопы.
Раскаленная от жары мадридская Гран-виа была до отказа забита поклонниками. Мужчин собралось даже больше, чем женщин. Удивительно, что в этой стране тореро, любителей корриды и идеологии мачизма мужчины встретили Тома и Кэти, возвращавшихся с премьеры, сентиментальной надписью на плакатах: «Испания любит вас». Том был одет, как обычно, в черный костюм, но на Кэти было иное длинное платье. Выглядели они почти по-королевски. Они обнимались, и, поцеловав Кэти, Том подхватил ее на руки, как принято в одной из фигур фламенко. Толпа безумствовала от восторга. Европейское турне имело грандиозный успех. Несомненно, Круз был потрясен восторженной реакцией его почитателей за границей, чье ликование превзошло все его ожидания.
Но все стало не совсем гладко, когда пара вернулась в Нью-Йорк. Скорее всего если Пэт Кингсли в то время все еще была его пресс-агентом, она непременно вмешалась бы в отношения Круза и ведущих шоу «Сегодня» на канале Эн-би-си. В 1999 году Пэт предупредила продюсера этой программы, что ее клиентке Калисте Флокхарт не следует задавать вопросы относительно ее веса, но он ответил, что еще никто не осмеливался диктовать ему, какие вопросы задавать, а какие — нет. Тогда Пэт отказалась от участия в шоу своей клиентки, несмотря на то, что фильм с ее участием «Сон в летнюю ночь» нуждался в рекламе. Когда организаторы программы пригласили на встречу Тома Круза и Николь Кидман, чтобы побеседовать о фильме Кубрика «С широко закрытыми глазами», Кингсли, предполагая, что Тому и Николь будут задавать вопросы об их личных отношениях, сказала, что они не могут принять это предложение. В отместку продюсер программы Джефф Цукер отдал распоряжение, чтобы ни один из клиентов Кингсли больше никогда в шоу не участвовал.
Этот запрет действовал до тех пор, пока Цукер не ушел из шоу. Тогда Тома снова пригласили в программу, чтобы побеседовать с Кэти Корик о фильме «Ванильное небо». В случае с «Войной миров» ведущим оказался импозантный, но весьма острый на язык Мэтт Лоэр. Интервью началось с поздравлений и нейтральных вопросов о фильме, но затем Мэтт все-таки не удержался от своих обычных циничных комментариев:
— Мы беседуем с Томом Крузом, для которого так важны симпатии молодежной аудитории, поэтому сейчас мы поговорим об отношениях Тома с одной симпатичной молодой леди.
Круз не подал виду, что его задел этот тон:
— Мне кажется, в ваших словах есть доля цинизма, но мне все равно, Мэтт, что обо мне говорят и что думают.
Атмосфера тем не менее накалилась, когда Лоэр затронул тему критики Брук Шилдс и приема ею психотропного средства, прибавив, что у него есть друзья, которым отлично помогает данный препарат. (Более трех миллионов американцев принимают его и считают, что он весьма эффективен в борьбе с депрессией.)
Следовало ожидать, что мнение Круза будет полностью противоположным мнению его оппонента, тем более что он и раньше не скрывал своего отношения к антидепрессантам, но на этот раз он отреагировал пусть и негативно, но не так резко:
— Вы предлагаете мне продолжить разговор в духе «Все это не так уж и плохо». Не так ли? Хотя вряд ли представляете себе, о чем говорите, а я не только отлично представляю, но и понимаю всю ответственность, а вы — нет. — Том усмехнулся и добавил с вызовом: — Я никогда не соглашусь с тем, что психотропные препараты — это хорошо. Я никогда не соглашался с этим и до того, как стал сайентологом. Никогда. И теперь я все больше понимаю, почему я не могу доверять психологии и психиатрии. Но обсуждать это я не буду, вы не знаете историю психиатрии в отличие от меня.
Мэтт почувствовал опасность и решил сменить тему, но СМИ тут же вцепились в этот эпизод и стали ссылаться на него повсюду.
На следующей неделе издательство, которое выпустило книгу Брук Шилдс, откликнулось на произошедшее ее статьей в «Нью-Йорк таймс»: «Я не стала бы писать этого, если бы Том Круз в своем интервью Мэтту Лоэру не сделал бы очередное нелепое заявление. Теперь я чувствую себя просто обязанной высказать свою точку зрения — не ради того, чтобы защитить себя, но ради тех тысяч и тысяч женщин, которые тоже страдали послеродовой депрессией. Возможно, это банально, но я сильно сомневаюсь, что мистер Круз переживал подобное состояние. Некоторые препараты являются необходимой терапией в таких случаях и единственным спасительным средством, поэтому замечания наподобие тех, которые делает мистер Круз, по меньшей мере нелепы. Давайте относиться к серьезной болезни более ответственно».
Эта полемика тянулась еще некоторое время благодаря тому, что в конфликт были втянуты такие звезды-сайентологи, как Джон Траволта, Келли Престон, Кристи Элли и Том Арнольд, которые выступили в защиту Тома, но ничуть не лучше, чем он, разбирались в психиатрии. Предположение Круза о том, что витаминов и упражнений вполне достаточно, чтобы справиться с послеродовой депрессией, было охарактеризовано как вредное заблуждение самим Майклом Фаэнца, президентом Национальной ассоциации психического здоровья.
— Ежегодно пятьдесят четыре миллиона американцев сталкиваются с психологическими проблемами и психиатрическими отклонениями, такими как депрессия и тревожные состояния. И только своевременно принятые меры могут помочь излечению.
Фаэнца также добавил, что заявления Круза способны нанести непоправимый вред многим людям, нуждающимся в квалифицированной помощи врачей, потому что люди с неуравновешенной психикой могут остро отреагировать на его критику и переживать чувство стыда и вины из-за того, что они принимают психотропные препараты. Но сайентологи ответили на это, что Национальная ассоциация психического здоровья представляет только лишь интересы фармацевтических компаний.
Последствия, вызванные высказыванием Круза в интервью Мэтту, действительно подтвердили слова Тома о том, что ему все равно, что думают о нем другие люди. Его неосторожные замечания спровоцировали шквал ожесточенных споров, участники которых так и не смогли прийти к согласию. «Вэнити фэр» поместил на обложке напечатанный красными буквами заголовок: «Доминик Данн: Том Круз сошел с ума?» Опытный журналист написал в своей статье: «Круз допустил серьезную ошибку. Замечательно, что он так истово верит в возможности сайентологии, но его проповедь у многих вызвала негодование. Круз утверждает, что благодаря сайентологии он помог сотням людей избавиться от наркотиков посредством витаминов, и это похвально. Но когда он сказал, что в два часа ночи ему позвонил наркоман, нуждающийся в его помощи, я засомневался. Сайентологическая церковь раздает телефоны Тома Круза наркоманам на улице, и они могут звонить ему по ночам? Мне кажется, здесь что-то не так».
«Если витамины и физические упражнения придают Тому Крузу столько энергии, то нельзя не признать, что их действие мощнее, чем прозак», — иронизировала «Чикаго трибьюн». «Вряд ли многие принимают всерьез то, что делает Круз. Возможно, раньше он и был отличным парнем, прославившимся своей сногсшибательной улыбкой, но сейчас он просто фанатик, скачущий на диване и поучающий Америку, как ей лечить психиатрические заболевания», — заявил Пэйдж Ньюмен, глава американского новостного канала Эн-би-си. К этой критике присоединились целые города. Во время дебатов 12 июля на муниципальной ассамблее социалистов была принята резолюция: «Не приглашать в Париж актера Тома Круза, который агрессивно проповедует учение социально опасной организации сайентологов».
Если Кэти рассчитывала на то, что ее внезапно вспыхнувший роман вызовет всеобщее одобрение и восхищение, то скорее всего она была разочарована. Николь Кидман в своем интервью «Вэнити фэр» охарактеризовала ситуацию так: «Что тут удивительного? Если вы всю жизнь совершали подвиги, то окружающим сложно воспринимать вас вне вашего героического имиджа. Как им понять, где заканчивается герой и начинается обычный человек?»
Что стояло за этими словами? Считала ли Николь, что имидж ее бывшего мужа никогда не соответствовал тому, каким он был на самом деле? Восьмидесятилетняя Лорен Бэколл была более категорична в своем интервью: «Его поведение просто шокирует. Чудовищно и вульгарно выставлять напоказ свою частную жизнь и делать ее предметом коммерческой рекламы. Я вообще считаю, что это признак ненормальности».
Но были и положительные отзывы в прессе. «Том Круз вдохновил меня отправиться в Америку из маленькой китайской деревушки и добиться всего, о чем я мечтала», — написала Ники Ян, молодая актриса и писательница, автор книги «Моя любовь Том Круз — исповедь отчаявшейся китаянки». «Это захватывающая и вдохновенная исповедь поклонницы, — написано в предисловии издательства, — посвященная голливудской кинозвезде Тому Крузу, чье творчество помогло ей изменить свою жизнь после того, как в одиннадцать лет она впервые увидела его на экране».
Но что бы ни говорили в прессе, одна хорошая новость нес-таки была, и ее Ли Энн Деветт объявила всем 5 октября 2005 года — Том Круз и Кэти Холмс ждут ребенка.
Глава 3
Бегство в Луисвилл
В начале фильма Стивена Спилберга «Война миров», еще до эпизода появления инопланетян, была сцена, где Том Круз, исполнявший роль Рэя Феррье, играет во дворе со своим сыном Робби (Джастин Чатуин) в бейсбол. Именно так большинство американцев играли со своими детьми еще до того, как последние становились знаменитостями. Но в том эпизоде присутствовала одна деталь, которую нельзя не заметить, — мяч подавался все жестче и жестче, что, безусловно, имело символическое значение — между игроками назревал конфликт.
В сценарии эта деталь не была прописана. Том Круз привнес ее сам, позаимствовав из своего детства, из тех времен, когда у него возникали конфликты с отцом — Томасом Крузом Мапотером-третьим: «Любой ребенок боится момента, когда придется перейти от мягкой подачи к тяжелой. Он понимает, что это усложнит ему жизнь или заставит почувствовать свою слабость, так все и получалось. Представьте себе, что мужчина шести футов ростом сначала бил легко, но потом все сильнее и сильнее. Периодически мяч попадал мне по голове или по носу, так что брызгали кровь и слезы, но отца это нисколько не смущало».
Мапотеру явно был не чужд садизм, Том вспоминал: «Он был хвастун и трус, из тех, кто обязательно тебя пнет, если он сам в чем-то виноват. Он преподнес мне хороший жизненный урок — научил меня понимать, что есть люди, которые сначала усыпят твою бдительность, а потом как врежут! Но мне это пошло на пользу! Я сказал себе: «В этом человеке есть нечто такое, что лучше быть с ним настороже!» Я всегда чувствовал беспокойство, когда он был рядом».
Неудивительно, что, когда наконец семья покинула Мапотера, Том избавился и от этой фамилии. Однажды они с отцом катались на лыжах в Канаде. Идти пришлось два часа, и Том изрядно проголодался. Но отец не хотел останавливаться, а вместо этого предложил вообразить, что они едят сандвичи.
— С чем ты хочешь сандвич?
— О! С ветчиной!
— А еще?
— С латуком.
«Мы довольно долго создавали воображаемые сандвичи и потом долго ели их, с чипсами и колой. Но нельзя сказать, что этим можно было насытиться», — вспоминал Том.
Впоследствии он пытался найти рациональное объяснение тому, почему его отец, получивший хорошее инженерное образование со степенью в Луисвиллском университете, был так жесток. Тем более что временами он, наоборот, проявлял крайнюю чувствительность, с удовольствием сочиняя сентиментальные любовные пьесы, и даже сам играл в них.
— Отец был очень сложным человеком. Из-за него в нашей семье всегда царил хаос, вплоть до самого его ухода. Если мне случалось подраться на улице и оказаться побитым, отец приказывал мне вернуться и подраться снова, чтобы победить. А я ведь не был самым сильным мальчишкой в школе. Возможно, так проявлялась его отцовская любовь. Ему хотелось, чтобы я был лучше, потому что сам он тоже в школе был на последнем месте. Отец же не сразу вымахал под шесть футов и два дюйма. И доставалось ему серьезно. Но я уверен, что он был очень чувствительным, обидчивым человеком. Он пытался научить меня жить. Вот в чем корень проблемы. Он стремился научить меня чему-то, что казалось ему важным, но я постоянно злился на него. Мне всегда попадало, что бы я ни делал, и я не понимал, почему так происходит.
Иезуиты говорят, что если ребенок пробудет у них первые семь лет жизни, то он навсегда останется иезуитом. И хотя Круз перестал испытывать влияние отца уже в подростковом возрасте, детские переживания навсегда сохранились в его душе. Он никогда не переставал чувствовать себя обиженным ребенком. Тома не покидали неприятные, тяжелые воспоминания, но в них был скрыт ключ к пониманию характера и поступков, благодаря которым актер завоевал признание. Вы не сможете докопаться до истины, если не примете как данность то, что за его обворожительной улыбкой скрывается титаническая воля. Школьные драки, в которых он поначалу терпел поражение, привели его в школьную команду по армрестлингу. И очень многие увлечения, которые появились в его взрослой жизни, связаны именно с детскими и школьными годами. Гоночные автомобили, вертолеты, прыжки с парашютом, глубоководный дайвинг — все это определенные этапы преодоления страха. Школьный опыт сказался и в его отношениях с людьми. Он научился быть терпеливым, отзывчивым, наблюдательным, выдержанным. Однако Круз может проявлять не только уважение и мягкость к собеседнику. В определенных ситуациях, как, например, с Питером Овертоном и Мэттом Лоэром, он очень твердо отстаивал свою точку зрения, не боясь вызвать к себе враждебное отношение.
Как ни странно, но отец никогда не проявлял жесткость в воспитании сестер Тома. Томас Круз Мапотер-третий женился на Мэри Ли Пфайффер из Луизианы. Первая их дочь Ли Энн, самоотверженно посвятившая себя в дальнейшем двадцатилетней работе с братом, родилась в Луисвилле, но затем Томас переехал в Сиракузы, в штат Нью-Йорк, где родились трое младших детей — Мэриан, Том (3 июля 1962 года) и Кэс. Отец Тома в молодости был склонен к мечтательности, а в зрелом возрасте — к выпивке. Он происходил из семьи ирландских эмигрантов, которых считал выдающимися юристами. Что, впрочем, было не так уж далеко от истины — его брат Уильям стал судьей уже к двадцати девяти годам. Но Томас хотел достичь большего. Он мечтал сколотить миллионное состояние, и, конечно же, быстро, сразу, а не в результате долгой и упорной работы.
Но его постигла неудача. Он понапрасну таскал семью по всей Америке — Крузу пришлось не менее пятнадцати раз поменять школу, прежде чем стало ясно, что амбиции отца не оправдались. Семья редко задерживалась на одном месте, но тяжелее всех приходилось Тому. Оглядываясь назад, Том всегда вспоминал о том, как неприятно было каждый раз переходить в новую школу. Все смотрели на него, новичка, как на плохо одетую деревенщину в рваных кроссовках. Рассчитывать ему приходилось только на себя: «Мне оставалось утонуть или выплыть. Я предпочел выплыть». Ко всему прочему он страдал дислексией (как и его мать и сестры), что еще больше усугубляло его положение изгоя среди одноклассников. От этого недостатка он избавился позднее, прибегнув к помощи специалистов. Если принять все это во внимание, то станет ясно, почему школьные годы Том не считал счастливым временем своей жизни. «Я не могу дождаться, когда вырасту, тогда все будет по-другому», — поделился он однажды с сестрой, когда они шли в школу.
Но кое-что в его жизни компенсировало все неприятности. Три его сестры приводили домой подружек и, усадив восьмилетнего Тома на холодильник, отрабатывали с ним искусство французских поцелуев. «Я был очень наивен в то время», — признавался он. Последствия довольно рано приобретенного опыта столь близкого общения с противоположным полом могли бы стать предметом отдельного психоаналитического исследования.
В начале семидесятых семья переехала в Канаду, маленький городок неподалеку от Оттавы. Хотя Том весьма успешно играл в футбол и бейсбол и участвовал в соревнованиях по рестлингу, он не умел кататься на коньках, а между тем национальная канадская игра, как известно, хоккей на льду. С тех пор как она появилась, мало что изменилось в ее правилах, которые как нарушали раньше, так нарушают и по сей день, что всегда порождает неудовольствие одной из сторон и бурные ссоры. Опасаясь, что ее маленькому сыну сильно достанется во время одной из таких драк, Мэри Ли запретила Тому играть в хоккей. Но с упорством, достойным уважения, он все равно стал учиться кататься на коньках, тренировался до и после занятий в школе и в конце концов был принят в команду. Ему удалось избежать травм в хоккее, но во время игры в теннис он все-таки пострадал, потеряв часть зуба. Происшествие привело к тому, что он стал чувствовать неловкость при общении с девушками, избегая поцелуев.
Несмотря на то, что мать Тома была сторонницей строгого католического воспитания, она была не против Голливуда, этого «города грехов», и не препятствовала началу кинокарьеры сына. Сама Мэри Ли охотно занималась драматическими постановками и даже основала общество любителей мелодрамы. Том отлично помнил многие драмы, сочиненные мамой, которые она вместе с мужем ставила на сцене. Том замечал, что его отец в отличие от матери талантом в этих постановках не блистал. Возможно, именно от Мэри Ли Том унаследовал дар, который впоследствии вознес его на вершины славы. Отец Тома пытался развивать свои актерские задатки, подражая на кухне Микки Руни, Джону Уэйну и Даффи Даку.
Это было все, что Том запомнил об отце в первые десять лет своей жизни. Летом 1974 года родители позвали четверых детей в гостиную и сообщили им, что они собираются развестись. Известие сильно впечатлило детей. Том вышел в сад сыграть с отцом в бейсбол, но на этот раз плакал не от ударов мячом — дети опасались, что их разлучат с матерью. Мэри Ли и сама боялась, что суд будет на стороне отца, и поэтому она велела им собрать вещи и спрятать чемоданы под кровати. Том, готовясь к бегству, спал с бейсбольной перчаткой под подушкой. Неделю спустя мать разбудила их в половине пятого утра, и они, прихватив вещи, отправились на стоянку. Мэри Ли, не выказывая особых эмоций, усадила детей в машину, и они поехали по направлению к канадской границе. «Я чувствовал себя беглецом», — признался Том. Так оно и было — им пришлось сбежать от отца. Мэри Ли поселилась в доме своей матери в Луисвилле в штате Кентукки. С тех пор Том лишь дважды виделся с отцом.
Покинув холодную Канаду и переехав на юг, Крузу снова пришлось перестраиваться — с привычного полуфранцузского выговора на южное произношение. Но эти испытания развили в нем способность легко приспосабливаться к новому окружению. «Я привык в каждом новом месте становиться другим человеком». Но помимо адаптации на новом месте у семьи появилась еще одна проблема — деньги. Родственники Мэри Ли, да и ее бывший муж и Мапотеры не отказывались от своих обязательств оказывать ей финансовую поддержку, но она была слишком горда, чтобы принимать помощь. Те годы Круз вспоминал как самые тяжелые в его жизни: «Однажды мама пошла в супермаркет просить продукты в долг, но потом, вернувшись, сказала, что больше не пойдет туда ни за что. Она не хотела, чтобы окружающие знали о нашем бедственном положении».
Еще во время совместной жизни с мужем у Мэри Ли было не так уж много денег, поскольку она не работала — нужно было присматривать за детьми, а после развода ситуация стала просто критической. Оставалась одна надежда — на детей. Три сестры Тома после занятий в школе стали работать официантками. Том разносил газеты по утрам перед школой и нанимался к соседям постричь газоны или полить цветы. Свободного времени почти не было, но его матери приходилось еще тяжелее, поскольку она работала в двух местах, да еще и подрабатывала по выходным продавцом на выставке электротехники, в которой ее научил разбираться бывший муж-инженер.
На подарки к Рождеству денег не хватало, поэтому дети писали друг другу стихотворения. Мэри Ли не оставляла своего увлечения драматическими постановками и не жалела денег на грим и косметику. При случае она наряжала Тома в «жемчуга», шляпку и платье Викторианской эпохи, подкрашивала ему глаза и губы.
Семья обитала в доме, больше похожем на бунгало, среди таких же бедных построек недалеко от дороги с большой лужайкой перед входом, так что место для игр у Тома все-таки было. Раймонд Уайлдер, их сосед, до сих пор живет там. Он вспоминает их с теплотой, однако к тринадцати годам Том уже стал забиякой. «Он был крепкий парень и как-то проиграл мне в теннис. Тогда он бросил на землю свою ракетку и прыгал вокруг меня, требуя, чтобы мы сыграли еще раз, но я был слишком стар для этого». Том рассказывал: «У меня было мало друзей, и дружить мне приходилось в основном с сестрами и соседями, но я был слишком буйным энергичным мальчишкой, и им было не всегда комфортно со мной. Если мне случалось работать в палатке, торговавшей мороженым, я очень хорошо работал пару недель, а потом мне становилось скучно, я бросал это дело и брался за что-нибудь новенькое».
Еще до того как достиг подросткового возраста, Том почувствовал себя единственным мужчиной в семье, на него легла забота о матери и сестрах. Факт немаловажный для понимания его личности. Многие полагают, что стремление контролировать других и его самоуверенность — это следствие его увлечения сайентологией, но скорее всего эти черты сформировались у него еще до того, как он впервые услышал о Роне Хаббарде. Будучи младшим в семье, он тем не менее должен был защищать и поддерживать старших сестер Ли Энн и Мэриан. В 1994 году Ли Энн, которая обычно неохотно делилась воспоминаниями, дала интервью «Вэнити фэр»: «Если кто-нибудь из нас собирался сделать что-то серьезное, мы всегда советовались с Томом, его мнение имело огромное значение для нас». Младшая сестра Тома, Кэс, рассказывала, что ее друг долгое время не решался поцеловать ее, потому что, согласно семейной легенде, Том грозился убить его, если тот посмеет прикоснуться к его сестре.
Все три девушки вздохнули с облегчением, когда узнали, что брат покидает Луисвилл и едет учиться в колледж Святого Франциска около Цинциннати. В колледже Святого Франциска, духовной семинарии, готовили молодых священников. Разумеется, можно было расценить это как последнюю надежду матери, отчаявшейся поправить финансовое положение семьи, ведь школа почти полностью брала на себя обеспечение учащихся. Но вряд ли такой шаг объяснялся только финансовыми мотивами. Том не мог не понимать, какая ответственность ляжет на него, если он вступит на путь церковного образования, и как сильно изменится его жизнь. Тогда обет безбрачия и карьера священнослужителя не вызывали у него никакого отвращения. «Можно сказать, что это была крайность, когда я, будучи далеко не пай-мальчиком, решил пойти во францисканский колледж».
Учебное заведение было достаточно солидным и располагалось на территории в сто пятьдесят акров, так что Том мог продолжить там занятия спортом. В колледже царила строгая дисциплина, но Тома это нисколько не напрягало. Режим помогал настроиться на учебу, не терять времени даром и приучал к постоянству и выдержанности, умению тщательно делать одно и то же: подниматься и спускаться по одним и тем же лестницам, смиренно следовать правилам, запрещавшим драки, курение и азартные игры.
В одной комнате с Томом спали еще двенадцать учеников. Поднимались они ежедневно в 6.30, не пропускали ни одной церковной службы. Отец Джон Боэман вспоминал о Томе позже: «Он был в высшей степени одухотворенной личностью. Я думаю, в противном случае он просто не смог бы у нас учиться. Ему приходилось сидеть на первой скамье в церкви, поскольку он был одним из самых невысоких ребят к классе, и я помню, что он не отрываясь следил за мной во время службы».
Будучи новичком в колледже, Том ни с кем не сдружился и так и оставался одиночкой. Отец Хилариан Кистнер, еще один его наставник, рассказывал: «Я приходил в спортзал после обеда, где он уже обычно играл в баскетбол, и присоединялся к нему. Мы по очереди бросали мяч в корзину».
Ученики семинарии были ограничены жесткими рамками этой системы образования, но ставший знаменитым студент вспоминал о ней с благодарностью: «Это был лучший год за все время моей учебы». Том пробыл в семинарии только год, поскольку истинного призвания священнослужители у него, конечно же, не было. Но опыт учебы там дал ему очень многое. Как заметил отец Кистнер, «большинство учеников приходит к нам, чтобы понять, чего же хочет от них Бог на самом деле».
Впоследствии Том сам признавался, что у него не было сильного интереса к церковной карьере: «Иногда нам разрешали поехать в город, встречаться с девушками по выходным. Тогда же я и понял, что слишком люблю женщин, чтобы от них отказаться». Однако Мими Роджерс, первая жена, не могла простить ему того, что он почти год придерживался обета целомудрия после их свадьбы, пока не решил наконец, что ему стоит навсегда отказаться от идеи служить католической церкви.
Стоит заметить, что этот эпизод жизни Круза во многом объясняет его позже возникший интерес к сайентологии, — он нуждался в определенном наборе правил, которые придавали бы смысл его жизни и организовывали бы ее. Ни образование, ни чтение философских трактатов, ни какая-либо иная вера не могли обеспечить ему такую исчерпывающую и совершенную систему, какую он обрел в сайентологии.
Возвратившись в Луисвилл, Том снял маленькую комнату, чтобы иметь возможность принимать друзей. В 1986 году он дал интервью журналу «Роллинг стоун», в котором рассказывал о том времени: «После того как вы приняли важное решение расстаться с чем-то значимым для вас, вы начинаете чувствовать свою уязвимость. Становитесь ранимы. У вас появляется желание отгородиться от других людей. Я не могу объяснить другим, почему я прошел именно такой путь. Ведь они не прожили мое детство и поэтому вряд ли смогли бы понять меня. В жизни у меня было очень много разнообразных знакомств, я не жаловался на отсутствие внимания, но у меня также были и периоды расставания с тем, что являлось раньше таким желанным. У меня никогда не возникало ощущения, что я достиг чего-то, на чем следует остановиться». Не нужно быть гениальным психологом, чтобы понять, что постоянная жажда любви и внимания со стороны окружающих с годами вылилась в стремление стать звездой. Во всей полноте эта потребность проявлялась именно во время премьерных показов фильмов с его участием. Как бы то ни было, нам следует принять как данность два характерных образа Тома — одинокого мальчика, играющего на гитаре, сидя на ступеньках своего дома, и азартного спортсмена, который каждую неделю переходил границу, чтобы попасть в штат Индиана и сыграть с ребятами в хоккей.
Но возможно, ничто не повлияло на Тома так сильно, как неприятные воспоминания о финансовых затруднениях его семьи. Несмотря на все попытки выбиться из нищеты, это никак не удавалось. Такая ситуация кого угодно повергнет в отчаяние. Том окончил среднюю школу, но у Мэри Ли по-прежнему не было денег на достойную жизнь для себя и четверых детей. Это, разумеется, уязвляло ее гордость и приносило немало огорчений. Том был вынужден уехать жить к своим дяде и тете.
Возможно, узнав от брата, что Мэри Ли находится в крайне стесненном положении, ее бывший супруг попытался вернуться в семью. Он даже пригласил Тома и Кэс в кино, но опоздал. В жизни Мэри Ли появился другой мужчина, с которым она познакомилась на выставке электротехники. Джо Саут был продавцом пластиковых изделий. Женившись на Мэри Ли, он перевез всю семью в Гленн-Ридж, штат Нью-Джерси. Гленн-Ридж — тихий городок с домиками в колониальном стиле и железнодорожной станцией, построенной так давно, что она продолжала функционировать в качестве почтового отделения. Местные нравы позволяли оставлять машину на улице, не запирая — идеальная среда для спокойной семейной жизни.
Том испытывал смешанные чувства к своему отчиму: с одной стороны, он гордился тем, что являлся так долго единственным мужчиной в семье, и ревновал, с другой — он был счастлив, что теперь есть с кем играть в футбол, несмотря на то что отчиму он всегда проигрывал. В Нью-Джерси Том и окончил школу. Современное здание школы в Гленн-Ридж сильно отличалось от псевдоготических построек с аккуратными лужайками в колледже Святого Франциска. Но именно там он приобрел опыт, повлиявший на его дальнейшую жизнь. Том сделал все, чтобы попасть в школьную команду по рестлингу, и был рад знакомству с тренером Анжело Карбо, который дал ему понять, что рестлинг может стать в будущем его пропуском в университет. «Но сначала ему следовало многому научиться, — вспоминал Карбо, — и он научился всему здесь. Рестлинг — самый популярный спорт в высших учебных заведениях, а Том обладал большим преимуществом — он был невысокого роста, меньше многих своих одноклассников».
Навыки, приобретенные в школе, должны были пригодиться Тому в жизни, поскольку он планировал стать пилотом Военно-морского флота. Эта идея пришла ему в голову после того, как он посмотрел фильм «Битва за Мидуэй», где снимались Чарлтон Хестон, Генри Фонда, Роберт Митчэм, Джеймс Коберн, Роберт Вагнер, Эдвард Альберт, Гленн Форд и Тоширо Мифуне. Картина рассказывала о событиях 1942 года, когда произошло знаменитое сражение — Военно-морские силы США одержали верх над японским флотом, атаковавшим атолл Мидуэй (на северо-западе от Гавайских островов), обозначив тем самым поворот в тихоокеанском военном конфликте. Флот Японии, потерявший четыре тяжелых авианосца, двести пятьдесят самолетов и лучших пилотов, навсегда лишился возможности эффективно действовать вне зон прикрытия береговой авиации. Патриотизм фильма не мог не поразить воображение подростка, которому еще только предстояло выбрать свой жизненный путь. Он, как и любой мальчишка, представлял себя на месте героев фильма, а позже реализовал эти мечты в кино.
Накануне решающего матча по рестлингу с соседней школой Том обнаружил, что его вес на фунт превышает допустимую для его категории норму. Он принялся бегать вверх и вниз по лестнице дома. Случайно оступившись, мальчик получил травму — порвал связку на ноге, что означало конец его карьеры в рестлинге. В китайской традиции идеограмма «беда» имеет также второе значение — «возможность», смыслу которой вполне соответствует американская поговорка «у каждой тучи есть серебряная подкладка», или «нет худа без добра». В случае с Томом Крузом все они были справедливы.
Не имея больше возможности заниматься спортом, он решил попробовать свои силы в драматическом школьном кружке и принял участие в постановке мюзикла «Парни и куколки». Руководитель кружка был поражен способностью Тома к перевоплощению — он не знал об увлечении его родителей театром. Получился ли у него специфический бруклинский акцент Натана Детройта? Да, и так же хорошо, как это сделал в одноименном фильме 1955 года Фрэнк Синатра, снимавшийся в данной роли вместе с Марлоном Брандо, который сыграл Ская Мастерсона.
Его друг и партнер по спектаклю, Том Тэйпк-младший, знал, что Том отличный актер, которому не хватает лишь жизненного опыта: «Он был одним из главных действующих лиц в постановке, харизматичный и прекрасно понимающий, как надо вести себя на сцене. Вообще-то Том перфекционист во всем. Помню, он заинтересовался автомобилями — и тогда изучил их досконально, всю механику».
Том приобрел огромную популярность в школе благодаря своим выступлениям, что было неожиданностью для всех, кроме Мэри Ли. Она всегда знала, что у сына есть актерский талант. «Он всегда отличался в постановках, но я не могла его убедить в том, что театр гораздо интереснее, чем спорт». Тому было семнадцать, когда его мать и отчим пришли посмотреть спектакль «Парни и куколки». «Невозможно описать мои чувства, — сказала потом Мэри Ли, — не передать словами, что вы чувствуете, когда видите, как внезапно проявляется грандиозный талант, дремавший много лет. Никто даже и представить себе не мог, каким Том будет на сцене — он был просто неотразим».
Сыграв Натана, Том понял, что его жизнь коренным образом изменилась. «Мне это понравилось. Когда приходилось переходить из школы в школу, мне было не до театра — приходилось заниматься спортом, чтобы уметь постоять за себя. Нахалу и обидчику ведь не ответишь: «Ты говоришь неприятные мне вещи», — надо было иметь смелость грубо послать его: «Пошел к черту!» Конечно, все это меня страшно угнетало. Когда я сыграл в школьной пьесе и ребята сказали мне: «Bay, да ты просто супер!», я почувствовал себя совсем по-другому. Не потому, что меня хвалили, а потому, что изменились мои отношения с людьми, изменился и я сам».
Это было озарение, откровение — так по крайней мере он воспринял свой триумф. Возможно, после этого каждый вечер он повторял себе одно и то же: «Такой шанс выпадает лишь однажды, отнесись к этому серьезно». Если учесть его упорное стремление к цели и склонность до поры до времени скрывать свои замыслы, то понятно, почему он впоследствии оценивал этот период как один из самых важных в жизни: «Надо было сконцентрироваться на том, что я мечтал осуществить, потратить на это всю свою энергию и предприимчивость». А он теперь уже точно знал, чего хочет — стать профессиональным актером.
Однажды пожилой актер Род Стайгер выступал с лекцией в Лондоне, и один молодой человек спросил его, правильно ли он поступит, если выберет профессию актера. Аудитория разразилась было хохотом, но Стайгер ответил: «Вопрос очень сложный. Я вряд ли смогу на него дать исчерпывающий ответ. Если вы только хотите стать актером, тo лучше и не пытайтесь. Если же чувствуете, что не можете им не стать, обязательно попробуйте».
Том чувствовал, что обязательно станет актером. «Понимаете, если вы вдруг обнаруживаете, что умеете делать то, что заставляет людей сопереживать и восхищаться вашей работой: «Потрясающе!», вы уже не можете думать ни о чем другом, кроме того, чтобы добиться поставленной цели. И я сказал себе: «Я должен стать актером». Я чувствовал, что если поступлю иначе, совершу самую ужасную ошибку в жизни». В последствии он признавался Барбаре Уолтерс: «Мне нужно играть — это для меня как воздух».
И тогда он решил сделать станку на удачу, а вернее — на свой талант.
Глава 4
Честь, долг, отечество
В отличие от Дика Уиттингтона (Герой английской сказки «Уиттингтон и его кошка» — Прим. авт.) Том не верил в то, что улицы Нью-Йорка вымощены золотом. Он приехал в Нью-Йорк с несколькими сотнями долларов, которые успел заработать за время каникул, и еще восемьсот долларов дал ему взаймы отчим, Джо Саут. Том убедил мать, что за три года сумеет чего-нибудь добиться в столице, но если и к двадцати годам у него ничего не получится, то найдет себе занятие попроще. Никакие уговоры и доводы не смогли бы заставить его свернуть с намеченного пути. «Мы понимали, что у него огромный талант, — вспоминала Мэри Ли, — поэтому нам оставалось только поддержать Тома и пожелать удачи». Ее желание помочь сыну было так велико, что она сама привезла его на Манхэттен на старом зеленом «форде», который Том купил за пятьдесят долларов. Благодаря своему успеху в «Парнях и куколках» он сразу нашел себе менеджера, но ему было только семнадцать, и он не имел права подписывать документы без согласия родителей.
Тоб Гибсон до сих пор помогает начинающим талантливым актерам. «Я помню момент, когда он вошел и пожал мне руку: «Привет, меня зовут Томми». Я слегка растерялась и спросила: «Вы, вероятно, собираетесь стать звездой?» Я еще ничего о нем не знала, не знала — поет ли он, как он декламирует и как танцует, но вдруг почувствовала, что он действительно будет звездой». Тоб прекрасно понимала, что имя Мапотер-четвертый не годится для звезды, и предложила сменить его. Том согласился. «Вот так — он вошел сюда как Томас Мапотер-четвертый, а вышел как Том Круз».
Подписав контракт на работу «актера за сценой», он вынужден был заниматься подсобной работой — разгружать ящики с оборудованием, переносить мебель, накрывать столы, что он и делал почти год в качестве ассистента управляющего в Ист-Сайде.
Работе этой внезапно пришел конец, когда терпение Круза лопнуло. «Мне позвонили среди ночи и сказали: «Ты плохо работаешь, черт побери!», на что я ответил: «Да пошли вы с вашей дрянной работой!»
Он решил брать уроки актерского мастерства в школе при театре «Нейборхуд плейхаус» — весьма почтенном заведении, выпускниками которого были многие актеры — от Грегори Пека до Дайан Китон, и в котором Санфорд Мейснер преподавал так называемую «Технику игры Мейснера» — пошаговое развитие актерского мастерства на основе теории первопроходца русской театральной школы Константина Станиславского. Гарольд Белдридж, дававший уроки в школе как раз в то время, когда там появился Том, оказал на него немалое влияние и прежде всего помог усвоить очень важные для актера принципы, которые впоследствии помогали ему в работе над фильмами «Рожденный четвертого июля» и «Интервью с вампиром».
«Актер достигает успеха благодаря постоянным репетициям, — говорил Белдридж, — постоянно ошибаясь раз за разом, пока наконец не находит единственно правильный способ сыграть роль. Выбирает наиболее оптимальный путь, вживаясь в роль, но тем не менее оставаясь самим собой. Когда вы сделаете это один, другой и третий раз, у вас все получится». Том принял к сведению эти советы, он стремился к совершенству. Белдридж же стал директором театра. «Если вы занимаетесь только спектаклями, то ваше поле деятельности ограничено и вы можете пройти мимо каких-либо других средств самовыражения, которые вы тоже могли бы использовать. Мы даем вам возможность попробовать себя во всем, что вам интересно. Вы должны понимать, что, возможно, эта деятельность не станет вашей работой, но она даст вам необходимый опыт для дальнейшего развития». Увлечение техникой Мейснера в каком-то смысле тормозило Тома. Он был достаточно экспрессивен, входя в роль, но все же не погружался в нее с головой. Когда речь зашла о коммерческой рекламе, где он должен был сказать детям одну-единственную фразу: «Кушайте «Фритос»!», комиссия пришла к выводу, что его манера речи пугает детей. Том был не готов к коммерческим съемкам и так никогда и не снимался в рекламе. «Мне кажется, я — одержимый человек. Когда я работаю над чем-то одним, ничего другого просто не приемлю», — признался он однажды.
Круз не имел возможности посещать все занятия курса, свободное время у него оставалось только по вечерам. «Это было великолепно и ужасно одновременно, — вспоминал он. — Я метался, как зверь в клетке, мне не хватало денег даже на нормальный обед, но приходилось заниматься по вечерам. Я питался только рисом и хот-догами». Но первую роль он великолепно сыграл и без Станиславского. В мюзикле «Чудо» Том успешно выступил в дневном сеансе Олумфилдской постановки в Нью-Джерси. Мюзикл был основан на Евангелии от Матфея, по которому Джон-Майкл Тебелек написал сценарий. В знаменитой постановке в Торонто в этом представлении играли звезды первой величины — Гилда Рэднер и Мартин Шорт, а также Юджин Леви, в последствии снявшийся в «Американском пироге» и которого в «Чуде» прочили на роль Иисуса.
Тоб Гибсон рассказывала, что предполагалось дать Крузу еще одну роль: «Он подвернулся случайно. Требовался заводной актер. Найти его надо было срочно. Мне позвонили, и я предложила Тома». Но Том уже не доверял ей. Обычно Тоб давала ему мелкие поручения — купить продукты или убраться где-нибудь, так что на ее предложение о работе Том ответил отказом. Она напомнила ему о контракте. Он ответил, что был несовершеннолетним, когда подписывал его, а значит, контракт недействителен, и нанял адвоката, чтобы тот доказал это.
У Тоб Гибсон об этом конфликте сохранились неприятные воспоминания: «Я была очень зла на него. Не потому, что он отказался — меня злило то, как он это сделал. Когда вы тратите силы, выращивая цветок, вам хочется увидеть, как он распустится».
Смена менеджера открыла для Тома Круза новые горизонты. Он приехал в Лос-Анджелес, чтобы попробовать свои силы в ситкоме. В конце кастинга один из агентов не выдержал: «Может быть, уже хватит, а?» Том вспоминал позже: «Я не исключал, что меня вышвырнут вон, но не думал, что все будет так некрасиво. Думал, что он попросит меня позвонить ему или что-нибудь в этом роде, чтобы еще раз пригласить на прослушивание… И я наивно ответил ему, что буду свободен всю неделю». «Ах, неделю, — ухмыльнулся он, — тогда сделайте милость, молчите, когда будете приходить сюда». Это было также ударом по самолюбию, что я едва не расплакался, но все-таки сдержался и даже через силу улыбнулся, подбодрив себя: «Это Голливуд, добро пожаловать, Круз».
Ему сказали, что он слишком экспансивен и не годится для съемок в телесериалах и лучше ему попробовать сняться в кино.
Такая неудача кого-то другого могла бы привести в отчаяние и заставить задуматься о смене выбранного пути, но для Тома она стала сильнейшим импульсом в достижении цели. «Я понимал, что люди, которые отказываются мне помочь там, где могли бы это сделать, удлиняют мою дорогу к вершине. Конечно, это меня расстраивало, но я был уверен, что рано или поздно встречу того, кто поверит в меня, и хотел, чтобы это случилось поскорее». И Круз не ошибся — этим человеком стал Франко Дзеффирелли. Эксцентричный итальянский режиссер, ставший известным после фильмов «Ромео и Джульетта» (1968) и «Чемпион» (1979), обратил свой царственный взор на Круза и дал ему после прослушивания исключительную характеристику: «Белиссимо!» — тут же предложив Крузу роль в фильме «Бесконечная любовь» (1981). Это была первая работа Тома в кино. Брюс Робинсон, написавший сценарий очаровательного фильма «Уизнейл и я», снимался у Дзеффирелли с Ричардом Бартоном и Элизабет Тейлор в «Укрощении строптивой». Многие эпизодические роли там играли студенты старших курсов Оксфорда, но Дзеффирелли постоянно преследовал своими недвусмысленными домогательствами именно хорошенького Робинсона, что и побудило последнего высмеять режиссера в образе грубияна дядюшки Монти, сыгранного с потрясающим талантом Ричардом Гриффитсом в фильме «Уизнейл и я». Тому удалось избежать этих проблем — он старался держаться от Дзеффирелли подальше, благо его присутствие на съемках было необходимо вceгo один день. Главного героя в фильме сыграл Мартин Хьюитт, в официальной биографии которого говорится, что он был выбран на эту роль из числа пяти тысяч претендентов. Успех фильму был гарантирован благодаря романтизму, привнесенному в него звездой «Голубой лагуны» пятнадцатилетней Брук Шилдс. («Голубая лагуна» заработала в прокате шестьдесят миллионов долларов!) Но популярна Брук стала гораздо раньше, когда ей исполнилось десять — фотография в полуобнаженном виде была представлена на выставке в галерее изящных искусств на Манхэттене. Именно это стало первой ступенькой карьеры Брук, а дальше последовала роль в фильме Луи Маля «Прелестное дитя». После «Бесконечной любви» успех актрисы пошел на спад, но публика не забыла свою любимицу, постоянно интересуясь ее любовными приключениями и продолжая восторгаться ее фотографией в расстегнутой коричневой рубашке и голубых джинсах, надпись под которой кокетливо вопрошала: «Хотите знать, что происходит между мной и Кальвином? Ничего». Затем брак с Андре Агасси, продлившийся всего пару лет, вызвал грандиозный скандал в прессе, но дальше наступила тишина, которая продлилась до того самого момента, пока не началась полемика в СМИ по поводу протеста Тома против приема антидепрессантов.
Роль Тома в «Бесконечной любви» была незначительной — его герой в оборванных джинсах советовал главному персонажу фильма устроить пожар в доме родителей его девушки, чтобы инсценировать их спасение и тем самым добиться их расположения. В итоге главный герой чуть было не сжег дом вместе со всеми его обитателями. «Я это делал, восемь лет назад я устроил поджог», — агитирует Хьюитта Круз. За съемки он получил триста долларов — гораздо больше, чем платили официантам в кафе за месяц. Кроме того, он смог продемонстрировать свой накачанный торс, который вполне подошел бы для модельных фотографий, если бы он согласился этим зарабатывать. Но когда кадр из фильма попал в гей-журнал «Парле», у Тома пропало всякое желание позировать в качестве фотомодели.
Из-за своей принципиальности он мог бы и дальше прозябать в нищете. Денег на съемную квартиру в Нью-Йорке не было, и он решил вернуться в Гленн-Ридж. Но перед отъездом решил сходить на кастинг для фильма «Отбой». Шел 1980 год, и президентский пост занимал Рональд Рейган. На смену относительно мягкому политическому режиму Джимми Картера пришла жесткая установка на патриотизм и только. Студия «Двадцатый век Фокс» сразу же уловила эти тенденции и решила сделать фильм по роману Дервери Фримана «Родные небеса». Военное училище с полувековой историей под названием «Банкер-Хилл» собираются закрыть, чтобы построить на его месте кондоминиумы. Один из курсантов старшего курса возглавляет вооруженный захват территории, надеясь, что эта отчаянная выходка сможет спасти заведение.
«Двадцатый век Фокс», безусловно, могла гордиться, имея в своем распоряжении Джорджа С. Скотта, который когда-то служил в вооруженных силах и однажды сыграл роль генерала Патона. Но в отличие от патриота Патона Скотт был от этой роли не в восторге и на церемонии вручения «Оскар» отказался от награды, мотивируя это тем, что его вклад в картину не столь уж велик. Однако его сочли наилучшей кандидатурой на роль еще одного генерала — Эрлана Баха в «Отбое». Все прочие актеры были очень молоды, среди них выделялся двадцатилетний Тимоти Хаттон, получивший «Оскар» за лучшую роль второго плана в фильме Роберта Редфорда «Обыкновенные люди» (1980).
На вакантные роли «Отбоя» актеры отбирались не слишком строго. Перед режиссером Хэролдом Беккером стояла задача разыскать двести молодых людей, чтобы они сыграли кадетов. Круз был нимало удивлен, увидев тысячи таких же, как он, юных претендентов. Но после короткого разговора с Беккером и продюсером Стенли Джеффом у него появилась надежда. Когда он после просмотра подходил к дому, на подъездной дорожке его встретила мать с сообщением, что звонил его агент, который хочет кое-что предложить ему. Так или иначе, это был шаг вперед.
Круз сконцентрировался на осмыслении своей новой роли мятежного кадета Билли Харриса. Получить такую роль — неслыханная удача. Две недели съемок у Беккера стоили огромного эмоционального и физического напряжения, но приобретенный опыт имел для Круза огромное значение. Однако в процессе работы выяснилось, что он будет играть другую роль — Дэвида Шона, абсолютного психа, который предлагает не отступать от намеченной цели, пока все не погибнут. С одной стороны, это был все же прогресс в его карьере по сравнению с «Парнями и куколками», но с другой — он был недоволен случившимся и считал, что ему гораздо больше пристало бы идти по стопам таких актеров, как Скотт и Хаттон: «Я все время думал: «Черт! Я совсем не хочу играть психованного Дэвида Шона». Это слишком маленькая роль и совсем не то, на что я рассчитывал. Зря я, что ли, столько учился, и почему бы мне не использовать все, что я знаю? Я предложил им несколько своих идей».
Но их не приняли. «Это была картина в духе военной пропаганды, — рассказывал Том, — мне негде было развернуться». Ему предложили играть Дэвида Шона или убираться. Том согласился. «Я был ужасно раздражен, — признавался он, — мне не дали проявить себя! Но зато я понял, что мне необходима дисциплина, необходимо работать ежедневно хотя бы по часу».
Мысль о дисциплине зародилась у него под влиянием муштры на съемках, когда актеров заставляли ходить строем, есть и спать в соответствии с реальным распорядком военной академии «Вэлли Фордж» в Пенсильвании. Репетиции проходили под девизом «Честь, долг, отечество» — эти слова постоянно повторял их командир, генерал Эрлан Бах (Скотт).
Скотт имел репутацию человека, склонного к переменам настроения, актера, с которым трудно работать. Широко известна была история съемок с Морин Стейплтон, которая жаловалась режиссеру «Отеля «Плаза»» Нилу Симону: «Я не знаю, что делать, я его боюсь». Симон ответил ей: «Дорогая моя, мы все боимся Джорджа Скотта!» Но, к счастью, в «Отбое» он вел себя более мягко и сдержанно.
Круз испытывал перед ним благоговейный ужас. «Мне нравились все его роли — начиная от генерала Патона и до генерала Бака Тургидсона в «Докторе по прозвищу Странная Любовь». Он потрясающий актер. И Хаттон тоже восхитителен, особенно в фильме «Обыкновенные люди», за который он получил «Оскар». Я в то время был очень нервным. Когда вы молоды, вам трудно себя контролировать, все кажется осуществимым, нет ничего недосягаемого. Хэролд Беккер — замечательный режиссер. Он придумал познакомить нас, молодых актеров, с солдатами, чтобы мы научились у них тому, что было необходимо для съемок и правдоподобия наших героев. Обстановка была очень дружелюбная и комфортная, мы здорово проводили время. Конечно, работа оказалась напряженной. Мне пришлось делать только то, что говорят. Но все равно я никак не мог поверить, что это наконец случилось — я снимаюсь в кино!»
Том получал за съемки сто долларов в день, большую часть денег он отсылал домой, но и того, что оставалось, ему хватало на жизнь.
С ним вместе в фильме снимался Шон Пенн, но его социальное положение сильно отличилось от положения Круза — Пенн вырос в семье преуспевающего бизнесмена и актрисы. Он уже получил к тому времени роль в «Стране сердца» на Бродвее. Круз находился под сильным впечатлением от Пенна: «Я был счастлив, что судьба свела нас на съемках фильма. Мы целую ночь разговаривали с ним о кино и об актерской профессии. Мы оба очень переживали за нашу работу, очень волновались. Ведь никто не знал, как публика примет фильм».
В отличие от генерала, сыгранного Скоттом, герой Круза не вызывал симпатии. Шон — опасный фанатик, взорвавший машину шерифа и призывавший стрелять по солдатам национальной гвардии. «Многое в этом герое из моего детства, — говорил Том. — Я, конечно, не был таким неуправляемым, но хорошо понимал, почему он шел на крайности: страх вынуждал его это делать». Его работу оценили. Винсент Кэнби в «Нью-Йорк таймс» писал: «На премьере фильма «Отбой» стоит присмотреться к игре двух молодых актеров-дебютантов — Шона Пенна и Тома Круза, которым достались роли кадетов».
Получив гонорар в пятьдесят тысяч долларов за съемки в фильме, Том удалился в дедовский дом Мапотеров на берегу озера Камберленд в Кентукки, чтобы подумать о жизни. Его дебют, однако, не стал таким громким, как у его нового друга Шона Пенна. Последний вскоре получил роль Джеффа Спиколи, вечного страдальца в необычайно успешном фильме Эмми Хекерлинг «Быстрые перемены в школе Риджмонт-Хай» (1982). Фильм сняли по сценарию журналиста из «Роллинг стоун» Кэмерона Кроу, который впоследствии оказал существенное влияние на карьеру Круза, порекомендовав его для съемок в «Джерри Магуайере» и «Ванильном небе».
В это время Круз совершает серьезную ошибку. Он соглашается, возможно польстившись на внушительный гонорар, сняться в высокорейтинговой комедии «Теряя это», продюсером которой был Гарт Драбински, позднее оказавшийся в центре финансового скандала. Режиссером фильма был Кертис Хэнсон, который впоследствии все-таки реабилитировал себя криминальной драмой «Секреты Лос-Анджелеса» (1997). «Я вообще ничего не знал ни об агентах, ни о контрактах, ни о том, как искать работу, — рассказывал Том. — После того как закончились съемки «Отбоя», я чувствовал себя совершенно потерянным. Что я должен был делать? Кричать: «Эй, кто-нибудь сейчас собирается делать хороший фильм? Кто-нибудь хочет сделать что-нибудь хорошее?» Сниматься где попало я уже не мог. Когда я увидел сценарий «Теряя это» впервые, он был хуже, чем то, что получилось по окончании съемок, но агент дал мне очень мало времени, чтобы досконально вникнуть в текст. «Соглашайся, соглашайся!» — говорили мне, и я взялся за работу. Это был самый ужасный период в моей жизни».
Том знал, что по сценарию он должен сыграть одного из четырех школьников, которые теряют девственность в борделе, но он успокаивал себя тем, что любовные сцены снимаются ночью. Но потом оказалось, что это не так. «Знаете, это ужасно, — сказал он в одном из интервью, — собираешься сниматься в комедии, а получается несмешное убожество». Точно так же на фильм реагировали и зрители. «Я ни разу не рассмеялся и даже не улыбнулся за полтора часа, пока шел фильм», — писал один из критиков. «Давным-давно, в не слишком далеко находившейся отсюда школе…» — так вроде бы в шутку начинался фильм, что уже давало понять, о чем он. Четверо мальчишек по дороге в бордель, находящийся в Тихуане, прихватывают с собой сбежавшую невесту богача Шелли Лонг. Они отправляются к хорошеньким девицам, но обнаруживают там только старых и уродливых проституток. Разумеется, Том выбирает Шелли. Этим его роль и ограничивалась.
Фильм получил подпольное уничижительное название «Свинарник в Тихуане». Но на самом деле съемки проходили к Калексико, маленьком городишке неподалеку от границы Калифорнии и Аризоны, где проживают в основном испанцы. Никто из участников съемок так и не решился пересечь границу и посетить страну Монтесумы. Но большому счету Том весело проводил время с друзьями, попивая пиво, но ему не терпелось вернуться в Голливуд. Он сожалел: «Я стал в глазах окружающих посмешищем, никто не хотел воспринимать меня всерьез из-за этого фильма».
Но склонный всегда искать и положительные стороны в случившемся, он затем добавил: ««Теряя это» для меня оказался полезным, после него я мог с полным правом заявить: «Слава Богу, я повзрослел».
Глава 5
Приведи домой шлюх
Для человека столь целеустремленного, как Круз, начало 1982 года было наихудшим временем. Переехав в Лос-Анджелес, он сначала снимал комнату вместе с Эмилио Эстевесом, а затем вполне приличную голливудскую квартиру, такую же как у братьев Пенн — Шона и Криса (последний приобрел известность благодаря фильму «Бешеные псы», но, к сожалению, умер в 2006 году). «Это было бурное время, — вспоминал Том. — Мне особенно нечем было заняться, я не знал, куда пойти, и как бы завис без всяких перспектив на тот момент. После «Отбоя» мне предлагали сниматься во всяких фильмах ужасов, в детективах… Я сказал своему агенту, что хотел бы поработать с Фрэнсисом Копполой, но получил ответ: «Фрэнсис! Да ему нечем тебе платить!»»
Для любого актера, режиссера и сценариста в Голливуде главное не талант, а хороший агент. Агенты — основной двигатель всей индустрии Голливуда. Они в гораздо большей мере, чем кто-либо другой, ответственны за успех проектов, и только благодаря им тот или иной актер добивается признания или, наоборот, остается за бортом. А причина такого положения дел проста: студийным сотрудникам все равно — они получают стабильную зарплату, а вот агенты живут на то, что зарабатывают благодаря выходу фильмов на экран. Наиболее влиятельными и успешными в то время, когда Том появился в Голливуде, были агенты «Креатив артист» — объединения, которое было основано Майклом Овитцем, когда он ушел из агентства «Уильям Моррис» вместе с тремя сотрудниками.
Полная энтузиазма Пола Вагнер, начинающий агент, которая проработала там менее двух лет, была уже достаточно опытна в подборе актеров, и ее зоркий глаз не мог пропустить Тома. Они работают вместе с тех пор, как образовалась «Круз — Вагнер продакшн». Пола начинала актрисой университетского театра, кроме того, участвовала в постановках на Бродвее. Как и Том, она приехала покорять Лос-Анджелес и приняла участие в съемках сериала «Разменная монета». Однако ей сказали, что она куда успешнее могла бы помогать талантливым актерам, и предложили попробовать свои силы на этом поприще. Ей сразу же понравился Том и его отношение к миру: «Он прекрасно понимал, что, для того чтобы стать хорошим актером, нужно работать бок о бок с самыми лучшими и учиться у профессионалов, только тогда можно объективно судить о своей работе и вовремя исправлять ошибки».
Лучшим в то время был Фрэнсис Форд Коппола. Он уже получил семь «Оскаров» в номинациях «Лучший фильм», «Лучший режиссер» и «Лучший сценарий» за фильм «Крестный отец-2». Тогда никто не ожидал, что за этим прекрасным началом последует скандал. К сожалению, его следующий большой проект, «Апокалипсис сегодня» (1979), провалился в прокате, что повлекло за собой большие финансовые потери. Студия «Зоэтроп» (в качестве названия взято слово, которым обозначалось одно из изобретений девятнадцатого века — вращающееся колесо, послужившее прототипом «чертова колеса»), оборудованная по последнему слову техники, была продана, чтобы избежать банкротства и выплатить долги. Пытаясь сохранить репутацию и выбраться из кризиса, режиссер снял фильм «От всего сердца», который еще больше разочаровал публику. За какие-то семь лет Коппола превратился из могущественного хозяина компании в отчаявшегося режиссера, которому приходилось искать хоть какую-нибудь студию, готовую спонсировать его фильмы.
Роман «Изгои» С.-Э. Хинтон был чем-то вроде «Гарри Поттера» того времени. С момента выхода в свет в 1967 году он пользовался популярностью среди школьников. Сьюзи Хинтон, как и Джоан Роулинг, опасалась, что женское имя на обложке отпугнет читателей, сомневалась в том, что по ее роману можно снять хороший фильм. Однажды библиотекарь Джо Эллен Массакиан прислала Копполе книгу, сопроводив ее письмом, где говорилось, что этот роман школьники любят так же сильно, как некогда любили «Черного скакуна» Уолтера Фарли (кстати, по этой книге тоже был снят фильм, режиссер которого Кэрролл Баллард был в ссоре с Копполой). Мисс Хинтон запросила за экранизацию пять тысяч долларов, но у Копполы финансовое положение было критическим — он мог предложить только пятьсот. Тогда писательница согласилась, заметив: «Вы создали «Крестного отца», и фильм получился лучше, чем книга, но учтите, я не хочу, чтобы так же получилось и с моим романом». К счастью или к сожалению, так не получилось. Когда объявили кастинг для молодых актеров, Коппола был потрясен количеством явившихся любителей романа Хинтон. Дженет Киршенсон вспоминала об этом: «Я увидела огромную толпу молодых людей в возрасте от семнадцати до девятнадцати лет, все были очень симпатичные. Тому удалось пройти все предварительные прослушивания на «Аутсайдеров». Я видела его в «Отбое», и он просто поразил меня своим талантом. Том пробовался на одну из пяти главных ролей, но в результате получил самую незначительную, однако и это уже стало шагом к победе». Коппола обладал феноменальным чутьем на актеров, это было очевидно по «Крестному отцу». Первым он отобрал Мэтта Диллона, предложенного самой Хинтон и уже завоевавшего симпатии зрителей в «Моем телохранителе». Кроме того, этот актер прекрасно зарекомендовал себя в другом фильме по роману Хинтон — в «Тексе». Вторым — С. Томаса Хауэлла, снимавшегося в «Инопланетянине». Остальные «изгои» являлись еще неизвестными актерами, но некоторым из них были суждены слава и популярность. Среди них оказались Ральф Маккио, впоследствии сыгравший в «Парне-каратисте», Патрик Суэйзи, снимавшийся в «Грязных танцах» и «Призраке», Эмилио Эстевес, участник актерской группы восьмидесятых под названием «Брэт пэк», который сыграл в «Клубе «Завтрак»» и в «Огнях святого Эльма» и стал своего рода кумиром поколения восьмидесятых. В «Огнях святого Эльма» снимался и Роб Лоу — ему не везло довольно долго, пока он не получил роль в фильме «Западный ветер». Последним счастливчиком оказался Том Круз.
Эмилио Эстевес хорошо знал Копполу — его отец, актер Мартин Шин, работал с режиссером над фильмом «Апокалипсис сегодня». Том, возможно, и не догадывался, что своим участием в «Аутсайдерах» (по роману «Изгои») он обязан Фреду Русу — человеку, которому Коппола доверял проведение кастингов еще со времен снятой десять лет назад комедии «Американские граффити», где сам он был продюсером, а Джордж Лукас — режиссером. Именно этот фильм вывел на звездную дорогу Харрисона Форда и Ричарда Дрейфуса. После невероятно удачного кастинга для «Крестного отца» Коппола взял Руса в сопродюсеры. Впоследствии Рус заметил: «Я знал, что Том Круз талантлив, это было видно еще в «Отбое»».
Коппола настаивал на том, чтобы прослушивание проходило несколько необычным образом — актер разыгрывал каждую роль по очереди. Таким образом удалось правильно распределить роли. «Я воспринимал кастинг как развлечение, — вспоминал Мэтт Диллон, — но для всех остальных это был вопрос жизни и смерти, ведь это прослушивание могло дать им шанс, а могло поставить точку в их карьере». «В этом фильме всем хотелось сниматься, — добавляет Роб Лоу, — едва ли не все актеры до тридцати пяти лет пытались получить в нем роль».
Но некоторым не повезло. Хэлен Слейтер, настоящая суперзвезда, и Кейт Кэпшоу (героиня фильма «Индиана Джонс и Храм Судьбы», ставшая миссис Стивен Спилберг) не смогли выдержать конкуренции с Дайан Лейн, выбранной на роль Шерри. Дайан работала с Копполой, начиная с «Бойцовой рыбки» и вплоть до «Клуба «Коттон»». Уже в восемнадцать лет она зарекомендовала себя как весьма строптивая и упрямая актриса. Во время съемок она воевала с Копполой за право жевать резинку, но он ей не позволил, что не помешало их успешной совместной работе.
Круз должен был сниматься в сцене, где он болтает с Дайан и ее приятелем. «Я знаю, я — не вы, вы ведь ходите на родео». Он и так был моложе ее, а во время прослушивания (в своей желтой майке, с челкой, закрывавшей один глаз) показался совсем юным, поэтому вместо него эту роль получил Том Хауэлл. Круз тогда стал пробоваться на роль Дэйрри Кертиса, который вытаскивает двух юных братьев из машины после автокатастрофы, но не получил и этого — Дэйрри сыграл Патрик Суэйзи, он был на десять лет старше Тома.
На просмотре Копполе понравилась улыбка Круза, однако комиссия кастинга решила, что Роб Лоу подходит им больше (его роль потом сильно сократили в фильме). Фред Рус заметил, что у Тома какая-то не совсем обычная актерская манера — он стремился не столько выполнить задание просмотра, сколько создать характер героя: «Он играл на полном серьезе». Возможно, именно по этой причине ему и не дали ни одной главной роли в фильме, и он сыграл лишь работника бензоколонки. Но все-таки он получил роль — в отличие от Микки Рурка, Вэла Килмера и Денниса Куэйда.
Том знал, что попал в достойную компанию, и изо всех сил старался добиться хоть какого-нибудь успеха. «Я мечтал получить ведущую роль, но все считали, что я не смогу сыграть ее. Я и сам чувствовал, что мне не хватает знаний и мастерства, и готов был учиться сколько угодно. Так что когда началось прослушивание, я обратился к Фрэнсису и сказал, что готов на любую роль, буду делать все, что угодно. И он решил взять меня». В фильме снималась одна очень молоденькая девушка, игравшая двенадцатилетнюю попрошайку. Ее тоже почти не заметила публика, однако впоследствии она была номинирована на три премии «Оскар» за фильм «Трудности перевода» и получила награду за лучший сценарий. София была дочерью Фрэнсиса Копполы.
Коппола вместе с актерами отправился в Талсу, в штат Оклахома, где и происходили события фильма, он не решался признаться им в самой главной своей проблеме — у него не хватало денег. Но, будучи человеком смелым и решительным, он нашел выход из положения — снял спортзал в местной школе и в нем устраивал репетиции, там же работала и съемочная группа. Тома такая ситуация не смутила: «Было здорово, мы находились все вместе и могли много общаться. Я чувствовал себя очень хорошо, потому что видел, что делали все остальные, и мог кое-чему у них научиться». Роб Лоу до сих пор считает себя обязанным Копполе за то мастерство, которое приобрел на съемках: «Он всем нам помог освоить более высокий уровень актерской техники. Обращал внимание на определенные нюансы и, если видел, что что-то идет не так, предлагал: «Вы слишком нервничаете, вам следует передохнуть». Он обеспечил нас всем необходимым на съемочной площадке, чтобы мы ни о чем не думали, кроме работы». Патрик Суэйзи по этому поводу добавил: «Моя карьера не состоялась бы без него».
Героями «Аутсайдеров», действие происходит в шестидесятые годы, были ребята из двух подростковых банд, воевавших друг с другом. С одной стороны — так называемые «цивилы», из более или менее обеспеченных семей, с другой — «отбросы». По замыслу Копполы, первые должны были жить в дорогих квартирах, последние — в грязных трущобах. Том попал в число «отбросов». Но тем не менее на съемках скучать не приходилось, да и в свободное время тоже — молодые люди ходили в отель «Эксельсиор», чтобы посмотреть на звезд поп-музыки, которые обычно останавливались там во время гастролей, и разыгрывали друг друга. Том, например, однажды намазал джемом унитаз в комнате Дайан Лейн. Несколько лет спустя, после того как он сыграл в фильме «Лучший стрелок» и зрители стали узнавать его в лицо, к нему обратился портье в чикагском отеле. Он сказал, что раньше работал в «Эксельсиоре» в Талсе — именно в то время, когда там обреталась вся компания «Аутсайдеров», и помнит все их выходки. Том пожал ему руку и, смутившись, пробормотал: «О Господи!»
Действие «Аутсайдеров» из банальных уличных драк перерастает в трагедию с убийством. Один из подростков погибает, а другого застрелил полицейский. К концу фильма, не видя другого выхода, обе банды договариваются о решающей встрече в лесу на том же самом месте, как и десять лет назад. В ночь побоища идет сильный ливень. Том дрался отчаянно и сломал большой палец, но «Аутсайдеры» победили, и он, позабыв про боль, радостно махал рукой — с не меньшим энтузиазмом, чем когда прыгал на диване Опры Уинфри.
Его роль в фильме была малозаметной, и совсем не требовалось раскрывать характер его героя. Кроме того, он все еще ходил со сломанным передним зубом, поэтому его обворожительная улыбка казалась далеко не безупречной, но зато он был в отличной спортивной форме. Однако Том так сильно переживал по поводу своего маленького роста, что на нервной почве у него даже случалась рвота. Несмотря на не слишком многообещающий дебют, Рус заметил: «Когда-нибудь этот парень станет звездой».
Конец фильма пришелся не по вкусу взрослой аудитории. Последовали критические отзывы в прессе. «Смехотворно-серьезная попытка представить героические отношения между ничтожными персонажами», — писали в «Нью-Йорк таймс». «Слезливая «мыльная опера»», — заявила «Ньюс уик». Критики не учли, что фильм был адресован подросткам, а не взрослым, и что первые оценили его гораздо выше, чем вторые. Коппола считал, что это своего рода «Крестный отец» для них. На съемки ему дали кредит в десять миллионов долларов, он уложился в эту сумму, и фильм принес только в американском прокате свыше двадцати пяти миллионов долларов прибыли.
Коппола собирался остаться в Талсе и с той же командой актеров снять фильм по еще одной книге Хинтон, «Бойцовая рыбка», — мрачную историю о взаимоотношениях двух братьев в весьма сложной жизненной ситуации. Он редактировал отснятый материал «Изгоев» вместе с автором романа, сидя в трейлере, где находилось все необходимое для монтажа оборудование, и справился с этим всего за несколько вечеров. По иронии судьбы именно отвергнутый во время кастинга «Аутсайдеров» Микки Рурк получил главную роль в фильме «Бойцовая рыбка», где он работал вместе с Мэттом Диллоном, участвовавшим в экранизации романов Хинтон уже в третий раз подряд. Дайан Лейн и София Коппола тоже снялись в картине.
Но Том не понравился Копполе, и поэтому его кандидатура была на сей раз отклонена. Зато Поле Вагнер как раз попался тогда сценарий фильма, в котором, по ее мнению, Том мог бы претендовать на главную роль. Сценарист и режиссер, которому представили Круза, вряд ли подходил под его установку «работать с лучшими, чтобы научиться как можно большему». Пол Брикман был известен в кино главным образом по сценарию «Плохих новых медведей», и он вовсе не жаждал заполучить Круза на роль главного героя Джоэла в своем новом фильме. «Этот парень на роль Джоэла? — пренебрежительно воскликнул он в ответ на предложение продюсеров. — Да ему только киллеров играть, пусть снимается в очередном «Ужасе Амитивилля»».
Возможно, такое предвзятое отношение к начинающему актеру сложилось у Брикмана из-за роли в «Аутсайдерах», где Том был «отбросом» с грязными волосами, сломанным зубом и оклахомским акцентом, а роль, на которую он пробовался, требовала хорошенького самоуверенного мальчика — из тех, что в большом количестве приезжали на пробы из Чикаго. Да еще и дислексия очень мешала ему на прослушивании. Он прекрасно понимал, что скорее всего ему скажут: «Спасибо, но вы нам не подходите», — однако набрался смелости и явился на пробы еще раз. И тогда ему удалось заставить Брикмана смеяться — диалог, который Тому дали прочитать, был написан самим режиссером.
К счастью для Круза, в отборочной комиссии был Дэвид Геффен, настроенный к нему очень дружелюбно. Именно музыкальный миллиардер-продюсер смог разглядеть талант молодого актера и поспособствовать его продвижению. До этого он уже выступил в роли доброго гения для многих сверхпопулярных исполнителей — Джонни Митчелла, группы «Иглз», Шер. Теперь в этот список можно включить и имя Тома Круза. Геффен понял, что как раз такой актер и подойдет на роль главного героя в «Рискованном бизнесе». Он настоял на том, чтобы Круз попробовался еще раз.
«Я пришел на прослушивание в шесть утра, накануне весь вечер пробыл на съемках. Закончили мы около часа ночи, а к десяти утра мне опять надо было успеть на съемку финальной сцены «Аутсайдеров». Волосы у меня были грязные, я еле передвигался от усталости, но на мне была дорогая футболка, подчеркивавшая накачанные мускулы. Когда я вошел и увидел сногсшибательную, шикарную женщину, то подумал: «О Боже! Как же я буду смотреться рядом с ней». Ребекку уже приняли в число актеров, и в фильме мы должны были сниматься вместе. Прослушивание длилось недолго, видимо, они уже все решили заранее. Пола не зря в меня верила, я рассказал, как представляю себе образ героя, и убедил всех, что у меня все получится».
«Шикарной женщиной» оказалась двадцатилетняя Ребекка де Морней, и это был только второй ее фильм. Она родилась в Северной Каролине, но образование получила в Англии — в довольно свободной в плане дисциплины школе. Ученики имели право выбирать, какие предметы они хотели бы изучать, и каждую неделю собирались, чтобы обсудить распорядок учебы и поменять его, если в этом была необходимость. Однако привычка к свободе не помешала Ребекке затем продолжить образование в Германии и Австрии. Возвратившись в Нью-Йорк, она начала учиться актерскому ремеслу. Большой удачей для нее стала работа на студии Фрэнсиса Копполы, который предложил ей роль в картине «От всего сердца» (1982). Умная и красивая де Морней легко получила в «Рискованном бизнесе» роль, Ланы — «проститутки с добрым сердцем».
Сценарий фильма был остроумным, оригинальным и очень живым. В нем было все, что могло бы принести популярность, — и тонкая сатира на капиталистические отношения, и интересный сюжет, которые по достоинству оценили студии «Парамаунт» и «Уорнер бразерс», выделившие деньги. Картина предназначалась для широкой молодежной аудитории и особенно актуальной оказалась для тех зрителей, которые заканчивали школу, поскольку в фильме затрагиваются проблемы выпускников, поступление в университет и отношения с родителями в этот период. У молодого симпатичного парня, заканчивающего колледж, родители уезжают к родственникам в другой город, и большой дом оказывается полностью в его распоряжении. Денег, правда, маловато, но можно попробовать развлечься. Приятель уговаривает его пригласить девушку по объявлению, и вечером на пороге появляется очаровательная проститутка Лана. Наутро она просит за свою работу триста долларов, которых у молодого человека нет. Его преследует ее сутенер, и, пытаясь сбежать от него, юноша топит отцовский «порш» в озере Мичиган. Один неверный шаг приводит к тому, что герой погрязает по уши в долгах. Поскольку время каникул предрасполагает к разного рода авантюрам, он охотно принимает совет Ланы и приглашает проституток домой, решив превратить родительский дом в бордель. За его роскошные апартаменты дамы готовы платить ему пятьдесят процентов от своего заработка, таким образом ему удается собрать восемь тысяч долларов.
Будет ли он студентом университета, как мечтал его отец? Добьется ли он любви Ланы? По фильму, который вышел в прокат, мы можем предположить, что да. По сценарию Пола Брикмана — нет. Том позднее рассказывал: «Вместо финальной сцены, где Ребекка говорит мне: «Ты хочешь уехать?», сняли, как она сидит у меня на коленях в ресторане, положив голову мне на плечо, и я произношу фразу: «Разве жизнь не прекрасна?!» Мне нравился такой конец. Но некоторые сочли, что это издевательство, а продюсеры полагали, что такой финал разочарует зрителя, и поэтому пришлось сделать то, что устраивало всех».
Брикман поначалу отказался снимать конец, где Джоэл поступает в университет. В сценарии он просто проваливает экзамены. Это было более логично для истории, в которой будущий студент, вместо того чтобы готовиться к учебе, проводит ночи с проститутками. Еще логичнее было бы предоставить зрителям самим решать, какое будущее уготовано герою — академическая карьера или сомнительный бизнес на пару с его возлюбленной Ланой. Но режиссера вынудили в очередной раз уступить давлению «Уорнер бразерс», как уже уступил им, когда они порекомендовали на главную роль Тома, и изменить первоначальный замысел. Роль в «Рискованном бизнесе» предлагалась и Тимоти Хаттону, но он в то время был занят на съемках фильма Сидни Люмета «Дэниел», который, однако, не принес ему успеха.
Хотя Том и не знал об этом тогда, в отборочной комиссии были люди, способствовавшие его избранию на главную роль. Ими оказались Том Хэнкс и Николас Кейдж. Благодаря им все согласились с тем, что Том идеально подходит для «Рискованного бизнеса». Ему одному было под силу сыграть немного наивного молодого человека, который тем не менее вполне осознанно стремился к удовольствиям и не лишен прагматизма и деловой хватки. Отчасти сценарий «Рискованного бизнеса» напоминал другой шедевр — фильм «Выпускник», где также поднималась проблема взаимоотношений молодого человека с родителями, но, конечно же, герой Круза был куда более активен и в гораздо меньшей степени являлся жертвой, чем герой Дастина Хоффмана. Пять лет спустя актеры встретятся для того, чтобы составить блистательный дуэт в «Человеке дождя».
В фильме было достаточно комедийных моментов, когда, например, Джоэл ест замороженный обед или когда отцовский «порш», извлеченный из озера, открывают в гараже и на пол выливается вода с рыбой. В фильме также высмеивается ряд различных молодежных предрассудков и надуманных проблем: «Молодые люди должны вовремя избавиться от невинности, а то девушки будут чувствовать ее по запаху и шарахаться от них». Были и откровенно циничные моменты, например когда Джоэл говорит Лане, что ее товарки берут платья его матери, на что она отвечает: «Ну и что такого?» «А то, что я не хочу всю жизнь потом лечиться от венерических заболеваний!» — отвечает он ей.
Но самая запоминающаяся сцена в фильме — это, конечно же, знаменитый танец Джоэла в футболке и штанах от «Фрут-оф-зе-Лум» под замечательную гитарную композицию Боба Сигера. Музыка из «Рискованного бизнеса» стала культовой для поколения восьмидесятых. Дэвид Бирн и «Тэнджерин Дрим» играли вживую, но, кроме этого, там звучали саундтреки Принца, Фила Коллинза и Тома Джонса, в подборе музыкальных эпизодов видна была рука профессионального музыкального продюсера Дэвида Геффена.
«Тэнджерин Дрим» прозвучала в один из самых запоминающихся моментов фильма — в любовной сцене между Томом и Ребеккой в чикагском поезде. При монтаже кадры вырезали и в прокат не пустили. «Это была не самая удачная сцена, — вспоминал Круз, — ничего особенного, осталось только ощущение дискомфорта».
Важно также привести мнение самого Тома о картине: «Это история, рассказывающая о неприглядных сторонах современного общества. Она ставит весьма актуальные вопросы: что такое справедливость? что важнее для вас — человеческие отношения или деньги? Джоэл должен ответить на них. По сути, это фильм о том, как выжить молодому человеку в безумном и одержимом идеей материального благосостояния мире».
Один из чикагских обозревателей, Роберт Эберт, совершенно правильно объяснил, почему фильм стал так популярен: «Рискованный бизнес» показывает, с какими проблемами сталкивается взрослеющий юноша. Вообще-то это комедия. Она забавна, смех и веселье смягчают неприятные моменты происходящего и сглаживают болезненные переживания. Получается, что нам остается только иронизировать и принимать все таким, как есть… Но есть и кое-что еще — романтические отношения между молодым человеком и проституткой. Герой этого фильма, сыгранный Томом Крузом, сильно отличается от героя Дастина Хоффмана из фильма «Выпускник». Последний не понимал, что ему делать, как бороться и как вести себя в этом мире. «Рискованный бизнес» — фильм о новом поколении. Его герой куда более предприимчив и активен. Не так-то легко сегодня создать объективную сатиру на одержимость такими пороками, как похоть, алчность и лживость. Фильм приоткрывает для нас тщательно скрываемые ранее задворки «американской мечты».
Для актеров, сыгравших главные роли, — Тома и Ребекки — съемки стали началом романтических отношений в реальной жизни. Но, работая вместе, они старались не сближаться. «Мы ощущали, что очень похожи и нас тянет друг к другу, — вспоминала Ребекка, — но было не до любви. К тому же я боялась, что Том, возможно, уже влюблен в кого-то или пока просто не готов влюбиться. В нем было столько наивности, чистоты и искренности».
«Рискованный бизнес» с бюджетом шесть миллионов долларов принес в прокате шестьдесят пять миллионов. Том получил внушительный гонорар и, став популярным актером, должен был теперь задумываться о своих отношениях с публикой. Впереди его ждала карьера кинозвезды.
Глава 6
Дитя леса
Благодаря популярности и отличным кассовым сборам фильм «Рискованный бизнес» назвали одним из самых успешных проектов года. Ему, конечно, было далеко до «Звездных войн-6: Возвращение джедая», принесших более трехсот миллионов долларов, и «Языка нежности», собравшего сто миллионов и получившего множество «Оскаров», но зато он не так уж сильно отставал от последнего фильма бондианы — «Осьминожка», а также от «Остаться в живых» и «Мистера Мамочки» (с Томом Хэнксом).
Нельзя сказать, что Голливуд в 1983 году полностью капитулировал перед «поп-корновыми» фильмами и отказался от сложных и серьезных. Здесь продолжали снимать и хорошее кино: «Большое разочарование» Лоуренса Кэсдана — о проблемах отношений между старыми друзьями, «Парни что надо» — экранизация бестселлера Тома Вулфа о подборе команды астронавтов, которым предстоит лететь на Луну, «Силквуд» с Мерил Стрип — фильм Майка Николса о борьбе рядовой сотрудницы с администрацией фабрики по очистке плутония.
Эти фильмы были манной небесной для критиков и аудитории взрослых ценителей кино, но двадцатилетнему Тому Крузу было сложно вписаться в этот репертуар. Он, следуя девизу «Работать с лучшими», натолкнулся на непреодолимое препятствие — лучшие снимали «Поля смерти», «Поездку в Индию», «Роман с камнем» и «Индиану Джонса и Храм Судьбы», и в их фильмах не находилось ролей для молодого актера. Поэтому Тому пришлось довольствоваться «лучшими второго эшелона» — что стало ошибкой. Его пригласили сниматься в фильме «Верные ходы», сценарий которого Пэт Джордан написала совместно с Майклом Кейном, уже выступавшим сценаристом в «Челюстях-3» и «Легенде об одиноком рейнджере». Режиссером картины был Майкл Чэпман, ранее номинировавшийся на «Оскар» за операторскую работу в фильме Мартина Скорсезе «Бешеный бык». Но «Верные ходы» явно оказался неверным ходом для Тома Круза.
Эта вполне предсказуемая история повествует о звезде школьной футбольной команды, который живет мечтой о том, чтобы в один прекрасный день вырваться из родного захолустного городишки в Пенсильвании.
Том получил миллионный гонорар за съемки, что, впрочем, было немного — всего лишь четверть той суммы, которую ему заплатили за «Рискованный бизнес». Однако фильм создал Крузу репутацию высокооплачиваемого и заметного актера. Мне довелось тогда побывать на банкете, где собрались многочисленные критики Каннского фестиваля. Там Кэтлин Кэрролл из «Нью-Йорк дейли ньюс» и Роджер Эберт из «Чикаго сан таймс» посоветовали мне хорошенько присмотреться к Крузу, они уже тогда разглядели в нем восходящую звезду.
Том Круз по-прежнему поддерживал близкие отношения с матерью и сестрами и очень гордился тем, что смог вернуть долг в восемьсот долларов своему отчиму Джо Сауту. Но с родным отцом общаться не получалось.
января 1984 года Томас Круз Мапотер-третий умер от рака. Ему было всего сорок девять лет. С тех пор как жена увезла от него детей, он видел их всего дважды за десять лет разлуки. Поговаривали, что Мапотер-третий стал бродягой и Калифорнии, куда приехал в надежде разбогатеть. Но его грязные растрепанные волосы и борода удивляли местных жителей куда меньше, чем приезд Тома Круза с сестрами, когда их отец уже находился в больнице. Томас Мапотер не захотел обсуждать с детьми свое здоровье и только заставил Тома пообещать, что, когда он выздоровеет, они вместе пойдут пить пиво.
Но к сожалению, этому не суждено было сбыться. Судьба распорядилась так, что отец был при смерти уже тогда, когда звезда его сына только-только восходила на кинематографическом небосклоне. Он так и не увидел ни одного фильма с участием Тома. «Я смотрел на него, — рассказывал Том, — и думал: «Какая одинокая жизнь, и как это печально»».
Репортер из журнала «Тайм-аут» задал Тому вопрос: что он переживал в период восхождения от полной неизвестности к оглушительной популярности. «Я спрашивал себя, как повернулась бы жизнь, если бы у меня было счастливое детство и любящий отец? Какой стала бы моя судьба, если бы все сложилось иначе? Произошло бы с отцом тогда такое несчастье или нет? Я не знал ответов на эти вопросы. Но я не выношу страданий, не могу терпеть, когда кто-то рядом испытывает боль. Я тоже чувствую ее в такие моменты».
Карьера Тома пошла в гору параллельно с карьерами его друзей-ровесников, так что 1962 год оказался многообещающим — на горизонте кинематографа вспыхнули новые звезды. Мэттью Бродерик родился в марте 1962-го, Эмилио Эстевес — в мае, Элли Шиди — в июне, Том Круз — в июле, Деми Мур и Эндрю Маккарти — в ноябре. Двадцать два года спустя четверо из этой компании прибыли в Вашингтон, чтобы сняться в «Огнях святого Эльма», фильме режиссера Джоэла Шумахера, ставшем культовым для поколения восьмидесятых. Бывшие выпускники колледжа встречаются в баре «Огни святого Эльма», где делятся друг с другом планами на будущее и своими разочарованиями, по ходу дела флиртуя и напиваясь, чтобы забыться на некоторое время. В четверку «Огней святого Эльма» не вошли Мэттью Бродерик и Том Круз, поскольку они претендовали только на главные роли.
К сожалению, в 1984 году предпочтение отдавали актерам старшего поколения — Роберту Редфорду («Из Африки»), Майклу Дугласу («Жемчужина Нила») и Харрисону Форду («Свидетель»). И уж совсем преклонного возраста актеры заслужили симпатии зрителей в фильме «Кокон», где снимались семидесятичетырехлетний Хьюм Кронин, семидесятисемилетние Джек Гилфорд и Дон Амече.
Молодых звезд работа ждала за океаном, где снимали фэнтезийные картины. В Италии — «Леди-ястреб», в котором Мэттью Бродерик сыграл оруженосца Филиппа Гастона, сопровождавшего заколдованных любовников-героев. Для Тома этот вариант не годился, и он выбрал другую роль — в английском фильме, события которого разворачиваются в лесу, населенном единорогами, феями, гоблинами. Британский режиссер Ридли Скотт очаровал Круза сюжетом картины, о напряженной борьбе между добром и злом на фоне роскошных декораций. «Действие фильма не относится ни к прошлому, ни к будущему, — пояснял Скотт. — Это даже не метафора, это история вечного противостояния тьмы и света».
Если бы сценарий фильма был столько же ослепительно прекрасным, как его раскадровка, то он стал бы шедевром, но Скотт обожал творчество американского писателя Уильяма Хьортсберга и особенно его новеллы «Симбиография» — о человеке, который должен все время грезить, чтобы продолжать жить. На основе его произведений, а также историй о «Красавице и Чудовище» Кокто, «Бэмби», «Белоснежке и семи гномах» и «Тристане и Изольде» Скотт создал фантастический сюжет для нового фильма. Но, к сожалению, результат не дотягивал до уровня ни одного из взятых за основу шедевров.
Если бы Скотт в то время осуществил свой давний замысел — экранизацию «Тристана и Изольды», то, возможно, ему удалось бы создать то эмоциональное напряжение, которого недоставало «Легенде». Он мечтал снять фильм о трагической истории любви средневековых героев, а Том вполне мог бы подойти на роль Тристана. Скотт показал продюсерам сценарий Джералда Воэна-Хьюза, и «Парамаунт» дала согласие спонсировать проект. Съемки должны были начаться во Франции, в провинции Дордонь, чтобы максимально соблюсти исторический колорит. Но когда Скотт и его продюсер Дэвид Паттнэм увидели в 1977 году «Звездные войны», Скотт пришел к выводу, что Джордж Лукас превзошел его во всем — в дизайне, в изумительных эффектах и в эпическом масштабе съемок, и ему расхотелось снимать «Тристана и Изольду». Фильм с таким названием все-таки вышел позднее, только режиссером был Кевин Рейнолдс, а Скотт стал исполнительным продюсером. Тристана сыграл в американской телеверсии Джеймс Дин.
В «Легенде» Тому досталась роль Джека из Зеленого леса. Том, конечно, был в восторге от перспективы сниматься у Скотта, которого он боготворил. «Чужой» уже стал в то время образцом новаторского кинематографа благодаря потрясающим декорациям и весьма впечатляющему монстру, образ которого создал швейцарский художник Ганс-Рудольф Гигер. Популярность «Чужого» затмила фильм «Бегущий по лезвию бритвы», но вскоре Скотт с головой ушел в свою любимую работу — художника и режиссера по рекламе — и в итоге поразил Америку двухминутной версией «1984», которую с нетерпением ожидали поклонники романа Джорджа Оруэлла. Эта реклама положила начало популярности компьютерной фирмы «Эппл-Макинтош».
Круз вспоминал, что Скотт, с которым он встретился в студии «Пайнвуд» в Бакингемшире, сразу же заставил его посмотреть фильм «Дикий ребенок» Франсуа Трюффо — картину, основанную на подлинных событиях, описанных доктором Итаром, которого Трюффо сыграл сам. В 1798 году в лесу, во Франции, был найден ребенок лет десяти. Он не мог говорить и даже не умел ходить на ногах, а передвигался на четвереньках, как в легенде о Ромуле и Реме, воспитанных волчицей. Доктор Итар приложил все усилия, чтобы помочь ребенку вернуться в человеческое общество. Образ «дикого ребенка» повлиял на подготовку Тома к новой роли — Джека из Зеленого леса. Актеру пришлось учиться прыгать и вообще двигаться так, как животное, а точнее — как человек, выросший среди животных. Это было нелегко. Пока он репетировал, проходил кастинг на роль принцессы Лили, возлюбленной Джека. Искали девушку, умеющую танцевать и обладающую хорошими вокальными данными. Скотт считал, что ее должна играть неизвестная актриса, и остановил свой выбор на семнадцатилетней непрофессиональной киноактрисе Мире Сарапочелло из Бруклина. Для большего удобства она сократила свою фамилию и стала Мирой Сарой.
Сюжет фильма построен на борьбе героев с Властелином Тьмы (его играл Тим Карри), краснокожим, с огромными рогами и копытами, убивающим всех единорогов в лесу, чтобы заставить померкнуть дневной свет. Но у злодея ничего не вышло. Справедливости ради стоит заметить, что фильм все-таки был огромным достижением своего времени — тогда фэнтезийное кино еще не достигло такого расцвета, как к моменту появления «Властелина колец».
Английской публике Том понравился. Он был привлекателен, молод и к тому же играл доброго героя. Джефф Фриман, написавший рецензию на фильм, говорил, что Том неохотно соглашался с некоторыми деталями своего имиджа в фильме, например не хотел носить длинные волосы. Его связь с Ребеккой де Морней продолжалась, но поскольку она была занята на съемках «Поездки в Баунтифул», «Поезда-беглеца» и «Жены бейсболиста», то ей удалось навестить его только пару раз. Большую часть времени он проводил в одиночестве, у него еще не было многочисленной свиты, как сейчас. Джефф рассказывал, что Том часто приходил в его офис якобы для того, чтобы отдохнуть от суеты, а на самом деле — чтобы поговорить хоть с кем-нибудь о кино и о том, что происходит в Голливуде.
Недостаток общения с лихвой компенсировался во время съемок фильма, поскольку работать со Скоттом было необычайно увлекательно. Сначала режиссер планировал съемки в лесах северной Калифорнии, где до него снимал Лукас, но затем все же перенес работу в студию. Три с половиной недели монтировались декорации на знаменитой площадке «Пайнвуд», где снимался «Агент 007». Колонны дворца Властелина Тьмы были высотой в двадцать пять футов и девять футов в диаметре. Чтобы создать эффект зимнего леса, огромное пространство покрыли полистиролом и сделали из нескольких сот фунтов парафина пятнадцать тысяч сосулек.
Ридли Скотт был пионером по части использования видеопроигрывателя, так что он мог мгновенно просматривать отснятые кадры и вносить коррективы. Джефф Фриман рассказывал, что он сравнивал отснятую реальную зиму и зиму, которую они создали в студии, чтобы добиться идеальной имитации заснеженного леса. «Потрясающе! Безупречно! — воскликнул он, убедившись, что все удалось. — Жаль, что мы должны это испортить присутствием актеров». Точно так же досконально выверялось и звучание диалогов. Вот любовная сцена между Джеком и принцессой Лили после того, как он показал ей пару единорогов и она спела ему свою песенку:.
Джек: Теперь я знаю, как поют ангелы на небесах.
Лили: Ты всем девушкам говоришь такое, Джек?
Джек: Но я всего лишь сказал правду.
Лили поцеловала Джека, но он продолжал молчать.
Лили: Ты боишься меня поцеловать?
Джек: Я боюсь, что ты разобьешь мне сердце.
Лили: Не бойся, я дорожу твоим сердцем так же сильно, как своей жизнью.
Джек: Только потому, что я восхищаюсь тобой… как прирученный зверь смотрит с обожанием на своего хозяина.
Лили: Это не так! Я люблю тебя, Джек. Ты должен верить мне!
Джек: И будешь любить, несмотря на то что я недостаточно хорош для тебя? У меня нет ничего, кроме леса, нет титулов, нет красивого имени, которое знают все.
Диалог был хорош, но было бы лучше, если бы большую часть своей роли Джек молчал, как ребенок-дикарь в фильме Трюффо.
За месяц до окончания съемок «Легенды» на площадке случился пожар. К счастью, актеры и сотрудники в то время ушли на обеденный перерыв. Вентиляция оказалась неисправной, и, возможно, произошла утечка газа или загорелась проводка. Легковоспламеняющийся материал вспыхнул мгновенно. Естественно, почти вся сцена покрылась пеной из огнетушителей. Том и еще несколько человек попытались спасти часть декораций, но у них ничего не вышло. Сохраняющий спокойствие Скотт повернулся к Тому и как ни в чем не бывало спросил: «Ну что же, у нас будет выходной, не хотите сыграть со мной в теннис после обеда?»
И действительно, переживать было особенно не из-за чего — инженеры под руководством арт-директора Эштона Гортона отремонтировали пострадавшую часть сцены, так что потеряли в итоге не более трех дней съемок.
Куда больше волнения вызвал прием, оказанный фильму в Америке. Несмотря на то, что Скотт урезал время картины со ста пятидесяти минут до ста тринадцати, это не помогло удержать интерес зрителей. На предпросмотре в студии раздавались анкеты с вопросами: «Вы бы посоветовали друзьям смотреть этот фильм?» и «Что вам больше всего не понравилось в фильме?» Эти листки обычно называют «черной меткой». Кроме того, пригласили целую группу экспертов кинорынка, которые оказались куда более воинственно и злобно настроены, нежели профессиональные кинообозреватели. Позднее Ридли заметил: «Фильм был обречен на провал, потому все были настроены предвзято». Скотт и так был подавлен из-за недавнего провала другого своего фильма, «Бегущий по лезвию бритвы», и, уступив давлению, согласился сократить время фильма до девяноста восьми минут и заменить музыку Джерри Голдсмита на композицию «Тэнджерин Дрим», написанную для «Рискованного бизнеса», что как-то связало бы в сознании поклонников «Легенды» с предыдущим успехом Круза. Но, увы, и это не помогло. В американском прокате «Легенда» собрала только пятнадцать миллионов долларов. Том лишь пожимал плечами: «Если сценарий плох, то и фильм будет соответствующий, этого и следовало ожидать».
Но когда Том стал звездой, у зрителей пробудился интерес к «Легенде». В мае 2002 года фильм активно продавался на DVD, а через три года так же хорошо стала раскупаться его обновленная версия с музыкой Джерри Голдсмита и песней Брайана Ферри, а также со всеми вырезанными ранее сценами. Создатели веб-сайта, посвященного фильму, объявили благодарность его поклонникам: «Спасибо вам за то, что вы заставили всех по-иному взглянуть на эту картину».
Глава 7
Жажда скорости
Куда более любопытная судьба ожидала фильм «Лучший стрелок», который превратил Тома Круза из популярного актера в суперзвезду. 1986-й стал годом великих перемен, когда продажи видеофильмов упали настолько, что эта проблема стала общей для всех продюсеров, актеров, сценаристов, режиссеров и, конечно, студий.
В мае 1983 года продюсер Джерри Брукхаймер прочитал в журнале «Калифорния» статью под названием «Лучший стрелок», где рассказывалось о несанкционированной дуэли пилотов на военно-воздушной базе Мирамар, названной «городом драчунов», недалеко от Сан-Диего. Только лучшие из лучших отправлялись туда на службу. «Я подумал, что это как «Звездные войны» на Земле», — вспоминал Брукхаймер. Его партнер Дон Симпсон отнесся к статье более критично, сравнив происшествие с потасовкой ковбоев, но и его воображение поразила эта ситуация, и он так же, как Джерри, стал думать, как ее использовать в кино.
Сначала они попытались привлечь к написанию сценария кого-нибудь из наиболее выдающихся авторов, но все отказались. Тогда Симпсон и Брукхаймер пригласили на завтрак Джека Кэша и Джима Эппса, которые так и не смогли продвинуть ни один свой сценарий. «Нас заинтриговала история о «лучшем стрелке», — рассказывал Эппс уже после смерти Кэша. — У меня было разрешение на частные полеты, и я решил, что это будет чертовски интересно — устроить нечто подобное на джете». И он устроил.
«Когда я прибыл на базу Мирамар, все изменилось, я хотел стать таким же, как они. Я сказал жене, что будь я помоложе, непременно подался бы служить туда. Полет на «F-14» нельзя описать словами, это незабываемые ощущения. Понимаете, это все равно что подняться на спортивном автомобиле на высоту двадцать восемь тысяч метров — надо довериться инстинктам и просто слиться в единое целое с машиной». Этот рассказ, наверное, выражает и весь смысл фильма. «Пилоты говорили на языке, которого я не понимал. Они все время перебрасывались фразами типа: «Это мой РИО», или «Вот перехватчик сигналов радара», или произносили названия боевых воздушных маневров. Но захватывающий дух риска и мощи стал основным для фильма. По сути, это фильм о спорте и азарте, а что может быть лучше?»
Чтобы снять картину, нужно было получить разрешение от командования Военно-воздушного флота, потому что тогда еще не наступила эра компьютерной графики и спецэффектов и создать цифровые модели самолетов не представлялось возможным. Но на флоте были не в восторге от кино, которое о них снимали, — в частности, им не нравился Ричард Гир в фильме «Офицер и джентльмен», хотя картина специально снималась для того, чтобы продемонстрировать молодым людям привлекательность и преимущества военной службы. Симпсон и Брукхаймер полетели в Вашингтон просить разрешения на съемки у высших армейских чинов. Пита Петтигрю, отставного офицера-летчика, пригласили консультантом, чтобы избежать технических ляпов при съемках. Будучи лейтенантом, он летал на «F-4J Фантоме» и участвовал в воздушных боях в Северном Вьетнаме.
Разрешение получили, но возникла очередная проблема — финансовая. Как пояснил Эппс: «В «Парамаунт» идеей не прониклись и ответили: «Кому нужно кино, в котором ничего нет, кроме самолетов?» Студия не зарезала проект сразу, но и содействовать его воплощению не стала. Решать этот вопрос предстояло Симпсону, поскольку именно он был до 1983 года президентом по международным связям в «Парамаунт», пока это место не занял его помощник Джеффри Катценберг. Последний начал, что называется, «мурыжить» «Лучшего стрелка», предлагая то один, то другой неподходящий вариант и давая тем самым понять, что «Парамаунт» не собирается способствовать реализации идеи.
Симпсона знали как безответственного человека с весьма неустойчивой психикой, славящегося наркотическими и алкогольными срывами, и поэтому доверия он не вызывал. У него оставалась последняя надежда — на встречу с Катценбергом и главой студии Майклом Эйснером. Там он фактически умолял о помощи. «Если они так отчаянно верят в свои силы, пусть сначала доведут сценарий до ума», — наконец бросил Катценберг. И Кэш и Эппс принялись переписывать сценарий, пока не перекроили его семь раз подряд, и только тогда Эппс опустил руки: «Фильм умер».
Так оно и случилось бы, если бы, к счастью, в то время Эйснер и Катценберг не оставили «Парамаунт», перейдя в студию «Дисней» в конце 1984 года. Теперь президентом «Парамаунт» стал Нед Тенен, до 1982 года возглавлявший «Юниверсал».
Новое руководство, как правило, всегда приостанавливает все проекты, начатые его предшественниками, чтобы утвердить себя в качестве полноправного хозяина компании и начать реализацию своих собственных планов. Но Нед уже и так утвердился на своем посту, да и, кроме того, он не обнаружил в «Парамаунт» ни одного сколько-нибудь значительного проекта на тот момент. Всем было известно, что Симпсон и Брукхаймер могли совершенно неожиданно выдать подлинный коммерческий шедевр, когда уже никто не хотел верить в их идею, но могли и завалить самый выгодный проект так же неожиданно. Скромная девушка, работавшая на заводе, однажды благодаря им стала звездой, мог ли это кто-нибудь предвидеть? Так было и с их фильмом «Танец-вспышка», с картиной, в которую вошли пятнадцать в высшей степени популярных музыкальных эпизодов. Так было и с фильмом «Полицейский из Беверли-Хиллз», в котором чернокожий детройтский полицейский расследует убийство старого друга. Главную роль в «Полицейском» хотели предложить Сильвестру Сталлоне, но в последний момент он отказался. Тогда пришлось обратиться к Эдди Мерфи, что и гарантировало проекту успех. В результате фильм принес двести пятьдесят миллионов долларов. Так что когда Симпсон и Брукхаймер встретились, чтобы пообедать с Недом Тененом, он просто спросил их:
— Что вам нужно?
— Деньги на «Лучшего стрелка».
— Сколько?
— Четырнадцать миллионов долларов.
— Хорошо, вы получите деньги, работайте.
Казалось, что теперь все проблемы закончились. Но в Голливуде так не бывает — Джон Карпентер и Дэвид Кроненберг не согласились режиссировать фильм, Мэттью Модин отказался от главной роли, не захотел сниматься и Вэл Килмер.
Симпсон и Брукхаймер знали, что у многих британских режиссеров прекрасное коммерческое чутье. Заметив, что Хью Хадсон, взяв коммерческим директором Эдриана Лейна, добился грандиозного успеха фильма «Огненные колесницы», Симпсон и Брукхаймер пригласили Лейна в свой проект «Танец-вспышка». Однако с британцами порой случались и неудачи, так произошло с Тони Скоттом и его фильмом «Голод», где Катрин Денев сыграла вампиршу в паре с Дэвидом Боуи. Картину ожидал полный провал, и критики назвали ее «неудобоваримой смесью лесбийских сцен и вампирской тематики». Но Симпсона и Брукхаймера этот казус нисколько не смутил, тем более что Тони Скотт в течение четырех лет после «Голода» не решался взяться за работу. Тони с характерным апломбом, с которым он позднее будет работать над фильмом об автогонках, взялся за съемки фильма о самолетах.
После того как Эдриан Лейн согласился сотрудничать с Симпсоном и Брукхаймером, продюсеры прониклись к ним доверием, но им нужно было еще составить подробный план съемок. Кроме того, Тони, брат Ридли Скотта, мог посодействовать и переговорам с Томом Крузом, снимавшимся у Ридли в «Легенде». Круз прочитал сценарий, но отнесся к нему очень осторожно — не подписал контракт, но согласился попробоваться на роль и поработать над фильмом в течение двух месяцев.
«Такое положение дел устраивало обе стороны», — утверждал Том. «Я хочу получить гарантии того, что все будет как запланировано, — пояснил Пит Петтигрю, специалист по техническим вопросам, недовольный щепетильностью Тома. — Круз не обещал, что примет участие в проекте, но мы пытались убедить его, что фильм того стоит, что пусть это и трудная работа, но это лучше, чем сниматься в фильмах с бессмысленными убийствами». Круз не устоял перед искушением. Его мальчишеские мечты стать пилотом могли теперь осуществиться хотя бы в кино — у него появилась возможность подняться в небо на самолете. Он купил мотоцикл и помчался из Сан-Диего в Мирамар. Там ему пришлось немало времени провести с профессиональными инструкторами и пилотами, чтобы научиться самым элементарным вещам.
«Там меня тут же сунули в самолет и сказали: «Вот к этому не прикасайтесь, вот это можете переключать, вот сюда не жмите…», потом сделали мне ручкой со словами: «Приятного полета, сэр» — и закрыли кабину. Со мной был величайший из пилотов — Гриц, он и дал мне первые уроки. Мы взмыли на высоту пятидесяти футов над землей, и он попросил: «Никому не говорите, что я пока что все за вас делаю, понятно?» «Хорошо, сэр», — ответил я. Через некоторое время Гриц позволил мне попробовать управлять самолетом, и нас стало жутко трясти, но потом все наладилось».
Грица на деле звали Дэвидом Баранеком. Он послужил прототипом героя фильма — Маверика. Том ему понравился. «Я научил его всему — как садиться в «F-14», рассказал ему все о полетах, подробно пояснил детали, но его интерес все возрастал. Меня удивляла его жажда знаний, ему хотелось изучить все и по-настоящему серьезно».
Но помимо съемок полетов, которые могли бы оценить военные летчики, стоило все же привнести в фильм нечто, что сделало бы его интересным для более широкой аудитории зрителей, поэтому в сценарий включили и любовную линию — согласно задумке Кэша и Эппса, в фильме должна была быть женщина-инструктор. Однако командующий базой Мирамар счел, что это недопустимо: «У нас не приветствуются свидания и подобные отношения среди офицеров».
Это стало настоящим камнем преткновения. Но Тони Скотт нашел-таки общий язык с несговорчивым военным — предложив сделать героиню не военнообязанной, а гражданским лицом. В конце концов командующий одобрил такой вариант. Поэтому Келли Макгиллис (актриса Элли Шиди от роли отказалась) превратилась из офицера в простую сотрудницу Чарли. Актриса уже завоевала огромную популярность годом ранее благодаря фильму «Свидетель» с Харрисоном Фордом. Но как ехидно заметил Дэвид Баранек: «У нас сотрудницы все же не носят колготы в сеточку».
Пит Петтигрю (его имя Дж. К. Роулинг в книге о Гарри Поттере дала одному из героев-гриффиндорцев) удивился, что съемочная группа и актеры собирались жить на широкую ногу. Конечно же, пилоты и офицеры имели собственные комнаты, но участники съемок пожелали, чтобы «у всех были гримерные, большой спортзал и все необходимое доставлялось бы немедленно»: «Мы платим миллион долларов Тому Крузу и хотим, чтобы он был в идеальной форме». Петтигрю искренне полагал, что для фильма будет самым главным компетентно представленное управление самолетом. «Если бы курсанты жили в таких сверхкомфортных условиях, — заметил он, — они никогда ничему не научились бы, и каждый полет заканчивался бы катастрофой». У Петтигрю было неплохое чувство юмора. Когда Вашингтон задал ему вопрос, как продвигаются съемки фильма, он ответил: «Все хорошо, по крайней мере мне удалось удержать их от того, чтобы превратить картину мюзикл».
Он с неохотой согласился на гибель Гуса, приятеля Маверика, который должен был умереть для того, чтобы Маверик мучился из-за его гибели чувством вины. Технически это тем не менее было вполне оправдано, поскольку «F-14» мог войти в плоский штопор, пилот мог при этом эвакуироваться, но его напарнику вполне могло и не повезти, например заклинило бы кабину — неисправность, которую в ситуации плоского штопора невозможно ликвидировать. В отличие от других фильмов, где тоже снимались подобные эпизоды, в «Лучшем стрелке» сцена эта была более реалистичной — кабина действительно не открывалась.
Фильм должен был начаться с воздушного боя между «F-14» и «МиГ-28», но тут вмешался департамент Военно-воздушного флота. Роберт Мэннинг, глава департамента, желал, чтобы режиссер изменил место сражения. «Оно должно происходить в небе над Кубой», — потребовал Мэннинг. «Мы возразили ему в ответ, что сражение должно происходить над нейтральными водами, и напомнили, что военные летчики обычно не ведут бои над землей». В соответствии с этой установкой были рассчитаны все карты и планы Военно-воздушного флота. И этого правила придерживались не только «F-14», но и «МиГ-28», да и невозможно было представить битву с русскими над Кубой. Между русскими и американцами не было открытой войны, несмотря на то, что Рейган называл СССР «империей зла» и его администрация желала, чтобы идеями патриотизма были проникнуты все фильмы. С «МиГами» американские военные летчики были достаточно хорошо знакомы, поскольку на базах, где они проходили обучение, были имитаторы «МиГов» — «F-5 Тайгерз». Так что никто в Америке не сомневался относительно того, кто станет их противником в возможной будущей войне. Но заранее снимать фильм о ней все же было неэтично.
Для съемок была укомплектована целая команда «летчиков» — молодых актеров Голливуда. Чарли Шин вспоминал: «Конечно, я мечтал сыграть в этом фильме». Но он не смог — ему было только восемнадцать, в то время как Крузу уже исполнилось двадцать три.
Тони Скотт хорошо усвоил принципы фотоэстетики Брюса Уэббера в подборе актеров. Возможно, именно эти предпочтения и привели к тому, что некоторые стали усматривать наличие гомоэротического подтекста в фильме. Энтони Эдвардсу досталась роль злосчастного Гуса, другие — Тим Роббинс, Рик Россович и Том Скерритт — перешли к Тони Скотту по наследству из фильма его брата «Чужой» и получили менее значительные роли, даже Вэл Килмер наконец согласился сниматься. Согласно рассказу, Килмер вспоминал, что Тони Скотт бежал за ним по коридорам и кричал, что он «должен сниматься в фильме», и даже «не давал ему войти в лифт». Килмер согласился только потому, что «Парамаунт» решила, что он непременно должен сниматься в этом фильме, и ему досталась роль Айсмена — главного врага и соперника Маверика. Мег Райан, которая обычно снималась в дневных сериалах, например в «Как вращается мир», сыграла в «Лучшем стрелке» вдову Гуса.
Базовый курс актеры-пилоты прошли за четыре дня. «Мы тренировались на специальной установке для катапультирования, — вспоминал Том с содроганием. — Нужно было снять маску в атмосфере, воспроизводившей разреженный воздух на большой высоте над землей, и болтаться в воде в полном снаряжении в течение пятнадцати минут». Скотт хотел снять бой настоящих самолетов «изнутри», чтобы создать наиболее реалистичное впечатление, но, как выяснилось, это невозможно, поскольку анаморфотные линзы камеры разлетелись бы вдребезги от перегрузки, результате ему пришлось снимать лишь экспериментальную модель на земле. Исключение составили только эпизоды с Крузом. Была одна модель «F-14» со специально сниженными перегрузками, ее и оборудовали шестью тридцатипятимиллиметровыми камерами.
Том сильно нервничал во время съемок. «Я работал с двумя пилотами — Бозо и Фибзом, мы по два часа в день обсуждали проблемы управления самолетом и совершали полеты трижды в день, что весьма утомительно и тяжело. Я садился на заднее сиденье, и Бозо устанавливал напротив меня камеру. Невозможно объяснить, что ты чувствуешь, когда находишься в сверхскоростной машине. Я сидел там, переключал рацию и, как мне показалось, нечаянно включил двигатели. Вспыхнул сигнал тревоги, я закричал Бозо: «Тут сигнальная лампа горит!» А он ответил: «Ничего страшного, это потому что двигатель не работает». Тогда я подумал: «Господи, а что же это тогда заработало?»»
Флот предоставил для съемок Тони Скотту два авианосца. Проблема заключалась в том, что если бы снимался обычный режим полета, то неоткуда было бы взяться перегрузкам, а люди все-таки шли в кино, чтобы увидеть нечто экстраординарное и впечатляющее. Приходилось максимально активно имитировать сложности полета, чтобы показать реалистичную историю о жизни пилотов. «Управление самолетом — ужасно трудное искусство, — признавался Круз, — в такие минуты чувствуешь себя хуже, чем заключенный в тюремной камере, по крайней мере в тюрьме не так тесно. Я не знаю, как такое можно постоянно выдерживать, и представьте себе, мы находились на борту действующего авианосца девять месяцев. Каждую ночь над нашей головой поднимались в небо и садились самолеты. Мы засыпали вечером с трудом — постоянно работали двигатели, их звук сверлил мою голову, как бормашина дантиста. Рик Картер как-то нарисовал меня, когда я уснул, положив голову на гримерный столик. Я настолько устал, что не обращал уже внимания ни на что. Но я счастлив, что снимался в этом фильме, мы пережили много забавных и интересных моментов».
Тони Скотт был неумолим в своем стремлении снять фильм, в котором все, вплоть до освещения и положения солнца над горизонтом, выглядело бы идеально. Он мог назначить начало съемок, ориентируясь только на момент восхода или заката, чтобы получить необходимые кадры, которые бы гармонировали с его представлением о характерах героев. Если ему требовались дополнительные деньги, он тут же требовал их у продюсеров. Один раз он превысил лимит своего долга военным на десять тысяч долларов и не замедлил сообщить об этом продюсеру, который сказал, что не может сию минуту выложить такую крупную сумму. К счастью, у Тони была чековая книжка в кармане, и он смог расплатиться сам.
Несмотря на то что сценарий переписывался множество раз, его ключевые моменты сохранили нетронутыми. Молодой летчик Пит Митчелл по прозвищу Маверик направляется в школу военно-морской авиации «Топ ган» (фильм носит то же название в оригинале, в русской версии оно переводится как «Лучший стрелок»), где узнает правду о своем отце и влюбляется в гражданскую преподавательницу Чарли. Стоит заметить, что так же, как и «Титаник», вышедший на экраны пятнадцать лет спустя, этот фильм был в гораздо большей степени историей частной жизни, нежели хроникой реальных событий. Харизма Круза привнесла в сюжет нечто большее, чем просто пафос патриотизма. В «Лучшем стрелке» главной линией стали личные отношения героя, а не история его профессиональных достижений, так же как в «Титанике» была показана не столько история крушения суперлайнера, сколько необыкновенная любовь, победившая даже катастрофу. Солнечные очки модели «авиатор» в мае 1986 года продавались так бойко, что нельзя было не усмотреть в этой моде влияния кинематографа. И, конечно же, многим запомнились диалоги «Лучшего стрелка».
Випер (инструктор): Я летал с твоим стариком… На «VF-51 Орискэйни». Ты на него сильно похож. Ты и лучше… и хуже. Он был настоящий героический сукин сын… Вот как я бы о нем сказал. Из-за него могла бы пойти ко всем чертям моя карьера. У нас был самый скверный вылет из всех, какие можно вообразить. Его самолет подбили, а он не захотел лететь обратно. Продолжал полет и спас троих наших, прежде чем повернул назад. 
Маверик: Почему я об этом никогда раньше не слышал? 
Випер: Потому что в нашем деле командование с неохотой говорит о нарушителях правил полета и поведении, которое идет вразрез с инструктажем. 
Были и другие запоминающиеся моменты, как, например, этот диалог в классе:
Чарли (Макгиллис): Простите, лейтенант, что-то не так?
Маверик: Да, мэм, вы даете неправильные сведения о «МиГе».
Чарли: Что же неправильно?
Маверик: Я знаю, что «МиГ» может пикировать на критической скорости.
Чарли: Откуда вы это знаете?
Маверик: Это тайна.
Чарли: Что еще за тайна?
Маверик: Военная тайна. Я мог бы рассказать о ней, но тогда мне придется вас убить. 
Но по ходу съемок выяснилось, что любовная линия Тома и Макгиллис слабовата, и тогда Тони Скотт решил добавить в фильм постельную сцену.
«Лучший стрелок» почти не подвергался критике, за исключением статей в некоторых изданиях. Питер Бискинд в книге 1998 года «Беспечный ездок, бешеные быки» дает следующую характеристику фильму: «Дон Симпсон популяризировал гей-культуру также, как Элвис Пресли популяризировал ритм-энд-блюз, сделав ее доступной широкой аудитории. Блокбастеры Симпсона, снятые совместно с Брукхаймером, заставили зрителей обратить внимание на ту сторону жизни, которая до этого не была широко известна. Симпсон взял гей-культуру с ее зацикленностью на сплаве моды, кино, диско и разрекламировал все это в прекрасно отснятых остросюжетных и интеллектуально обоснованных картинах, таких как «Танец-вспышка», «Полицейский из Беверли-Хиллз» и «Лучший стрелок».
Но возникает закономерный вопрос — если рецепт успеха этих фильмов так прост, что мешало другим продюсерам заработать на подобных фильмах миллионы? Возможно, все-таки для успеха требовалось и нечто большее, чем популяризация гей-культуры, — тщательная проработка материала, безупречный подбор актеров и еще нужно было найти того, кто обладал бы такой же энергией и талантом, как Том Круз. Наиболее точно по этому поводу высказался Дэвид Баранек: «Я не могу себе даже представить актера, который смог бы так виртуозно исполнить эту роль. Герой одновременно и вызывает уважение, и не лишен азарта и дерзости, и в то же время он слишком самоуверен. Да, вероятно, слишком самоуверен, но это только придает ему еще больше обаяния».
Квентин Тарантино не мог отказать себе в удовольствии упомянуть о гомоэротичности фильма от лица своего героя Сида в фильме «Спи со мной» (1994): «Знаешь, какой сценарий, мать твою, считается самым лучшим в Голливуде за все время его существования? «Лучший стрелок». Думаешь, это история про пилотов, которые устраивают воздушные потасовки? Ни черта подобного, это история о парнях, которые борются со своей гомосексуальностью. Помните Маверика? Он ведь очень правильный, да? А вот Айсмен — его противоположность во всем. Это ведь геи в натуре, правда? Всем же ясно, что это — геи. Они просто созданы друг для друга. Келли Макгиллис — вот она гетеросексуалка. Она говорит им: «Делайте все правильно, играйте по правилам!» Но они упрямо идут другим путем, потому что они — геи. Весь фильм только об этом. Парень приходит к ее дому, да? Все как будто бы нормально, можно подумать, что они собираются заниматься сексом. Все считают, что так и должно быть. Но секса-то нет. Они садятся на мотоцикл и гонят куда-то. И что же Макгиллис: «Какого черта ты меня сюда завез?» Следующая сцена — она в лифте, одетая как гей. В шлеме и очках, и еще, помните, у нее такой же пиджак, как у Айсмена? Знаете, что она думает: «Ага! Вот теперь я получу этого парня. Раз он заблудился и его тянет не туда, я притворюсь геем, чтобы вернуть его к нормальной жизни, оденусь как его дружок…» А знаете, когда наступает настоящий конец фильма? Когда начинается воздушный бой с «МиГом». Они же смелые парни, кто станете этим спорить? Они сумели побить русских! Нет, вы только представьте, геи сумели побить русских! И они на земле! Что вы думаете? Айсмен получил Маверика? Конечно! Что они делают на земле — обнимаются и целуются, они же счастливы друг с другом, и Айсмен говорит Маверику: «Ладно, приятель, можешь скакать у меня на хвосте когда захочешь!» А что Маверик ему отвечает? «А ты у меня!» Вот они — истинные слова. Все поняли, что это означает?»
Конечно, Сид слегка исказил ход событий в фильме, увлекшись теорией гомоэротичности «Лучшего стрелка». На самом деле Айсмен сказал Маверику: «Можешь летать со мной когда захочешь». И Маверик ему ответил: «И ты со мной тоже, черт тебя подери!» К тому же вряд ли стоило бы включать в фильм эпизоды с вдовой миссис Гус, если режиссеры стремились так прозрачно намекнуть зрителям на гомосексуальный подтекст. Конечно же, герой Тарантино скорее шутит, преподнося фильм в таком свете, нежели говорит серьезно.
Но вот что было правдой, так это то, что Круз вместе с режиссером и продюсерами единодушно были признаны критиками создателями кино в духе «Брэт пэк». О фильмах такого типа рассказывает в своей статье Дэвид Блум в июньском номере «Нью-Йорк мэгэзин» 1985 года. Круз никогда не принадлежал к актерской группе «Брэт пэк» напрямую, но, несомненно, он хорошо знал ее участников, и скорее всего она оказала на него серьезное влияние. В статье цитируются эпизоды «Обыкновенных людей» и «Отбоя» и указываются характерные черты стилистики «Брэт пэк» в этих фильмах. Именно эти черты изменили голливудское кино и вызвали в кинематографе интерес к таким проблемам, как самоопределение молодых людей и поиск своего места в обществе. Наиболее отчетливо это проявилось в фильмах «Аутсайдеры» (1983), «Клуб «Завтрак»» (1985), «Огни святого Эльма» (1985), «О прошлой ночи» (1986) и «Очаровашка в розовом» (1986).
Вот актеры, ставшие лицом поколения, родившегося в 1962-м: Эмилио Эстевес (согласно концепции Блума, неформальный лидер «Брэт пэк»), Элли Шиди, Деми Мур и Эндрю Маккарти, к ним же относятся и более молодой Роб Лоу, и старший по возрасту Джадд Нельсон. Мэттью Бродерик позднее сыграл главного героя в фильме «Выходной день Ферриса Бьюлера» — молодежной комедии, сценарий для которой написал Джон Хью, глава группы «Брэт пэк». Блум причислял к носителям брэтпэковской эстетики Эстевеса, Лоу и Нельсона, заседавших в «Хард-рок кафе» в Лос-Анджелесе, где они напивались и флиртовали, — увлечения, характерные и для их киногероев. Они являлись, своего рода современными Фрэнком Синатрой и Дино Мартином.
Том, однако, все намеки на его связь с этой группой отрицал и считал полной чепухой. Да, он сыграл эпизодическую роль в «Аутсайдерах», да, его лучшим другом был Эмилио Эстевес, но Круза не устраивала несерьезность группы. Он хотел быть самостоятельным и всячески подчеркивал это после съемок «Лучшего стрелка». К тому же он рассчитывал сделать карьеру куда более блестящую, чем та, которая была бы ему суждена в качестве участника какого-то молодежного объединения. Он не хотел, чтобы его частную жизнь ассоциировали с разгульными развлечениями. Если у кого-то и сложилось такое представление, он хотел, чтобы это осталось в прошлом вместе с «Аутсайдерами». Он разорвал отношения с Ребеккой де Морней, как только вернулся из Англии, и решил, что ему необходимо некоторое время побыть одному. «Я много времени проводил в одиночестве и не переживал по этому поводу. Конечно, иногда и чувствовал себя покинутым, но не настолько, чтобы цепляться за отношения, которые меня не устраивали. Я не принадлежу к тому типу людей, которые делают что-то не задумываясь. Мне надо хорошо узнать человека, прежде чем я смогу доверять ему как другу».
Однажды во время съемок «Лучшего стрелка» он пошел обедать и сел за столик рядом с актрисой, которая представилась ему как Мими Роджерс. Она не была широко известна, поскольку снималась только в телесериалах «Рустеры» и «Бумажные куклы». Но она была красива и после развода с известным деятелем сайентологической церкви Джимом Роджерсом, за которого вышла замуж исключительно ради того, чтобы избавиться от девичьей фамилии Спайклер, закрутила романы с Томом Селлеком и Бобби Шривером, племянником Джона Кеннеди, а на момент знакомства с Крузом была любовницей одного из приятелей Бобби. Том влюбился в нее, несмотря на то, что она была на восемь с половиной лет старше его. «Мне нравились яркие сексуальные женщины, — говорил он позднее, — и, конечно, сильные женщины тоже — такие, которые не подстраивались под меня, но и сами не пытались руководить мной. У нее по любому поводу было свое мнение. И меня это устраивало. Я не хотел, чтобы кто-то жертвовал для меня своей индивидуальностью и свободой».
Мне довелось встретиться с Мими на фестивале в Торонто, и я могу подтвердить, что все эти качества у нее есть, а ее мягкая манера в общении и заразительный смех всегда очаровывали мужчин. У нее характер, свойственный героиням романов Джейн Остен. Кроме того, с Крузом она была косвенно знакома и раньше, через Ридли Скотта, у которого она снималась вместе с Томом Беренджером в фильме «Тот, кто меня бережет». Беренджер играл роль телохранителя Майкла, которому поручили 24 часа в сутки находиться рядом с Клэр (Мими Роджерс), потому что за ней охотился опасный преступник. Картина получилась динамичная и захватывающая, полная завораживающей страсти и сдобренная прекрасной музыкой Стинга и Роберты Флэк, а Том, так же как и многие другие, был очарован Мими, и в конце концов они стали встречаться, известие о чем вскоре просочилось в прессу. Похоже, влюбился Том действительно сильно. 9 мая 1987 года они поженились. Свадебное торжество состоялось в доме Круза в Нью-Йорке. Однако праздник был скорее семейным, чем публичным. Свадебный торт испекла сестра Тома. Мать Круза, Мэри Ли, находила, что Мими очаровательна, восхитительна. «Я была очень рада их союзу. Она как раз принадлежала к нравящемуся мне типу женщин. Мими — идеальная супруга для Тома». Свидетелем жениха на свадьбе был Эмилио Эстевес — глава кружка «Брэт пэк».
Глава 8
Бильярд с Полом
После фильма «Бешеный бык», вышедшего на экраны в 1980 году, режиссер Мартин Скорсезе получил письмо с восторженным отзывом от Пола Ньюмена, который признавался, что фильм ему очень понравился. Письмо начиналось следующими словами: «Дорогой Майкл, у меня нет слов, чтобы выразить, как много значит для меня ваш фильм «Охотник на оленей»». Скорсезе поспешил ответить актеру, что вообще-то фильм «Охотник на оленей» не имеет к нему никакого отношения, его режиссер — Майкл Чимино.
Скорсезе снова столкнулся с Ньюменом спустя четыре года. Актер хотел снять сиквел к «Королю бильярда» — истории бильярдного мошенника Эдди Фелсона. Был ли заинтересован Скорсезе в том, чтобы снимать этот фильм? Вероятно, да, потому что он не отказался просмотреть сценарий, который Ньюмен написал вместе с Уолтером Тевисом, автором романа «Цвет денег».
Но Скорсезе не хотел снимать фильм в соответствии с замыслом Ньюмена и Тевиса. «Если бы я мог сам продумать идею фильма, я бы все сделал иначе. Я совершенно не чувствую характер Эдди, он недостаточно плох и недостаточно драматичен для меня как герой». В это же время к нему обратился Ричард Прайс, написавший сценарий «Ночь и город» (основанный на фильме 1950 года, режиссер Жюль Дассен), в котором жулик становится спортивным агентом. «Я не хотел снимать ремейки, — заметил Скорсезе, объясняя, почему он предложил заняться этим фильмом режиссеру Ирвину Уинклеру, — однако мне понравился Ричард. В его сценарии было много живого и настоящего чувства и чудесные диалоги».
Скорсезе счел возможным привлечь Прайса к работе на новым вариантом «Мошенника». Прайс хорошо запомнил свою первую встречу с Ньюменом. «Мы были в Малибу, я и Мартин Скорсезе. По-моему, нас было там только двое ньюйоркцев. Марти сидел на пляже в пиджаке и все время прыскал спреем в нос, а я курил сигарету и периодически сгибался пополам от кашля. Тут появился загорелый и довольный жизнью Ньюмен, эдакий мистер Море и Солнце. Рядом с ним мы оба выглядели жалко и комично».
«Честно говоря, сиквелы и ремейки снимать не в моих правилах, — открыто признался Скорсезе, — но Пол Ньюмен мне нравится как актер, особенно в «Мошеннике», и еще мне нравится антураж фильма. Я хочу предложить Ньюмену обновить характер Фелсона и вообще написать новую историю, как будто бы произошедшую спустя двадцать пять лет. Только вот проблема — я ничего не понимаю в бильярде. То, что происходит на столе, меня не волнует, гораздо интереснее то, что творится вокруг стола, — сами манипуляции и маневры игроков».
Хотя они втроем пришли к некоему компромиссу в отношении сюжета, тем не менее «Пришлось пересмотреть сюжет полностью», — вспоминал Ньюмен. Ньюмен интуитивно понимал, что пристрастия и вкусы зрителей немного не совпадают с мрачноватым сценарием Прайса. «Ньюмен любит играть антигероев, — сказал как-то Прайс, — людей с позитивными и негативными чертами характера одновременно, таких трудно любить, но еще труднее возненавидеть. Но в отличие от более ранней версии в фильме должно было многое измениться, даже сам герой из молодого авантюриста превращается в зрелого человека. Нам с Марти хотелось сделать характер более драматичным, высветить его проблемные стороны, но мы боялись, что Ньюмен откажется от такой роли, сочтя, что его герой — слишком уж сложный тип».
Проще всего было изобразить особенности характера Эдди в процессе его отношений с его учеником и последователем Винсентом Лорией. Пол Ньюмен видел в этой роли только одного молодого актера — Тома Круза. Сценарий был немедленно отправлен Крузу, который в это время еще находился на одном из военных кораблей на съемках «Лучшего стрелка».
Том хотел сделать перерыв после десяти месяцев тяжелой работы. Но теперь ему предстояло выбирать — либо отдых, либо редкий шанс сыграть в одном фильме с кумиром его детства. Но теперь уже Скорсезе и Ньюмен гораздо больше нуждались в участии Круза, чем он в них. Ньюмен был расстроен неудачей, постигшей его в работе над фильмом «Гарри и сын», в котором он выступил как сценарист, продюсер и режиссер одновременно. «Я чувствовал себя как человек, который потратил кучу усилий напрасно, и меня это угнетало. Мне казалось, что я больше никогда не захочу реализовывать свои замыслы, после того как фильм подвергся таким нападкам». Проблема «Гарри и сына» заключалась в плохом кастинге — не следовало брать на роль сына ничем не примечательного телеактера Робби Бенсона! Не прибавило энтузиазма Ньюмену и то, что пришлось лететь из Флориды в Лос-Анджелес только для того, чтобы на церемонии вручения «Оскар» убедиться, что награду в номинации «Лучший актер» он на этот раз не получит. Фильм в прокате не собрал и пяти миллионов долларов.
Но у Скорсезе случались провалы и похуже, например с «Королем комедии» в 1982 году. На него было затрачено двадцать пять миллионов долларов, а вернуть в прокате удалось только десять. Несмотря на участие Роберта Де Ниро, фильм получился откровенно плохим, — неудавшаяся попытка соединить трагедию и комедию. «Когда его показали на Каннском фестивале, я стоял за сценой с Серджио Леоне. Он посмотрел на меня и сказал: «Мартин, это твой самый зрелый фильм», — рассказывал Скорсезе. — Возможно, он хотел дать мне понять, что фильм ему не понравился. Возможно, эта двусмысленность намекала на шутки, которые мы периодически отпускали по поводу киносъемок, когда камера мало двигается. Такие фильмы мы называли «застывшими», или «зрелыми»».
Невзирая на то что съемки «Лучшего стрелка» еще не завершились, Круз уже считался звездой. Когда работа над фильмом была закончена, с предстоящим проектом Скорсезе все еще оставалась какая-то неопределенность. Хотя «Двадцатый век Фокс» и снимала «Мошенника», новый сценарий у них доверия не вызвал. «Коламбия» тоже вела себя осторожно. Джеффри Катценберг и Майкл Эйснер, советовавшие «Парамаунт» отказаться от «Лучшего стрелка», все-таки потом уступили, но, соглашаясь на новый фильм Скорсезе, они выдвинули условие: Пол Ньюмен получит минимальный гонорар, а кроме того, вместе со Скорсезе они должны поручиться, что из своего жалованья возместят убытки, если фильм окажется провальным. Ньюмен попытался было пригласить Джеки Глисона, обещая ему роль одного из главных героев, но тот отказался — его отпугнул слишком низкий гонорар, а через два года он умер.
«В бильярде есть удачливые игроки, но всякая удача — это прежде всего искусство» — эти слова решено было сделать эпиграфом к фильму «Цвет денег». Стареющий Фелсон — преуспевающий продавец спиртного, а Винсент Лориа олицетворяет идеал его молодости — юношу, в котором он словно видел самого себя. Фелсон берется обучить молодого человека игре в бильярд — научить его использовать знание психологии противника, открыть ему тончайшие секреты мастерства. Он берет Винсента под свое покровительство вместе с его подружкой Кармен (Мэри Элизабет Мастрантонио), и втроем они пускаются на поиски приключений в Атлантик-Сити. В качестве символического подарка он вручает Винсенту кий, который стоит десять тысяч долларов.
Для Фелсона Бог — это деньги, и «выиграть их ничуть не менее почетно, чем заработать». Но он обманывает себя. Вот почему, пока он учит Винсента, все идет нормально, но когда обнаруживается, что молодой человек готов преступить правила игры, мир Фелсона рушится. Он вдруг понимает, что победа может быть куда важнее, чем деньги, и что сам он тоже стремится не столько к заработку, сколько к наслаждению процессом игры. Ученик же превращается в превосходного профессионала, но вместе с тем в циничного и настоящего мошенника в отличие от своего порядочного наставника.
Том сосредоточился на технической стороне роли, которая предполагала определенный уровень овладения игрой. Он стоял за бильярдным столом по двенадцать часов в сутки в нью-йоркских клубах, а потом еще брал частные уроки у чемпиона по бильярду Майка Сигеля, ставшего его консультантом на съемках. Сигель поражался тому, как в отличие от других актеров Том быстро схватывал все, что он ему говорил и показывал. «Он очень быстро научился все делать правильно. Том наблюдателен и может повторить даже весьма сложные приемы. И таков он во всем: что ни берется — вождение автомобиля, управление вертолетом, очень быстро учится».
Съемки проходили в Чикаго, где у Тома было две квартиры. В одной из них устроили бильярдную. Сигель рассказывал, что до четырех утра они обычно пили, а потом шли вниз играть. Сейчас и представить себе невозможно пьющего Круза. «За шесть недель он научился играть лучше, чем когда-то я за шесть месяцев». Ньюмен обычно только наблюдал. Скорсезе тоже бывал там и вспоминал: «Том во всех эпизодах снимался сам, за исключением одного, где была замедленная съемка: шар ударяет два других шара. Этому он не успел научиться, но мог бы, только я не хотел терять время».
Большую часть фильма снимали в полутемных комнатах и барах Чикаго. Перед съемками сцены репетировались две недели. Никогда раньше ни Круз, ни Скорсезе этого не делали — на такой системе работы настоял Ньюмен. Круз признался, что для него этот опыт был «откровением»: «Когда я снимался в «Отбое», то по пять раз в неделю смотрел «Бешеного быка», и вот теперь я работал со Скорсезе и, черт его подери, с Полом Ньюменом. Я был счастлив. Мне нравились и герои, и то, как они себя вели. Мне нравилось, что Скорсезе такое внимание уделял характерам и вообще очень тщательно подходил к режиссерской работе — он выверял все до мельчайших деталей».
Успех фильма во многом зависел от обаяния героя Круза, и нельзя не признать, что ему удалось заинтриговать зрителя с самых первых кадров, когда Винсент появляется на экране, играя в электронный бильярд. Каждое его движение выдает энергию и напористость, которые свидетельствуют о том, что у него есть нечто большее, чем привлекательность молодости, — азарт. В эпизодах с Мэри Элизабет Круз сыграл такого страстного любовника, каким зрители его еще не видели. Он демонстрирует необычайную легкость в обращении с кием и превращает игру в своего рода цирковое шоу, завораживающее зрителя.
Ньюмен рассказывал, что Скорсезе то и дело напоминал Крузу, чтобы тот был посерьезнее: «Ты не должен быть смешным». Во время репетиций Круз особенно сдружился с Ньюменом. «С ним было необычайно комфортно работать — он считал меня равноправным партнером, никакого превосходства. Беседа начиналась в непринужденном тоне, мы просто сидели и разговаривали, и вдруг из этого получалась сцена».
До того как по сюжету герои достигли Атлантик-Сити, фильм производил тяжелое впечатление: в кадре появлялись в основном грязные и мрачные улицы Чикаго. Зато Скорсезе нашел уйму разных способов снимать игру: камера скользила над столами вслед за шарами то под одним наклоном, то под другим, выхватывая быстрые движения игроков, кружа над их головами и останавливаясь на их напряженных лицах. К Ньюмену режиссер проявлял больше внимания, чем к его темноволосому молодому ученику. Во время съемок фильма Ньюмен узнал, что он номинирован на почетную премию «Оскар» — «За вклад в кинематограф» — в качестве компенсации за то, что в прошлый раз он не получил ни одной награды. Он отказался лететь в Лос-Анджелес, но из Чикаго согласился выразить благодарность Академии, скрывая свое глубокое разочарование — ведь награда была скорее условной, чем присвоенной за конкретную заслугу. «Я, конечно, очень признателен, что обо мне вспомнили, пусть даже из вежливости, но надеюсь, что этот благородный жест не сродни надгробной плите, — пошутил он. — Хочется верить, что мои достижения все-таки еще впереди, а не только в прошлом».
Для Тома Круза это было прекрасное время: он работал с человеком, к которому испытывал глубочайшее уважение и у которого когда-то мечтал учиться. «Я мог обратиться к нему за советом, но он никогда не диктовал: «Это надо делать вот так и вот так». Он всегда тактично говорил: «Я не знаю, как правильно, есть разные точки зрения, я считаю, что лучше будет так. Хотя нужно искать свой собственный путь». Пол не отказывался протянуть руку помощи человеку, который был моложе его почти на сорок лет. И это через шесть лет после того, как сын Ньюмена покончил с собой, приняв огромную дозу наркотика и спиртного. Скотту — единственному сыну Ньюмена исполнилось двадцать восемь лет. У Ньюмена было пять дочерей — две от Жаклин Уитт, его первой жены, и три от второй жены — Джоан Вудворд. Скотт не мог простить отцу развода. В юности он пытался сниматься в кино, но не смог достичь успеха как актер, и это восстановило его против отца. Ньюмен чувствовал себя виноватым в смерти сына.
И вот теперь он работал с молодым человеком, у которого когда-то тоже были проблемы с отцом, который жаждал научиться всему, что знал его наставник. В ожидании начала съемок они порой часами играли вдвоем в бильярд. Зная, что Круз любит гонки, Ньюмен взял его с собой на соревнования. Он и сам обожал этот вид спорта, после того как в первый раз сел за руль карта в фильме «Побеждая» (1969). Три года спустя, в сорок семь лет, он на полгода отказался от съемок, чтобы целиком посвятить себя гонкам. Ньюмен весьма преуспел в этом увлечении, стал победителем в соревнованиях Национального клуба Америки по автогонкам класса D. В 1977 году, невзирая на протесты жены, он принял участие в двадцатичетырехчасовом автопробеге «Ле-Ман» вместе со своими товарищами Диком Барбором и Рольфом Стоммеленом, в свои пятьдесят четыре он был самым старшим из участников и пришел вторым. «Гонки — самый верный способ оказаться как можно дальше от голливудской суеты», — признался он Тому.
Круз обратился к нему с просьбой: «Если по окончании съемок фильма мы останемся друзьями, пожалуйста, научите меня управлять гоночным автомобилем». Ньюмен ответил согласием и пригласил его на одну из учебных трасс, а после съемок предложил Тому и Дону Симпсону в течение пяти дней потренироваться с его собственным наставником Джимом Фитцджералдом.
Сорокачетырехлетний Скорсезе тоже с удовольствием заботился о Крузе, но общение с ним носило менее экстремальный характер, чем с Ньюменом. Вместе с женой Барбарой де Фина они нередко приглашали Тома отобедать с ними. «Я довольно близко познакомился с итальянской кухней в те дни», — вспоминал Круз.
Том тогда крайне нуждался во внимании более опытных и знающих друзей. «Лучший стрелок» показал, что настала пора подумать об установлении постоянных контактов с прессой и телевидением, которые уже проявляли повышенный интерес к восходящей звезде. Эта перспектива пугала его: «Я чувствовал себя одиноким, находящимся в какой-то изоляции. Я не знал, что мне делать». Начиная с 12 мая 1986 года, то есть с даты выхода на экраны «Лучшего стрелка», Круз фактически потерял право на частную жизнь — ему больше не суждено было находиться вне поля зрения публики, поскольку число его поклонников очень быстро росло. Пришлось отнестись к этому с пониманием — отныне Том Круз будет играть роль не только в кино, но и при общении со зрителями. Мир превратился для него в сцену. Конечно же, его преследовали страх и сомнение — выдержит ли он бремя славы. Эм-ти-ви тогда набирало силу становилось все более востребованным, а оно навязывал публике культ звезд. Том «был совершенно не в состоянии понять, как справляться со всем этим».
Человек, которому только-только исполнилось двадцать четыре, должен был самостоятельно принимать решения. Он мог бы отстраниться от этих проблем, плыть по течению, сниматься в «Лучшем стрелке-2», но пошел по пути наибольшего сопротивления. Он выбрал сложную задачу — съемки с Дастином Хоффманом в «Человеке дождя».
Премьера «Цвета денег» сопровождалась бешеным успехом и вызвала массу откликов в прессе. Фильм собрал пятьдесят два миллиона долларов — невероятная удача для Скорсезе. Фактически это был один из лучших его фильмов и в немалой степени благодаря подбору актеров. Винсент Кэнби писал в «Нью-Йорк таймс»: «Ньюмен снова появился перед нами в образе Ловкого Эдди. Это потрясающий фильм — веселый, увлекательный, с прекрасно подобранным актерским составом. Круз восхитителен в роли молодого ученика-сорвиголовы, неотразим и в меру комичен. Настоящим открытием стала и мисс Мастрантонио».
Надо сказать, что своим блистательным дебютом мисс Мастрантонио была обязана Крузу — его таланту, привлекшему внимание и к ее героине, никогда больше ей не удавалось достичь такого успеха, как в «Цвете денег». За этот фильм она была номинирована на «Оскар» за женскую роль второго плана. Позже она снималась в куда более скромных проектах. Возможно, здесь сыграло свою роль ее длинное имя — это могло случиться и с Томом, не откажись он от Мапотера-четвертого.
Ньюмен наконец получил «Оскар» как «Лучший актер», произошло это только на седьмой его номинации. Он не присутствовал на церемонии, вероятно, опасаясь, что к нему отнесутся со снисходительной жалостью из-за его предшествующих неудач, и даже своего пресс-агента туда не пустил. Однако, когда семидесятивосьмилетняя Бетт Дэвис под аплодисменты собиралась объявить победителя, оказалось, что микрофон отключен. Это сделал режиссер Марти Пазетта, разозлившись, что его фильм не прошел. Неполадки быстро устранили, и Ньюмен был объявлен победителем под всеобщее ликование. Друг Пола Роберт Уайз, который режиссировал фильм «Кто-то там наверху любит меня», поднялся на сцену за своим «Оскаром», но его начатую было речь прервала Дэвис, решив представить его публике как следует. Она заняла так много времени, что на речь самого Уайза времени не осталось, и микрофон был отключен второй раз за вечер. Ньюмен смотрел церемонию в Коннектикуте. «Я потрясен случившимся, — сказал он на следующий день в интервью, — но могу гордиться своей работой». Том Круз сам двумя годами позже объявлял о присуждении награды Джоди Фостер в номинации «Лучшая актриса» за фильм «Обвиняемые».
Стратегия Тома — работать только с лучшими — приобрела черты целенаправленной политики. В Голливуде был только один актер, который сумел за краткий промежуток времени сделать невероятно успешную карьеру благодаря своим прекрасно сыгранным ролям, — Дастин Хоффман. Он дал согласие сыграть героя-идиота в фильме, продюсировать который собирались Питер Губер и Джон Питерс. Карьера Дастина, которая являла собой пример очень редкого в Голливуде случая стремительного восхождения к вершинам славы, теперь была под угрозой краха из-за очень неудачного фильма «Иштар» (1987) режиссера Элейн Мэй. Фильм условно можно было отнести к приключенческому жанру: два весьма посредственных певца (Дастин Хоффман и Уоррен Битти) случайно во время путешествия по Северной Африке ввязываются в государственную аферу. По идее «Иштар» задумывался как комедия, но превратился для его создателей в форменную трагедию, когда при затратах в сорок миллионов долларов он принес в прокате только четыре миллиона. Репутация Хоффмана как актера была подпорчена и держалась лишь благодаря прежним работам, например «Полуночному ковбою» или «Тутси», так что теперь ему пришлось просить своего агента Майкла Овитца срочно подыскать ему картину, в которой он смог бы реабилитироваться.
Ему очень повезло, так как в это время его агент занимался проектом Питера Губера и Джона Питерса, планировавших снимать фильм о больном аутизмом гении. Том Круз на эту роль не годился — по возрасту. Зато он вполне мог подойти на роль более молодого героя, так что Овитц уже практически скомплектовал актерский состав. Однако сценарий был еще недоработан, это случится только через год, и за это время в составе создателей фильма многое переменится.
Том в промежуток между съемками обратился к религии. Хотя он был католиком и даже учился в колледже Святого Франциска, теперь Круз почувствовал, что ему требуется какая-то другая вера. В Америке существует множество религиозных направлений. Ежегодно эти новообразующиеся объединения и секты пополняют сотни людей, находящихся в религиозном поиске. В 1827 году доктор Джозеф Смит-младший, фермер, объявил, что ему явился ангел Мороний, который вручил ему некие золотые таблички. При помощи специальных очков из волшебного камня он смог их расшифровать и создал «Книгу мормонов». Так возникло новое религиозное течение в Америке, у которого появились последователи. Сейчас эта церковь насчитывает около пяти миллионов членов. В 1952 году Сан Мен Мун, корейский иммигрант, тоже основал свою церковь, мотивируя это тем, что сам Господь возложил на него миссию по спасению человечества. Одним из его тезисов стало заявление, что холокост был местью Всевышнего евреям за то, что они убили Христа. Преподобный Мун собирал целые стадионы на своих церемониях бракосочетания, как было, например, 12 февраля 2000 года, когда с его благословения поженились 450 тысяч человек. В настоящее время его паства насчитывает около четырех с половиной миллионов человек. Чуть менее популярно было учение преподобного Джонса, выступившего в качестве проповедника в 1950 году. По его указу 914 его последователей совершили самоубийство 18 ноября 1978 года, чтобы после смерти отправиться на некую Благословенную Планету.
Однако Тома привлекло менее экстремальное направление — сайентологическая церковь. Официальным основателем сайентологии в Америке в 1954 году стал Лафайет Рон Хаббард, офицер Военно-морского флота и популярный писатель-фантаст. В 1950 году Рон Хаббард в одном из научных журналов объявил о создании новой науки — дианетики. У Хаббарда мгновенно появилось немало поклонников, поскольку он обещал сделать людей «здоровее, счастливее и свободнее». В общих чертах смысл дианетики сводился к психотерапевтическим сеансам, во время которых, отвечая на вопросы, пациент должен был избавить свое подсознание от неприятных воспоминаний о прошлом («эн-грамм»), что улучшило бы его отношение к жизни и повысило бы его шансы на успех. Процесс этот сам по себе достаточно долгий, и проходит немало времени, прежде чем человек может считать, что он избавился от всех «инграмм», и назвать себя «просветленным», вошедшим в состояние «клира».
Книга «Дианетика» пользовалась бешеным успехом. «Ньюс уик» сообщала, что за два месяца было продано около тридцати пяти тысяч экземпляров, а в США появилось около пятисот групп дианетиков. Хаббард позднее признался, что очень много времени посвятил изучению психологии, прежде чем создал сайентологию. Он искал такую форму религиозной философии, которая стала бы действенным орудием в руках людей, желающих улучшить свою жизнь и избавиться от проблем, то есть достичь такого духовного состояния, которое называется «тетан», это состояние выше клира. Людей же, получающих «одитинг» (дианетическую терапию), именуют «преклирами».
Разумеется, эта теория выглядит очень соблазнительно именно для молодых людей, мечтающих сделать карьеру. Они охотно проходят сайентологический стресс-тест и последующую терапию, осуществляемые при помощи прибора, который называется «Е-метр». Во время сеанса человек держит два электрода (две пустые консервные банки), и движение стрелки по шкале на коробке «Е-метра» при этом показывает, как меняется электромагнитное сопротивление организма человека. По реакции этого «прибора» можно судить об изменении душевного настроения или ментального состояния пациента. Рон утверждал, что его изобретение действует примерно так же, как детектор лжи, возможно, оно реагирует на вибрацию или тепло пальцев человека. Хаббард демонстрировал свое изобретение в Канзасе в 1952 году, разрешив желающим испытать его действие на себе. По колебаниям стрелки он определял степень значимости обсуждаемой проблемы для тестируемого. Нужно было вообразить или вспомнить какую-либо неприятную ситуацию. Если стрелка резко отклонялась, то можно было говорить об актуальности ситуации. Если она только колебалась, то это означало, что человек либо уже избавился от негатива, либо очень близок к этому.
К заслугам сайентологии сразу же было отнесено то, что она помогала людям «обнажить больные места» и психологически справиться с ними. Пожалуй, именно поэтому она так активно рекламировалась некоторыми известными людьми, которым довелось пережить стрессы, — например, Джоном Траволтой после фильмов «Остаться в живых» и «Совершенство», подвергавшихся острой критике. «После прохождения курса дианетики, если даже люди говорили мне что-то плохое или говорили обо мне что-то неприятное, я относился к этому легко, без переживаний, — говорил Траволта. — Некоторые, наверное, просто сказали бы: «Молодой человек слишком чувствителен», но для меня эти нападки подчас превращались в настоящую проблему. Я все время ощущал себя так, словно ступал по минному полю». В задачи «психотерапии» входит освобождение сознания человека от «инграмм» его прошлых жизней, но для этого ему предстоит пройти несколько уровней самосовершенствования. Самый краткий курс «очищения» занимает около двух лет. За это время человек может «вспомнить» многое из своих прошлых жизней. Кто-то, например, вспоминал, что был свидетелем извержения Везувия и разрушения Помпеи. Другие утверждали, что в прошлом они были моржами или рыбами. Несколько человек видели себя Иисусом Христом. Встречались и такие, которые были убеждены, что они не кто иные, как Уолтер Рейли, Елизавета I или даже Беда Достопочтенный.
Но самое парадоксальное заявление исходило от самого Рона Хаббарда, считавшего, что в прошлом он побывал на небесах. Позднее он немного скорректировал это откровение, пояснив, что это была лишь аллегория. По мере укоренения культа сайентологии в общественном сознании и возрастания негативного к нему отношения в Америке Хаббард перебазировался на Канары.
Причина, побудившая его обосноваться на островах, была очень проста — правительства многих стран преследовали сайентологическую церковь, усматривая в ее деятельности деструктивные тенденции и считая ее лженаукой, посредством которой у людей вымогались значительные суммы денег. Первой из стран, наложивших запрет на распространение сайентологических идей, стала Австралия. В результате судебного расследования по поводу скандалов, связанных с сайентологами, был составлен отчет об их деятельности, занявший около семидесяти трех страниц. Смысл его сводился к следующему: «Сайентология — это зло, и методы, которыми пользуются последователи этого культа, небезопасны. Сайентологическая практика представляет существенную угрозу для психического и физического здоровья человека, активно пропагандируя лженаучные тенденции». Вскоре сайентология попадает под запрет и в штате Виргиния. Однако в 1983 году Верховный суд Австралии все же вынужден был признать, что сайентология является религиозным учением и не должна подвергаться преследованию.
В 1968 году в Британии был наложен запрет на распространение учения сайентологов. Запрет исходил от министерства здравоохранения. Как и в Австралии, британские медики полагали, что сайентология — вредное антинаучное заблуждение, способы вовлечения в сайентологическую церковь новых членов были признаны неправомерными. Сайентологическая практика была объявлена опасной для психики человека, а организация церкви — авторитарной: «Всякому, кто доверяет свое здоровье и жизнь сайентологии, угрожает опасность». Все эти гонения сам основатель сайентологии объявил «происками врагов, которые намерены пресечь его попытки сделать людей счастливыми».
В июле 1977 года 134-й отдел ФБР арестовал офисы сайентологов в Вашингтоне и Лос-Анджелесе и устроил в них обыск, изъяв все хранившиеся там документы. По факту государственного шпионажа, в котором обвинялись девять членов сайентологической организации, было возбуждено уголовное дело. Жена Хаббарда получила пять лет тюремного заключения, остальным обвиняемым вынесли чуть менее жесткие приговоры. Сайентологическая церковь отреагировала немедленно — закрыла свои представительства, засекретив многие документы и тексты и установив систему охраны в помещениях.
Хотя Круз и говорит, что идеями сайентологии он проникся после того, как прочитал книги Рона Хаббарда, некоторые полагают, что гораздо большую роль в его обращении к этому учению сыграла его первая жена Мими, которая не только сама была сайентологом, но и выросла в семье сайентологов и была замужем за известным в сайонтологическом мире Джимом Роджерсом. Примерно в это же время последовательницей сайентологии становится подруга Мими Роджерс Кирсти Элли. Для Круза сайентология была подходящей идеей. «В сайентологии есть много средств, помогающих вам лучше понять себя, понять, что происходит в мире, и научиться поддерживать других людей и делать их счастливыми. То, что я поверил в технологию Рона Хаббарда и изучил ее, принесло множество позитивных результатов в моей жизни». По утверждению Круза, сайентология также помогла ему преодолеть дислексию.
Несмотря на все заверения Дастина Хоффмана, что задуманный фильм принесет огромный успех и будет очень популярен, не приходилось рассчитывать на то, что работа над ним начнется в ближайшие три месяца. Том не хотел бездельничать все это время в ожидании начала съемок, поэтому дал согласие на свое участие в другом фильме — «Коктейль» — и с увлечением принялся изучать ремесло бармена. «Это здорово, когда вы всегда окружены красивыми девушками, которые заходят в бар выпить, поскольку в баре проще всего познакомиться с парнем. Если девушка приходит в бар на свидание, можете быть уверены, что ее бойфренд чувствует себя как бог, потому что выпивка — это то, в чем он отлично разбирается. Но бармен тоже не последнее лицо, ведь от него зависит, понравится ли ей заказ. И деньги тут не главное, главное в этой работе — увлеченность, страсть». Сценарий фильма был написан Хейвудом Гулдом, который уже зарекомендовал себя как человек успешный благодаря таким фильмам, как «Мальчики из Бразилии» и «ФортАпач, Бронкс», к тому же среди книг Гулда была и биография архитектора сэра Кристофера Уорена. Сам по себе роман, по которому был написан сценарий, повествовал о нелегкой и трагической судьбе героя, который говорит, что, работая в баре, он ужасно устал от всего, хотя и стал очень наблюдательным циником. Он понял, что ему надо что-то сделать со своей жизнью раньше, чем это занятие добьет его.
Продюсерами стали Роберт Корт и Тед Филд. Они прочитали рукопись и сразу же попросили Гулда написать сценарий. Но никто их энтузиазма не разделял, и сценарий долго оставался в подвешенном состоянии, попав к Фрэнку Прайсу, главе студии «Юниверсал», и фактически на нем уже был поставлен крест. И тут Корту и Филду необычайно повезло: Джеффри Катценберг, управлявший частью диснеевской империи, разглядел в сценарии нечто общее с «Выпускником». Надо заметить, что в Голливуде многие мечтали снять фильм столь же высокого качества. Кроме того, Джеффри тут же решил, что сыграть в новой картине сможет молодой актер, блеснувший в недавно победоносно прошедшем на экранах «Цвете денег».
Несмотря на то что съемки были не столь уж долгими, создателям и продюсерам фильма пришлось выплатить Крузу гонорар в три миллиона долларов. Поэтому экономить им пришлось на остальных актерах — Брайане Брауне (хорошо известном по фильму «Поющие в терновнике», где он снимался с Ричардом Чемберленом и Рэйчел Уорд) и Элизабет Шу, подруге Ральфа Маккио.
Том Круз должен был сыграть бывшего военнослужащего, который мечтал стать в Нью-Йорке миллионером, что вполне в духе идеологии поздних восьмидесятых. Но, несмотря на прилагаемые усилия, ему так и не удалось добиться цели. В результате он вынужден наняться к бармену (Брайану Брауну), посвятившему его в тайны своего искусства. Однако, поссорившись с новым приятелем из-за девушки, герой уезжает на Ямайку, где он работает барменом, по совместительству оказывающим сексуальные услуги. Его подружкой становится девица, которую сыграла Элизабет Шу. Вскоре на Ямайке появляется тот самый бармен, но уже с богатой женой, к которой неравнодушен главный герой. После всех перипетий и катастроф новоявленный богач, разорившись, кончает с собой, а персонаж Тома оставляет надежды стать миллионером, придя к выводу, что этот путь не для него, и возвращается к своей подружке, которая собирается родить ему близнецов.
Этот довольно банальный, но увлекательный фильм с прекрасным музыкальным сопровождением (от Элвиса до Роберта Палмера) оказался весьма популярным благодаря Тому, который играл в баскетбол, забрасывая мяч по семь раз подряд, скакал на лошади по пляжу, готовил «цыпленка по-королевски», ловко подбрасывая его выше головы, и столь же успешно флиртовал с мисс Шу. Любопытно в картине показана и трансформация, произошедшая с героем Брайана после его женитьбы, — например, он начинает изъясняться на языке аристократической вежливости вместо привычного барменского жаргона.
По словам Полы Вагнер, агента Круза, критики буквально «выпотрошили» этот фильм. Но нет худа без добра, и «Коктейль», так или иначе, привлек к себе внимание зрителей. В конце концов сценарий утвердили, и Джеффри Катценберг с восторгом сообщил продюсерам, что фильм обещает стать одним из самых значительных открытий студии «Дисней». Президент компании дал согласие на съемки. «Все это было очень неожиданно, — вспоминал Том, — меня захватило происходящее. Финансовые вопросы вдруг разрешились, и к работе надо было приступить немедленно, так что я даже не понимал тогда, насколько это было удачное стечение обстоятельств». Нечто подобное потом случилось и с «Рожденным четвертого июля». «Коктейль» заработал в прокате семьдесят восемь миллионов долларов и стал одним из самых популярных фильмов 1988 года, заняв место между «Крепким орешком» и «Голым пистолетом». Перед съемками фильма между барменами разразилась настоящая война — каждый из них претендовал на роль учителя Тома. Том и правда посетил не менее тридцати восьми баров на Манхэттене, пытаясь найти самого лучшего «учителя». Так что когда в интервью одному из журналов Майк Джорески сказал, что это он научил Тома всем барменским фокусам, то другой бармен, Джон Бэнди, написал в редакцию возмущенное письмо и заявил, что без его уроков этого фильма вообще не было бы. Бэнди действительно обучал и Круза, и Брауна ряду приемов барменов-профессионалов, но вскоре обнаружился еще один «наставник» — на этот раз из Нового Орлеана. Были и многие другие претенденты из известных и престижных заведений, заявлявшие свои права на долю славы. На студии должны были решить, кого указать в качестве консультанта. В результате, несмотря на недовольство остальных, именно Бэнди был признан наставником Тома Круза в мастерстве приготовления коктейлей.
Глава 9
Путешествие с Дастином
Наверное, «Человека дождя» можно считать самым ярким примером того, как на самом деле работает пресловутая голливудская система кинопроизводства — а работает она дотошно, педантично, не жалея ни средств, ни сил, ни времени на то, чтобы опытным путем в процессе поиска определить тот единственный вариант, который и превратит фильм в безусловный хит. Все начиналось с оригинальной идеи и откровенно слабого сценария. Дальше над ними надо было работать, вовлекая в эту деятельность все больше и больше действующих лиц — продюсеров, режиссеров, актеров, амплуа которых нужно было тоже учитывать, чтобы подобрать идеальный состав и в итоге получить фильм, удостоившийся восьми номинаций на «Оскар», завоевавший премии по четырем из них и собравший в прокате сто семьдесят два миллиона долларов, что само по себе было исключительным в истории кинематографа США случаем. Кроме того, трудно назвать фильм подобной тематики, который бы с таким успехом прошел по всему миру.
Этого никогда не случилось бы, если бы не семилетний Билл Сактер, попавший в 1920 году в Миннесоте в школу для умственно отсталых и больных эпилепсией детей. Там он пребывал вплоть до своих сорока пяти лет, находясь на попечении администрации штата. Молодой студент Барри Морроу и его жена попросили передать им опеку над больным Сактером. Барри в то время работал при университете в штате Айова, Билл находился там же. Затем Барри завел маленькую кофейню, где и обретался Билл. Благодаря предприимчивости Морроу заведение стало невероятно популярным среди студентов и университетских сотрудников. Морроу умер в 1983 году в возрасте семидесяти лет, но заведение до сих пор работает. А в 1981 году Билл стал знаменитостью, после того как Микки Руни снялся в фильме «Билл», рассказывающем историю Билла Сактера по сценарию Морроу. Фильм получил две награды «Эмми» — за лучшую роль и лучший сценарий.
Морроу стал знаменит тем, что открыл еще ряд кофейных заведений, в которых стали работать умственно неполноценные люди. Его пригласили в Техас — в организацию, занимающуюся реабилитацией таких больных. Там он и познакомился с Кимом Пиком. К удивлению Морроу, он мог назвать ему автора любой книги из университетской библиотеки, а также ее шифр и подробное описание. Вот откуда появился образ «Человека дождя».
Морроу пришла в голову идея о двух братьях — Чарли Бэббите, молодом бизнесмене из Лос-Анджелеса, и Раймонде Бэббите, слабоумном пациенте психиатрической клиники, которые знакомятся друг с другом только после смерти их отца. За эту книгу автор получил премию «Эмми», и ему было предложено сделать телепередачу на эту тему. Президенту компании «Губер — Питерс продакшн» Роджеру Бирнбауму идея понравилась, и он решил, что из нее получится интересный фильм.
Позднее Питер Губер возглавил компанию «Сони» и потерял желание заниматься проектом «Человек дождя», но Бирнбаум не отступился и вместе с Морроу рассказал о нем «Уорнер бразерс» как раз в то время, когда проходили съемки «Форреста Гампа». Студия отказалась запускать новый проект. Неунывающий Роджер Бирнбаум обратился к Роберту Лоуренсу, президенту Гильдии киноактеров США. Тот заинтересовался предложением и согласился купить идею.
После того как был написан сценарий, в течение восьми месяцев Бирнбаум и Майкл Овитц решили все проблемы, связанные с началом съемок фильма. Барри Морроу был приглашен на обед, на котором присутствовали Дастин Хоффман и режиссер фильма «Полицейский из Беверли-Хиллз» Мартин Брест. В самом конце встречи Хоффман заметил: «Надеюсь, мы будем вместе работать над этим фильмом и создадим настоящий шедевр». Однако когда Хоффман сказал «над этим», он имел в виду переработанный и сокращенный вариант сценария, который представили Ричард Прайс и Майкл Бортман.
Доктор Даролд Трефферт, профессор психиатрии из госпиталя Святой Агнессы, штат Висконсин, специалист по проблемам синдрома умственной отсталости, приглашенный на должность консультанта, был немало удивлен. «Синдром аутизма проявляется в уходе человека в свой внутренний мир, — заметил он. — Его ни к чему приукрашивать и представлять как нечто необыкновенное. В этом сценарии сплошные голливудские ошибки-штампы — мафиози и гангстеры, тайное бегство, погони… Чарли и Раймонд уезжают на мотоцикле, обнаружение у Раймонда способностей гениального автомеханика…» Но еще больше недовольства вызвал конец истории. В первоначальном варианте конец был счастливый: Раймонд так сильно изменился, что теперь у него не было необходимости жить в клинике. Он оставался с братом, они были счастливы, вместе играли в футбол. Но и это тоже было совершенно нереалистично.
Овитц предложил роль Чарли Бэббита Тому Крузу. Актер принял предложение охотно и в сентябре 1987 года присоединился к Хоффману, сценаристу и режиссеру в доме на пляже в Малибу, чтобы окончательно доработать сюжет фильма. Но теперь сценаристом был Рональд Басе, а режиссером — Стивен Спилберг. У Хоффмана возникли разногласия с Мартином Брестом. По одной из версий, Бресту хотелось, чтобы герой Хоффмана появился буквально в самом первом кадре. На что Хоффман возразил, что Круз, с которого, собственно говоря, все и начинается, достаточно знаменит, чтобы удержать внимание публики и заинтриговать ее.
К съемкам подключились эксперты. Хоффман встретился с Кимом Пиком и его отцом, и мальчик действительно продемонстрировал свои феноменальные способности — он помнил множество фактов из области бейсбола, цитаты из Библии, династии британских монархов и т. д. Это был гений абсолютной памяти. К сожалению, Ким страдал врожденным энцефалитом, вызвавшим обширные поражения головного мозга. Но команда, собиравшаяся снимать фильм, категорически не хотела создавать некий вариант «Человека-слона», поэтому все приняли идею Хоффмана изобразить главного героя нормальным человеком, но с некоторым психическим отклонением, похожим на аутизм.
Спилберг как-то сказал Тому: «Это фильм о любви. И это должно быть очевидно не только нам, но и зрителям. Раймонд не должен казаться просто слабоумным — он всего лишь замкнут, недоверчив, никому не позволяет к себе приблизиться». Спилберг не ошибся относительно основной идеи фильма, но ему оказалось не под силу справиться с этим проектом, поскольку он уже был занят съемками «Индианы Джонса и последнего Крестового похода». Пришлось искать третьего режиссера. Овитц решил, что Сидни Поллак будет идеальной заменой, но тот почему-то не хотел работать с Хоффманом, несмотря на то что их творческий союз в «Тутси» принес две номинации на «Оскар». К тому же Поллак предпочитал собственных сценаристов, он предложил заменить Рональда Басса на Карла Людтке и Дэвида Рэйфиля, а те, в свою очередь, решили переделать сценарий и превратить его в любовную историю между героем Тома Круза и его подругой. Эта версия не понравилась ни актерам, ни студии, поэтому Поллак ушел из проекта — снимать свой не слишком удачный фильм «Гавана».
Овитц, к сожалению, не принадлежал к самым могущественным и влиятельным фигурам в Голливуде, поэтому ему пришлось нелегко. И без того критическое положение усугублялось еще и тем, что Барри Левинсон, один из самых блестящих сценаристов и режиссеров, дебютировавший фильмом «Кафе», режиссировавший «Нормального» с Робертом Редфордом, «Человеку дождя» предпочел фильм «Доброе утро, Вьетнам» с Робертом Уильямсом. Овитцу понадобилось приложить немало усилий, чтобы убедить его не отказываться от проекта. Через семь недель Левинсон согласился работать в команде с Рональдом Бассом.
Хоффман и Круз тем временем не сидели сложа руки. Они старались познакомиться с как можно большим числом больных, страдающих слабоумием и аутизмом. Так они встретились с Джозефом Салливаном в Виргинии, способным в уме умножить, например, 341 на 927. Можете проверить, получится 316 107. Джозеф с этой задачей справлялся за пятнадцать секунд. Именно у него Хоффман позаимствовал манеру поведения психически ненормального человека, которая выглядела так реалистично на экране. Кроме того, Хоффман воспользовался еще одной способностью Салливана — умением запоминать телефонные и лицензионные номера, и даже эпизод с пожарной сигнализацией был взят из жизни Джозефа. И многие смешные моменты Хоффман смог сыграть благодаря этому человеку. Сцена, где Раймонд точно знает, сколько зубочисток рассыпалось на полу (246), была, конечно же, выдумкой актера, хотя гипотетически вполне вероятно, что Джозеф был тоже способен на такое.
Круз также прорабатывал характер своего героя. По сценарию Морроу он был намного старше. Хоффману было пятьдесят, Крузу — двадцать пять, но такая разница между братьями была недопустима для фильма. Пришлось сделать Раймонда моложе. Спилберг продолжал косвенно участвовать в подготовке к съемкам и считал, что в герое Круза многое нужно изменить. Он поделился своими соображениями с Левинсоном. «И тогда он попросил меня предоставить ему все мои наброски, объяснить, как я себе это представляю, — рассказывал Спилберг. — Я так и сделал. Барри мог использовать мои записи на свое усмотрение. Последнее, что я ему пожелал, — чтобы фильм побил рекорд сборов в сто миллионов долларов». Спилберг ошибся: фильм собрал четыреста миллионов долларов!
Чарли Бэббит по сценарию Морроу был всего лишь упрямым и грубоватым боссом в юридической фирме, не особенно эмоциональным. Но Левинсон решил, что образу нужно придать драматизма, например сделать Чарли должником, торговавшим автомобилями, что само по себе содержит прямую аллюзию на Кролика Джона Апдайка (персонаж книги «Кролик, беги!» о жизни типичного представителя провинциального городка), занимавшегося тем же. Проблема Чарли заключалась в том, что он был априори враждебно настроен по отношению ко всем, включая и собственного брата, эгоистичен и одинок. Том знал, что ему нелегко будет сыграть такую роль. «Мне доставляло удовольствие настраиваться на своего героя. Я чувствовал, что оказался в ситуации, немного схожей с моей — я тоже освободился от семейного давления, которое особенно ощутимо в юном возрасте. В такой период человек сильно меняется. Наверное, я не смог бы проникнуться его проблемами, если бы у меня совсем не было жизненного опыта. Совершенно не получалось отдохнуть, надо было двигаться вперед, постоянно совершенствоваться, непрерывно работать, чтобы сыграть свою роль безупречно».
Необходимо обладать огромным талантом и хорошим актерским чутьем, чтобы заставить зрителей полюбить своего героя, даже если он поначалу открывается им с не слишком привлекательной стороны. Вряд ли публика прониклась бы симпатией к хладнокровному юристу, поэтому Рональд Басе решил изменить не только род занятий героя, но и его эмоциональный облик. Так у него появилась подруга. Становилось понятно, что Чарли не чужды человеческие чувства. Девушка должна была быть иностранкой, итальянкой, реагировавшей бурным недовольством на бесчувственное и холодное отношение Чарли к брату. Неаполитанка Валерия Голино идеально подходила на эту роль, учитывая ее блестящую игру в фильме «Коротышка — большая шишка». Валерия гармонично вписывалась в команду актеров, ее очень любили зрители.
Поначалу фильм назывался не «Человек дождя», а «Человек-никто». Смысл названия заключался в том, что Чарли сначала даже и не подозревал о существовании своего брата, да и довольно долго уже после знакомства с ним относился к нему как к пустому месту. Название никому не нравилось, и пришлось подыскать другой, оказавшийся более удачным вариант.
После четырехчасового обсуждения шестеро писателей и четверо режиссеров наконец решили, что внесли в историю все необходимые коррективы. Том вспоминал: «После того как эти ребята несколько часов просовещались, стало ясно, что благодаря этой застольной беседе получится стопроцентный хит».
Чарли ушел из дома еще подростком и с тех пор не видел отца до самой его смерти. Все, что досталось ему по наследству, это несколько кустов роз и старый автомобиль с откидным верхом 1949 года выпуска. Три миллиона долларов были завещаны на содержание его брата Раймонда, о существовании которого он и не подозревал. Тогда Чарли задумал забрать брата из лечебницы, куда переводились деньги. Раймонд, страдавший аутизмом, боялся поездов, самолетов и путешествий на машинах. Благодаря знакомству друг с другом братья меняются. Поначалу Чарли обрадовался, что некоторые таланты Раймонда помогут ему решить денежные проблемы, но потом он проникается к нему дружеской симпатией. Он хочет, чтобы Раймонд жил с ним, но это неосуществимо — такой больной не может адаптироваться к привычному для нас миру. Раймонд вынужден вновь вернуться в клинику, где отныне Чарли будет навещать его.
Круз относился с восхищением к таланту Хоффмана: «Я всегда спрашивал себя, каково это — работать с таким человеком? Я был рад, что наконец мне повезло — настолько, что я имел возможность учиться у актера, которого безмерно уважал, я и представить себе не мог, что и Хоффман, и Ньюмен — очень открытые люди и с ними так легко найти общий язык». Хоффман — высокопрофессиональный актер. Круз справедливо опасался, что играть с ним — большой риск, но собственный талант его не подвел.
«Как-то ночью Том постучался ко мне: «Можно мне попросить совета?» Я рассказал ему, как вижу его роль, как ее можно сыграть наилучшим образом, хотя был уверен, что он сам смог бы сыграть Раймонда не хуже, чем я, но совсем иначе, — вспоминал Хоффман. — Сначала я действительно выступал для него в качестве наставника, но потом мы скорее поддерживали друг друга. Мы достигли редкого взаимопонимания — он в чем-то помогал мне, а я ему. Можно сказать, что он — актер, руководствующийся интуицией. Он не продумывает заранее роль, чтобы потом делать все по плану. Играть с ним — это все равно что играть в пинг-понг — всегда надо быть начеку и уметь вовремя реагировать. Он актер внезапных озарений и вспышек». Стоит добавить, что у Круза есть фильмы, «Лучший стрелок» например, в которых он демонстрирует не меньшее мастерство, чем Хоффман. «Самое забавное, что, если нам случалось отправиться куда-нибудь вместе, никто не узнавал меня, зато все узнавали его и кричали: «Том!» Это был просто кошмар какой-то», — добродушно рассказывал Хоффман.
Рональд Басе хотел закончить сценарий фильма как можно скорее. Последние страницы он отдал Левинсону едва ли не в состоянии черновика, но дорабатывать его и подключать к проекту кого-либо еще уже не было времени, поэтому конец фильма вызвал немало споров о том, почему братья не летят назад в Лос-Анджелес. Раймонд боялся летать на самолетах, и тогда Левинсон вспомнил о том, что с самолетами австралийской авиакомпании «Квантас» никогда не случалось катастроф.
Чарли: Рэй, послушай, с самолетом любой авиакомпании может случиться катастрофа, от этого никуда не денешься.
Раймонд: «Квантас». У «Квантас» никогда не случаются.
Чарли: «Квантас»?
Раймонд: Никогда не случаются.
Чарли: О Господи, это нам не подходит — у «Квантас» нет рейсов в Лос-Анджелес, только в Мельбурн! Понимаешь, надо сначала попасть в Мельбурн, чтобы уже оттуда лететь в Лос-Анджелес!
На самом деле у «Квантас» тоже было несколько катастроф, но очень-очень давно, а до 23 сентября 1999 года, когда упал их самолет, пролетавший над Бангкоком, ничего подобного не случалось. Причиной несчастья послужило то, что самолеты этой компании стали участвовать во всех международных перелетах.
Невозможно сказать, кто из актеров сыграл роль лучше. Хоффман, который усвоил и точно скопировал походку аутистов, их жесты и манеру говорить, сделав в то же самое время характер своего героя таким неповторимым, или Круз, представивший сложный путь эмоциональной эволюции своего героя. Кинокритик Полина Каэль в «Нью-Йоркере» назвала фильм «скучным и бессмысленным». Вероятно, она рассчитывала на выздоровление Раймонда в конце и была разочарована, но с аутистами, увы, такого не случается.
Чарли, как считал Барри Морроу, не только «вел машину, но и фактически вел весь сюжет». Он направлял ход событий вне зависимости оттого, мешала ли ему инертность брата, или нет. Он был противоположностью Раймонда, и Круз смог передать это с необычайной силой и энергией. Героиня Валерии Голино, Сьюзан, далась Рональду Бассу очень тяжело. Ее положение между двумя братьями вызывало ощущение дисгармонии. Она вообще казалась ему препятствием к развитию их отношений. Но благодаря ей удалось передать, насколько чужими друг другу были братья вначале, ибо для итальянки такие холодные отношения между близкими родственниками абсолютный нонсенс. Таким образом, и ее роль также имела немаловажное значение. К тому же на фоне Круза она смотрелась просто великолепно. «Несмотря на то что он очень энергичный и деятельный, он все же еще очень молод. Ему не хватает опыта, он несколько наивен. A eгo глаза нравились мне больше всего — не их цвет, а их выражение, то, как он смотрел на мир». В каждом фильме есть кульминационная точка, после чего в сюжете должен происходить перелом или хотя бы значимая перемена. Такой точкой в «Человеке дождя» стал эпизод в Лас-Вегасе, городе неистощимого оптимизма. Барри Морроу придумал его, чтобы продемонстрировать способность аутистов запоминать различные комбинации чисел, карт и прочие детали, как Ким Пик, например. Морроу сам азартными играми не увлекался, но для того, чтобы понять их правила, купил книгу об играх. Он принялся объяснять Киму технические подробности, но мальчик прервал его: «Я знаю, как это делается». Морроу не поверил, тогда Ким пересказал ему книгу — девяносто семь страниц — почти наизусть. Морроу был поражен. Но Ким, несмотря на это, в карты играть отказывался, потому что считал, что нечестно играть, когда ты точно знаешь, что выиграешь. Когда его уговорили подойти к игровому автомату, он с первой же попытки выиграл восемьдесят долларов. «Видимо, есть какой-то ключ к абсолютному выигрышу, — заметил Мор-роу, — но я так и не смог понять, как он это делал».
У Раймонда не было таких моральных предубеждений против игры, как у Кима. Он не только считал карты для Чарли в казино (пока это не заметили и не запретили им приходить туда), но и встретился с проституткой, причем не потому, что сам хотел этого, а только потому, что обещал это Чарли. Один из трогательных моментов в фильме, который тоже можно считать переломным в отношениях между героями, это когда Раймонд согласился поучиться танцевать.
То, что Раймонд стал более открытым и доверчивым, продемонстрировал эпизод в лифте, когда он поцеловался со Сьюзан. «И вам понравилось?» — спросил у него адвокат, решавший, может ли Раймонд остаться с братом или ему лучше вернуться в клинику. «Было мокро», — ответил Раймонд. Адвоката играл сам Левинсон, поскольку актер, которого утвердили на эту роль, не смог в силу обстоятельств приступить к съемкам, и Хоффман предложил сняться Барри Левинсону. И этот эпизод тоже по достоинству оценили зрители. Левинсон, как режиссер фильма, лучше, чем кто бы то ни было, представлял себе, какой должна стать эта сцена, — пожалуй, только он мог импровизировать, снимаясь вместе с Хоффманом и Крузом. Том как бы становится подсудимым в этом разбирательстве, Левинсон намеренно задает наиболее провокационные вопросы, но именно такой ход был единственно верным.
В конце фильма, когда Раймонд уходит, чтобы вернуться в клинику, становится очевидно, как кардинально изменились отношения между братьями. Герой Круза понял, что стремление заполучить деньги любой ценой и дурное обращение с людьми не лучший путь в жизни, ему открывается ценность любви, дружбы и доверия. «Чарли научился любить жизнь и относиться к другим с любовью благодаря Раймонду, — говорил Том. — И это прекрасно».
На предварительном просмотре в студии фильм встретили с недоумением. Такова была первоначальная реакция. Левинсону предложили сделать хеппи-энд с двумя братьями, играющими в бейсбол в Лос-Анджелесе. Такой финал вполне укладывался в голливудские стандарты. Но режиссер следовать им категорически отказался. Он слишком хорошо изучил проблему аутизма и знал, что возвращение к полноценной жизни в социуме для страдающих аутизмом нереально. Но многим фильм все-таки понравился, и благожелательных отзывов о нем было немало.
Критика отнеслась к нему по-доброму: девяносто процентов кинообзоров хвалили его, и хотя название казалось странным, к нему постепенно привыкали. В кино не так уж и много примеров, когда дуэт двух актеров становится настолько органичным и совершенным, что входит в легенду, а между тем зрители любят фильмы, где герои от полного отчуждения приходят к полному взаимопониманию. «Человек дождя» стал именно такой картиной.
Он принес Хоффману «Оскар». Академия традиционно награждает актеров, прекрасно исполнивших роль человека с психическими отклонениями, как было с Джоном Миллзом в «Дочери Райана», Клиффом Робертсоном в «Чарли» и Джеффри Рашем в «Блеске». Кроме того, «Человек дождя» победил в номинациях «Лучший фильм» и «Лучший сценарий» (последняя награда досталась за работу Рональда Басса и Барри Морроу).
Том получил огромное количество поздравлений от поклонников и коллег. Барри Левинсон также удостоился награды в номинации «Лучший режиссер». Ему пришлось объяснять, почему ничего не получил Том: «Тому не повезло — у него настолько симпатичное лицо, что, вероятно, зрители и судьи проглядели его великолепную игру, к тому же на этот раз он не был ни бунтовщиком, ни хулиганом, а только такие образы ассоциируются с выдающимися актерами».
Но все было гораздо проще: «Оскар» в номинации «Лучший актер» никогда не давали ни одному человеку моложе тридцати, зато на стороне Тома были талант и время.
Глава 10
Рожденный в США
Возможно, для кого-то это прозвучит кощунственно, особенно в отношении книг и фильмов, но в жизни есть куда более важные вещи, чем шоу-бизнес и его деятели, вручающие друг другу премии. И наиважнейшая ценность — сама жизнь. Достаточно и того, что «Оскар», которого получил «Человек дождя», привлек внимание миллионов людей к проблемам умственно неполноценных людей. Доктор Даролд Трефферт, профессор кафедры клинической психиатрии университета в штате Висконсин, сказал: «Это кино в 1988 году заставило всего за 101 день изменить отношение людей к больным, страдающим такими заболеваниями, как Раймонд. А этого за 101 год, который прошел с момента, когда болезнь была впервые описана доктором Дауном в 1887 году, не удалось сделать ни врачам, ни социологам. Джон Лэнгдон Даун был блестящим ученым и психиатром. В 1858 году его желание посвятить себя работе в клинике для душевнобольных и умственно отсталых в графстве Суррей немало удивило его коллег. Но именно там ему удалось серьезно изучить специфику болезни детей с проблемами умственного развития. Результат десяти лет работы он впоследствии изложил очень подробно, а болезнь, которой он занимался, была названа его именем — синдромом Дауна.
После фильма отец Кима Пика издал книгу — «Настоящий человек дождя», в ней были описаны все арифметические способности его сына и его феноменальная память, благодаря которой он знал почти наизусть семь тысяч шесть книг. Ким Пик стал знаменитостью, о нем рассказывали в телепередачах. Он больше не чувствовал себя ущербным и пытался всячески преодолеть свою неспособность общаться. «Не надо называть никого умственно отсталым, просто все люди разные», — скажет он позднее. Благодаря турне, в которое Ким отправился по Америке, ему довелось познакомиться и пообщаться с миллионами людей, в 2005 году был снят документальный фильм о нем и о Дэниеле Тэммете, двадцатисемилетнем лондонце, который оперировал с цифрами быстрее компьютера и за несколько часов мог выучить любой иностранный язык. Оба они впоследствии принимали участие в «Шоу Дэвида Леттермана».
Вряд ли Круз осознавал в начале съемок «Человека дождя», какой опыт он приобретет в процессе этой работы и к чему он приведет его в дальнейшем, однако именно участие в этом фильме дало ему возможность позднее отлично сыграть роль в другой, не менее проблемной картине. Надо сказать, что Рон Ковик, герой вьетнамской войны, вернувшийся домой парализованным калекой, вероятно, не стал бы столь знаменитым символом антивоенной пропаганды, если бы его не сыграл Том Круз, известность которого, безусловно, и сделала объектом всеобщего внимания фильм «Рожденный четвертого июля».
Ковик был первым, кто выступил против иракской войны. В 2006 году он произнес речь: «Я помню далекий ужасный день 20 января, когда я был ранен и парализован. Мне страшно думать, что такое может случиться с молодыми людьми и на этой новой войне. Я вспоминаю тех, кто прошел через ад войны и тяжелые испытания последующего лечения в госпиталях, которое нередко оказывалось безуспешным, о жертвах войны, парализованных, потерявших конечности, оставшихся слепыми и глухими, переживших болевой шок, травмы и чудовищные душевные потрясения. Шестнадцать тысяч человек! Неужели все это предстоит вновь пережить другим людям — тем, кто отправится на войну в Ираке? Неужели все это повторится?
Сейчас они престарелые ветераны, которых мы видим только по телевизору или встречаем в больницах, но сколько было еще и тех, кто погиб, пропал без вести, кто не вернулся и не вернется никогда. Сколько погибнет тех, о ком не думают политики!»
Ковик был одним из активистов антивоенного движения, вышедших на демонстрацию в 1976 году, но спустя много лет, когда фильм «Рожденный четвертого июля» получил «Оскар», Ковик стал легендой. Многие сравнивали его с Ганди и Мартином Лютером Кингом и называли подлинным героем. Когда Буш собирался начать войну в Ираке под знаменем борьбы с терроризмом, Ковик не побоялся открыто призвать антивоенные союзы и организации выступить с протестом против такого решения. «Президент и его люди — вот кто повинен в случившемся 11 сентября. Это их стремление распространять насилие в мире привело к тому, что оно бумерангом вернулось к нам. И это их следует остановить, чтобы такое не повторилось снова». В 2003 году он требовал блокировать распоряжение о начале войны и даже прилетел в Лондон, где распространял на Даунинг-стрит листовки с призывом протестовать и не сдаваться.
В отношении «Рожденного четвертого июля» есть один сложный вопрос: почему Круз согласился сниматься в фильме, актуальность событий которого, казалось бы, давным-давно осталась в прошлом? Войска вывели из Вьетнама шестнадцать лет назад, и в Голливуде уже достаточно много снято фильмов на эту тему — от «Зеленых беретов» (1968) до «Охотника на оленей» Майкла Чимино (1978). По духу все эти фильмы антивоенные и отражают истинные настроения американского общества и его отношение к этой войне. В 1976 году мне довелось участвовать в съемках документального фильма о Джоне Уэйне и Клинте Иствуде для Би-би-си. Разработчики были настолько любезны, что пригласили меня в день праздника на минный тральщик. Корабль был обклеен плакатами и посланиями с благодарностями за фильм «Зеленые береты», благодаря которому люди узнали правду о трудных и трагических судьбах участников вьетнамской войны. Но к 1988 году даже Сильвестр Сталлоне предпочитал, чтобы в фильмах с его участием речь шла об афганской войне, а не о Вьетнаме.
На самом же деле воспоминания Рона Ковика, как и сценарий Оливера Стоуна, написаны для фильма Дэна Петри, съемки которого должны были начаться в Мексике еще в 1978 году. Тому Крузу тогда было только шестнадцать, и он только-только заканчивал школу. Рона собирался играть Аль Пачино. Он даже отрастил усы, но почему-то к моменту встречи с Роном сбрил их, и это стало поводом для закрытия проекта. По официальной версии причиной несостоявшихся съемок стала нехватка денег. Обещанное финансирование из Западной Германии так и не состоялось.
«С Аль Пачино было трудновато, — говорил Стоун, — у него возникли денежные проблемы, и он ни за что не соглашался на более низкую оплату за съемки. Мы все очень расстроились, но, к сожалению, фильм не имел бы успеха, если бы в нем не было звезды такой величины, как Аль Пачино. Пришлось отложить проект и ждать».
Ковик был расстроен больше всех и проводил бессонные ночи в клубе, слушая диско, однако ожидание и бездействие продлились недолго. Ему нужны были деньги, и он нашел работу технического консультанта у Джейн Фонды на съемках фильма «Возвращение домой» (1978), рассказывающего о женщине, которая, столкнувшись с тяжелыми последствиями войны, находит любовь. Мисс Фонда, заработавшая прозвище Джейн-вьетнамка за обвинение американских войск в военных преступлениях во Вьетнаме в 1972 году, рисковала попасть под суд за свою смелость, но это не помешало ей позднее выйти замуж за известного своим патриотизмом Теда Тернера. «Возвращение домой» заслуживало награды, но почему-то имело небольшой успех у публики (в прокате США фильм собрал тридцать два миллиона долларов), и, возможно, эта неудача вообще могла навсегда отвратить Ковика от стремления реализовать свой опыт в кинематографе.
Стоун оказался более напористым. В 1986 году он снял фильм «Взвод», в котором во многом отразился его собственный опыт вьетнамской войны, куда он отправился добровольцем. Для среднего класса это был шокирующий фильм, поскольку в Америке бытовало мнение, что на эту войну добровольцами шли только нищие черные. Стоун использовал запомнившийся ему эпизод наступления в 1967 году. «Что-то случилось со мной тогда, я словно был не в своем уме, — вспоминал он. — Я был в ярости, потому что многие погибшие парни были моими друзьями. Я все время курил марихуану, чтобы забыться». Фильм собрал более ста семидесяти миллионов долларов, и Стоун получил «Оскар» в номинации «Лучший режиссер».
Ковик, как одиночка в своей борьбе с милитаристскими тенденциями политической системы и неудачник в своих попытках заняться бизнесом, уже потерял надежду добиться чего-либо. В 1987 году он сказал Бергману, что собирается продать свою книгу европейскому телевидению за двадцать пять тысяч долларов. Продюсер тут же смекнул, что она стоит гораздо дороже и нельзя упускать ее. Он позвонил Тому Поллоку, боссу «Юниверсал», и посоветовал ему перекупить ее немедленно. Поллок тут же связался через своего адвоката с Ковиком.
Студия знала, что проект уже утратил свою политическую актуальность, однако в качестве интересной истории отдельно взятой человеческой жизни фильм мог бы многих заинтересовать. Дискуссии и противостояние различных социальных групп на почве отношения к вьетнамской войне продолжались не так уж и долго. Интересы сместились в сторону Афганистана, Горбачева, перестройки и гласности, которые открыли многим доступ в Советский Союз. Кроме того, накануне премьеры фильма, 9 ноября 1989 года, была разрушена Берлинская стена. Чтобы фильм не прошел на этом фоне незамеченным, нужно было найти не просто хорошего актера, а звезду первой величины. Рассматривались несколько кандидатур — Шон Пенн, Чарли Шин, Николас Кейдж, но ни один не подошел и не смотрелся правдоподобно в этой картине. В это же время Пола Вагнер пришла к выводу, что Тому необходим сольный проект, в котором он был бы главным героем, поскольку успешное партнерство с Полом Ньюменом в «Цвете денег» и Дастином Хоффманом в «Человеке дождя» осталось уже позади. Пола, как агент, представляла Оливера Стоуна в Голливуде. Этого было достаточно для того, чтобы у Тома в руках почти сразу же оказался сценарий.
Оливер Стоун, однажды уже потерпевший неудачу с этим проектом, опасался, что и в этот раз все может сорваться. «Я помню, Оливер стал звонить мне, звонить, звонить, звонить… — смеялся Круз. — Наконец я не выдержал и сказал: «Оливер, вы, видимо, меня совсем не знаете. Успокойтесь. Просто давайте начнем работать. Обещаю: если вы скажете, что надо репетировать десять раз, — я буду репетировать двенадцать; если мы договоримся встретиться в шесть — я приду в половине шестого. Вам совершенно не стоит беспокоиться. Обещаю. Пока мы будем работать над фильмом, я буду выполнять все ваши требования, поверьте». После этого он перестал нервничать и стал доверять мне».
Рон Ковик в это время испытывал глубочайшие сомнения относительно целесообразности выбора на главную роль такого актера. Он не верил, что Круз может хорошо сыграть искалеченного ветерана вьетнамской войны. Но он изменил свое мнение, когда, ожидая Круза в гости, выглянул в окно — Том пересаживался из своего автомобиля в инвалидное кресло и пытался преодолеть бордюр тротуара. Вскоре после этого они вместе катались по саду и заезжали в магазины, в которых обычно бывал Ковик. «Мы оба были в креслах, — вспоминал Том, — приехали в один магазин, где продавалась видеотехника. Там ко мне подошла девушка и сказала: «Простите, сэр, вы не могли бы объезжать наш ковер, иначе мне придется просить вас покинуть магазин». Я спросил: «Почему?» И она пояснила: «Потому что вы оставляете на нем следы от колес». Я не мог поверить своим ушам. Рон тут же уехал, он был очень раздражен. Когда мы оказались на улице, я спросил его, почему он не возмутился в ответ на претензии этой женщины, но он ответил мне с горечью: «Вы услышали это в первый раз, а я живу так уже двадцать лет»».
Вместе они посетили Ассоциацию ветеранов войны в Лонг-Бич, где Круз выслушал немало рассказов других несчастных, пострадавших во Вьетнаме. Единственное, что омрачало встречи, — слишком развитый в Америке культ знаменитостей: у Тома наперебой просили автографы, на раздачу их у него ушло куда больше времени, чем на непосредственное общение с людьми.
Том продолжал всюду вести такой образ жизни, как будто он был парализованным инвалидом, — даже перебирался дома на постель жены из инвалидной коляски. «Тогда я возвращался домой и подолгу разговаривал с Мими. Страшно представить, но ведь любой из нас может стать калекой». Когда в 1989 году состоялась премьера фильма, он уже был вместе с Николь Кидман — результат медленного, но неуклонного ухудшения его отношений с первой женой еще со съемок «Рожденного четвертого июля». Может быть, и на отношения с Мими повлияло то, что одной из трагедий героя Круза стала невозможность вступить в полноценные сексуальные отношения — его тело ниже пояса было парализовано.
Проникнутый патриотизмом, почерпнутым из фильмов Джона Уэйна, Рон Ковик покинул маленький провинциальный городок, чтобы стать добровольцем в морской пехоте. Во Вьетнаме ему пришлось участвовать во взятии деревни, в качестве прикрытия которой Вьетконг выставил женщин и детей. Большинство из них погибли в тот день. В ослепляющих лучах солнца он запомнил только наступавших вьетконговцев, стрелявших в него. Он видел смерть своего товарища Уилсона и помнил, как ранили его самого. Пуля повредила позвоночник. После кошмарной ночи невыносимой боли и длительного пребывания в госпитале он вернулся домой с орденом Пурпурного Сердца и Бронзовой Звездой. Однако, снова встретившись со своей прежней возлюбленной Донной, ставшей студенткой университета и участницей антивоенного движения, он пересмотрел свои взгляды на войну и к 1972 году уже был среди активистов, требовавших отставки Никсона. Рон написал мемуары и даже завоевал некоторую популярность. Он ездил с выступлениями по стране, стараясь донести до людей истинную правду о войне, которая отняла у него здоровье и полноценную жизнь. Вопреки своим патриотическим и христианским принципам он теперь сказал родителям: «Бог так же бессилен, как и мои ноги». Но если не принимать во внимание все политические и социальные мотивы его протеста, то останется просто человеческая трагедия, исчерпывавшаяся всего несколькими словами: «Я хочу снова быть здоровым».
Оливер Стоун снял фильм в своей характерной манере. Том должен был произносить монологи, перегруженные социальными проповедями: «Когда я был ребенком, я мечтал служить своей стране. Я хотел отправиться во Вьетнам и умереть там». Сквозящая в фильме сентиментальность была привнесена Ковиком и Крузом, но не Стоуном.
При подготовке актеров использовался тот же прием, что и на съемках «Взвода»: достоверность событий и действий достигалась благодаря специальным тренировкам под руководством военного капитана Дейла Дая. За три недели все участники фильма прониклись спецификой жизни на войне. Но помимо главного героя, Стоуну предстояло подобрать актеров на роль его родителей. На их лицах должен был быть отпечаток боли и скорби — страданий, которые заставили бы американских зрителей сопереживать. И снова Стоун воспользовался кастингом своего предыдущего фильма «Год Дракона» и в результате пригласил Раймонда Бэрри и Кэролайн Кава, которым прекрасно удалось передать эмоции родительской любви и сострадания.
Тем не менее внимание зрителей приковано только к главному герою, и Крузу пришлось приложить немало усилий, чтобы созданный им образ не разочаровал публику: «Роль эта потребовала от меня гораздо большего напряжения, чем все остальные». Но он готов был работать и днем и ночью и знал, что у него все получится, — люди поверят в его героя. «Мне пришлось обрить голову, сбросить вес. Я чувствовал себя уставшим и физически и эмоционально, потому что точно так же чувствовал себя и Рон. Здесь нельзя было сфальшивить. Я перенял все привычки и где-то даже характер Рона, а он очень взрывной человек. Оливер хотел, чтобы я максимально вжился в свою роль. Не думаю, что это было очень полезно для моего душевного и физического здоровья, но только так можно было сыграть правдиво. За это время я научился очень многому».
Можно не сомневаться, что если когда-нибудь еще ему достанется роль такого порядка, то он сыграет ее лучше, чем любой другой актер. Или, лучше сказать, он сыграет ее безупречно. Детство, прошедшее в маленьком провинциальном городке, где царят ура-патриотические настроения, уход добровольцем на войну, которая оказалась совсем не такой, как он ожидал, беспомощные дети и женщины, обреченные на гибель, — Стоун не пытался оградить Круза от неприятных подробностей. Он показал военный госпиталь таким, каким он был на самом деле — с крысами, истошными криками, грязью и кровью. Ему важно было создать в этой картине атмосферу отчаяния и безнадежности, человеческой трагедии перед лицом беспощадной катастрофы, передать состояние разбитости и униженности человека, который вернулся на родину беспомощным калекой. Он дебоширит, часто ведет себя неадекватно, осознав, что страна и правительство обманули и предали его. Финал фильма нельзя назвать пессимистическим: герой меняет свое отношение к жизни и коренным образом меняется сам, принимая за основную свою жизненную цель борьбу против несправедливости и бессмысленных войн. Картина получилась очень эмоциональной.
Круз и за эту роль не получил «Оскар». В том году его получил Дэниел Дэй-Льюис за роль в фильме «Моя левая нога», но Том все же был номинирован, а Оливер Стоун получил награду в номинации «Лучший режиссер». Но, вероятно, самым большим призом и наградой для Тома стала Бронзовая Звезда, которую ему подарил Рон Ковик на его день рождения — 3 июля. Он был очень признателен Тому за отлично сделанную работу. «Теперь молодые ребята и подростки будут смотреть этот фильм в кинотеатрах, хрустя поп-корном, так же как это делали мы тридцать лет назад, когда смотрели фильмы Джона Уэйна, — сказал Ковик, — но только, посмотрев на Тома Круза, они изменят свое отношение к войне. И, быть может, они не станут такими же ее жертвами, как я. Я чувствую себя человеком, пережившим и огромную трагедию, и великую победу. Не важно, получит ли фильм признание и успех, — я все равно победил».
Глава 11
Охота на Николь
Всем известно, что любой актер мужского пола, достигший вершин славы и успеха в Голливуде, рано или поздно должен сыграть роль в фильме, посвященном автогонкам. Так было с Джеймсом Кэгни в фильме «Толпа ревет» (1932), с Пэтом О'Брайном в «Индианаполис Мотор Спидвей» (1939), с Микки Руни в «Большом колесе» (1949), с Кларком Гейблом в «Чтобы сделать приятное даме» (1950), с Кирком Дугласом в «Гонщиках» (1955), с Элвисом Пресли в «Заносе на обочину» (1966) и в «Спидвее» (1968), с Полом Ньюменом в «Побеждая» (1969), со Стивом Маккуином в «Гонках Ле-Ман» (1971), с Аль Пачино в «Жизни взаймы» (1977), с Томом Крузом в «Днях грома» (1990), с Сильвестром Сталлоне в «Гонщике» (2000).
Эти фильмы редко бывали удачными. Причина довольно банальна, она была правильно сформулирована гонщиком «Формулы-1» Джеймсом Хантом: «Люди идут посмотреть гонки ради автокатастроф, а в фильмах автокатастрофы ненастоящие». Конечно, тот факт, что на съемках «Дней грома» использовалась одна из самых известных гоночных машин мира, придавал фильму волнующую пикантность, но вряд ли это могло привлечь к нему внимание и интерес зрителей. Большинство фильмов о спорте страдают тем же недостатком — в них нет элементов подлинной непредсказуемости и неожиданности, благодаря которым публика с таким удовольствием следит за спортивными состязаниями. Грубо говоря, в кино сразу понятно, кто победит, а это скучно. Болельщики же никогда не знают, кто будет победителем. Единственное исключение в веренице неудачных фильмов о спорте — это картины о бейсболе.
Пол Ньюмен мог бы блистательно сыграть в «Днях грома», поскольку был опытным гонщиком и познакомил Тома Круза с этим видом спорта, когда снимался «Цвет денег». Он же нашел для него учителя — Джима Фитцджералда, после уроков которого Круз отправился в Сан-Франциско на высшие курсы управления гоночными автомобилями. По мнению Боба Бондюрана, у Тома были все шансы достичь высокого профессионального уровня в этом виде спорта. Круз оказался в гоночной команде Ньюмена. Но пока все эти тренировки проходили исключительно между двумя друзьями на автодроме международного класса в городе Дейтона-Бич. Это было только развлечение, пока Круз всерьез не захотел сыграть в фильме о гонках.
Он написал простой и довольно непритязательный сюжет. В фильмах о гонках не нужен запутанный сюжет и глубокомысленные монологи Пруста. Гонщик Коул Трикл (Том Круз) прибывает в Северную Каролину на своем мотоцикле, где Гарри Хогг (Роберт Дюваль) учит его основам искусства гонщика и готовит его машину для участия в соревнованиях. Коул проносится по трассе как метеор, побеждая своего главного соперника Руди Барнса (Майкл Рукер), но в результате следующих гонок они оба оказываются в больнице, где устраивают гонки уже в креслах на колесах. Доктор Клэр Левики (Николь Кидман) — нейрохирург, который лечит Коула, — запрещает Руди возвращаться к гонкам, так что Коул так и остается победителем.
Том обратился с предложением снять фильм к продюсерам «Лучшего стрелка» и режиссеру Тони Скотту. Однако в фильме все же есть две большие ошибки. Во-первых, клятва Гиппократа запрещает медикам вступать в любовную связь с пациентом, поэтому развивать линию личных отношений между Коулом и Левики было проблематично. Во-вторых, жена Руди Дженнифер (Кэролайн Уильямс) говорит: «Привет, Том!», когда она обращается к Коулу. Очевидно, этот ляп случайно пропустили.
За кадром, конечно же, происходили события не менее драматические. Круз пристрастился к гонкам и носился по городу на огромной скорости, однако полицейский, как-то остановивший его, не стал отбирать у него права, поскольку Том все же был любимцем зрителей. Круз тогда отделался штрафом в сто двадцать пять долларов.
Картину «Дни грома» спас гениальный сценарист Роберт Таун, согласившийся поучаствовать в доработке сценария. Он добавил шутки и юмор, что заметно оживило скучноватый сюжет. Роберт Таун придумал инцидент с женщиной-полицейским и многие другие эффектные эпизоды фильма.
Роберт Дюваль должен был предаваться воспоминаниям о былых днях и погибших звездах автогонок. Он рассказывает Коулу, что традиция запрещает гонщикам садиться за руль в день похорон их «коллег по цеху». На самом же деле это чистейшей воды выдумка: когда умер Айртон Сенна да Силва, его товарищи эскортом ехали за катафалком на своих автомобилях в Сан-Паулу.
Кроме того, Таун обогатил сценарий некоторым философским смыслом: «Коул Трикл — олицетворение азарта и страсти к соперничеству, но его талант словно ослепляет его. И вот происходит катастрофа. Это сильнейшее потрясение и хороший урок новичкам и тем, кто уже достиг вершин успеха: надо всегда контролировать себя и трезво оценивать свои возможности, иначе фатальный исход неизбежен. Это история человека, фанатично верящего в победу, с неистовой готовностью к борьбе за первое место. Однако в азарте он теряет бдительность, становится неосторожен, небрежен, забывает, что принцип «победить или умереть» весьма опасен и чреват порой куда худшими последствиями, чем смерть».
Доктор Левики говорит Триклу: «Вы напуганы. Это называется внутренним блоком. Вы сами отказываетесь преодолеть свой страх». Возможно, это и объясняет поведение героя, но на самом деле здесь более личный подтекст — он чувствует, что неравнодушен к доктору (и в кино, и в жизни). Вероятно, именно в этом и заключается ответ на вопрос, почему Круз выбирает именно Николь Кидман на эту роль. Впервые он увидел кудрявую молодую австралийку в фильме «Мертвый штиль», ей было тогда девятнадцать лет. Она была еще слишком молода для такой сложной роли — врача-клинициста, специалиста по травмам головного мозга, но тем не менее ее утвердили.
Что заставило Круза пойти на это? Возможно, он разглядел в ней большой талант, скорее всего уже тогда был сильно влюблен.
«Мертвый штиль» — история о серийном убийце, которого играет Билли Зейн, который уничтожает команду судна «Орфей» в Тихом океане и попадает на яхту героини Николь Кидман. Ее муж отправляется осмотреть судно, и в это время Билли пытается изнасиловать ее. Она уступает, чтобы сохранить себе жизнь. Весь дальнейший сюжет — это психологический триллер — противостояние психопата и молодой женщины в отчаянной борьбе за выживание. Николь сыграла роль хорошо, с большим актерским мастерством она сумела передать нечеловеческое душевное напряжение.
Мими Роджерс тем временем превратилась из посредственной телеактрисы в одну из заметных фигур «Коламбии» благодаря тому, что снялась в фильме Ридли Скотта «Тот, кто меня бережет», брата Тони Скотта, режиссировавшего «Лучшего стрелка» и «Дни грома». Ее партнер Том Беренджер, полицейский, которому было поручено ее охранять, позднее появляется и в фильме «Рожденный четвертого июля». Мими прекрасно смотрелась рядом с Беренджером, но на самом деле между ними не было ничего такого, о чем стоило бы шушукаться. Ридли Скотт был слишком строгим режиссером, чтобы позволить им отвлекаться от работы, поэтому спальня Мими, окутанная муслиновыми покрывалами, была манящим и многообещающим миражом только в фильме. Позднее Эдриан Биддл, постоянно работавший со Скоттом оператор, заметил, что во время съемок «1492: Завоевание рая» режиссер мог целый день проводить на берегу моря, подыскивая нужный ракурс для кадров с кораблями и шхунами при различном солнечном освещении, и лишь в конце дня вспомнить, что вообще-то надо было снять еще и сцены с Христофором Колумбом и его командой.
«Тот, кто меня бережет» стал первым и последним творческим актерским прорывом Мими. Больше никогда она не достигала таких высот. Мими всячески поддерживала Тома в его начинаниях. Она помогала ему, когда он вживался в роль Рона Ковика — ходила с ним вместе в госпиталь для ветеранов вьетнамской войны. Мими переживала за него и когда он готовился к роли гонщика и не расставался со своим автомобилем. Но трещина в их отношениях обозначилась очень явно с того момента, когда Том стал большую часть времени проводить в Нью-Йорке, в то время как Мими предпочитала жить в Лос-Анджелесе. Можно предположить, что они, будучи связанными интересом к сайентологии, все же предпринимали попытки сохранить брак. Но в газетах писали, что, даже приезжая в Лос-Анджелес, Том часто останавливался не у Мими, а у своего друга Эмилио Эстевеса. Мими сказала, что целый год после женитьбы Том воздерживался от секса, поскольку ему нужно было время, чтобы принять окончательное решение относительно карьеры священника. Позднее она заявила, что это была шутка. Но скорее всего в шутке была доля правды — они все больше отдалялись друг от друга.
Фотографии Тома в январе 1990 года появились на обложках «Тайм» и «Роллинг стоун», поскольку все ожидали, что он получит «Оскар» за фильм «Рожденный четвертого июля». Чтобы пресечь слухи о развале семейной жизни четы Круз, Том заявил «Тайм», что он любит Мими, а в интервью «Роллинг стоун» добавил: «Я не могу даже представить себе жизни без нее. Я нуждаюсь в ней больше, чем в ком-либо другом в этом мире. Она мой лучший друг, я люблю ее». Но вскоре после этого они подали на развод.
Спустя десять лет Николь Кидман оказалась точно в такой же ситуации. Но до этого они десять лет считались самой красивой и любящей парой в Голливуде.
Могла ли это быть любовь с первого взгляда? Когда Николь была в Японии на фестивале с фильмом «Мертвый штиль», ее агент сообщил ей хорошую новость — продюсеры фильма, посвященного автогонкам, решили, что она может попробоваться на роль доктора Левики. Она сильно удивилась, но тут же поспешила заказать билет на самолет до Лос-Анджелеса, однако перед этим навестила свою сестру Антонию в Лондоне, поскольку они не виделись уже довольно давно.
Николь очень любезно приняли в «Парамаунт» и тут же познакомили с Джерри Брукхаймером, Доном Симпсоном, Тони Скоттом и Томом Крузом. Последний приветствовал ее очень тепло и предложил ей прочесть отрывок текста не из сценария, а просто так — на пробу. Она очень волновалась, но, будучи прекрасной актрисой, что было очевидно из сериалов «Вьетнам» и «Бангкок — Хилтон», легко справилась с задачей. Том рассмеялся, и она улыбнулась ему в ответ, не подозревая, что на следующий день ей сообщат, что она утверждена на роль в фильме, который будет называться «Дни грома», и ее героиня пока существует только в перспективе, так что многое зависит от того, что она сама привнесет в этот образ. Кроме того, ей сказали, что ее героиня будет предметом страсти Тома Круза.
Николь была потрясена этим известием и воскликнула: «О Боже, не знаю, смогу ли я сыграть с такой звездой…» Позднее она рассказывала: «Он был для меня актером недосягаемого уровня. Мне казалось, что на него обращено все внимание окружающих, где бы он ни находился. И это так и было — он притягивал к себе взгляды своей манерой говорить, двигаться… Я тогда подумала, что передо мной человек, который стал таким, каким он хотел стать. Он достиг поставленной цели и способен вдохновлять других своим примером. Он внушал доверие. Когда я впервые увидела его, мне показалось, что это самый сексуальный мужчина, какого я когда-либо встречала. Он просто очаровал меня. Я даже не знаю, как это объяснить. Какое-то волшебство, алхимия. Невозможно было устоять».
Том рассказывал об их первой встрече, используя куда более краткие характеристики: «Абсолютно неуправляемая страсть».
Но как бы оно ни было в действительности, их чувства оказались взаимными, хотя довольно долгое время все считали эти отношения всего лишь временной интрижкой и недоверчиво относились к снимкам папарацци, на которых были запечатлены Том и Николь, целующиеся в машине. На момент начала съемок фильма и начала романа Тома и Николь отношения Круза с Мими сошли на нет.
Как только съемки закончились, пара отправилась отдыхать на Багамы. Николь сильно отличалась от Тома по своему социальному происхождению: ее отец (видный биолог, доктор Энтони Кидман) написал книгу, над изданием которой работала его жена, мать Николь, — Джанель Кидман. Николь родилась в штате Гавайи 20 июня 1967 года. Ее родители — австралийцы, что дало ей двойное американо-австралийское гражданство и возможность беспрепятственной работы в Голливуде. Выросла она в Сиднее, вдали от суеты Лос-Анджелеса и Нью-Йорка. Для Тома она была идеальной спутницей на отдыхе — они оба любили плавание, виндсерфинг и дайвинг. Пока шли съемки «Дней грома», она даже увлеклась прыжками с парашютом и полюбила этот вид спорта так же сильно, как и Том. Позднее она рассказывала: «Это удивительное ощущение — почти такое же захватывающее, как оргазм».
«Дни грома», к сожалению, не имели такого бесспорного успеха на предпросмотре в студии, как «Лучший стрелок». Режиссер Тони Скотт вспоминал: «Руководство заявило, что они не понимают, почему на фильм были запрошены такие большие деньги и что с таким же успехом «Том мог бы находиться на заднем сиденье любого другого автомобиля и курить сигарету все сто минут картины». Это было несправедливо».
Николь и Том впервые вместе появились на публике на вручении наград Академии в 1990 году. Одна ее рука была в руке Тома, а другая — в руке его матери, Мэри Ли. Не распространяясь о своих планах на будущее и не подавая никаких поводов для догадок о том, чем закончится их роман, Том и Николь сразу же после церемонии уехали в отель «Бель-Эр», а затем в роскошные апартаменты на Манхэттене, потом переехали на ранчо в Колорадо, а оттуда отправились в Сидней на частном самолете. Стремясь доказать публике, что ее успехи как актрисы не зависят от отношений с ее бойфрендом, Кидман приняла предложение режиссера Роберта Бентона и согласилась сниматься в фильме «Билли Батгейт». Действие фильма разворачивается в Нью-Йорке в 1935 году. Билли Батгейт, парнишка из бедной семьи, работает на знаменитого гангстера Голландца Шульца (Дастин Хоффман). Николь должна была сыграть богатую даму, которая крутит любовь и с тем и с другим. Фильм не мог помешать ее карьере, поскольку в это время у нее был перерыв в съемках. Даже напротив, предложение было достаточно лестным, учитывая, что сценаристом оказался Том Стоппард. Бентон взял на вооружение то, что особенно удалось в криминальных драмах «Славные парни» и «Крестный отец-3».
На время рождественских каникул Том облюбовал симпатичное местечко в городе Теллурайде в Колорадо, получившем свое название от фразы, которую якобы в прошлом веке выкрикивали вслед спускавшимся в шахту горнякам: «Отправляйтесь в ад!» Владелец поместья сообщал любопытствующим, что его якобы арендовала студия, но на самом деле здесь должна была состояться свадьба Николь и Тома накануне Рождества. Тому было двадцать восемь, Николь — двадцать два. На торжестве присутствовали мать и сестры Круза и родители Николь, прилетевшие из Сиднея. Дастин Хоффман, который был приглашен с женой и четырьмя детьми, подарил молодоженам пару шаров для боулинга — «его» и «ее». «В юности я мечтала стать журналисткой, писать о политике, потому что мой отец интересовался политикой. Потом хотела стать юристом, но однажды решила даже не выходить замуж, чтобы целиком посвятить себя искусству, как моя любимая актриса Кэтрин Хепберн», — говорила Николь в одном из интервью.
Том целиком и полностью ушел в сайентологию, которой он увлекся и как религией, и как удачным психотренингом. Он проводил много времени с Джоном Траволтой. Несмотря на то что Том между делом просматривал предлагаемые ему сценарии, он не хотел прерывать свой отдых и портить медовый месяц, после которого, впрочем, Николь сразу же отправилась на съемки фильма вместе с Дастином Хоффманом. А Тому поступило предложение от Рона Ховарда, когда-то снимавшего «Счастливые дни», «Кокон» и «Всплеск». Он планировал создать историческую картину с рабочим названием «Неизменный, как Луна».
История была основана на биографии прадеда Ховарда, который отказался от полунищенского существования в Ирландии и в 1893 году, набравшись храбрости, отправился в Новый Свет на поиски счастья. Хотя считается, что европейские переселенцы отбирали землю у коренных жителей Америки, тем не менее историческим фактом является то, что за шесть миллионов акров штата Оклахома индейцам чероки было уплачено восемь миллионов долларов. Эти земли впоследствии получили эмигранты из Европы.
Прапрапрадед Тома эмигрировал из западной Ирландии, а прапрапрадед Николь вырос в одном из первых ирландских поселений в Вентри. Эта история была близка им обоим.
Круз перезвонил Рону Ховарду, тот был занят съемками фильма «Обратная тяга» на студии «Юниверсал». Ховард немало удивился тому, что Том согласился на роль в фильме, сниматься в котором отказались Роберт Де Ниро, Курт Рассел, Уильям Болдуин, Дональд Сазерленд, Скотт Гленн и даже первая любовь Тома Ребекка де Морней. В тот момент рядом с Ховардом находился Курт Рассел, который в ответ на объявленный внезапно перерыв в работе язвительно заметил: «О, это же сам Том Круз звонит! Суперзвезда!»
Ховард был в восторге: тот факт, что Круз согласился работать с ним, давал ему зеленую улицу. Это означало, что теперь он может рассчитывать на поддержку Сида Шейнберга и Дью Вассермана из «Юниверсал». Однако, когда Рон встретился с Томом, тот поставил условие, что его жена должна получить главную женскую роль в этом фильме. Рон был озадачен и признался, что никогда не видел работ Кидман. Но выбора у него не было, и мало кого удивило то, что вскоре Николь получила роль Шеннон Кристи. Тома и Николь пригласили на шоу Опры Уинфри и, сидя все на том же диване, они говорили о том, что влюблены, счастливы, будут работать вместе и готовы проводить друг с другом двадцать четыре часа в сутки.
Но даже когда был закончен кастинг, Ховард все еще не определился с названием фильма. Вариантов было три: «Неизменный, как Луна», «Ирландская история» и «Далеко-далеко». Чтобы сделать окончательный выбор, пришлось вынести этот вопрос на голосование. В результате утвердили последнее.
В одной из статей, предварявших выход фильма, говорилось, что для Тома и Николь это было роскошное приключение. Они жили в фургоне на колесах, который больше походил на замок. Пол там был выложен мрамором. Готовил для них личный шеф-повар, ежедневно радуя поистине королевским меню. В свободное от съемок время они играли в карты, шахматы и нарды. Их радушно принимали в частном клубе в Дублине.
Но самым любимым их развлечением в этот период стала верховая езда, особенно скачки. Николь была профессиональной наездницей, и это заставило Тома подтянуться почти до ее уровня и даже соперничать с ней. Они отправлялись на многочасовые конные прогулки, часами тренировались и соревновались в ловкости и умении держаться в седле. Несмотря на заметные успехи мужа, Николь все же неизменно обгоняла Тома на скачках.
Сценарий фильма вполне соответствовал запросам Круза: с каждым следующим фильмом он должен был осваивать новые профессии, получать новые навыки, учиться чему-нибудь — управлять самолетом, водить автомобиль, играть в бильярд, готовить коктейли, ездить верхом… Как правило, он исполнял роль героя, который стремится завоевать сердце любимой женщины. В данном случае ему предстояло бороться за любовь Шеннон, которая досталась ему не сразу, а лишь после тяжелых испытаний и эмиграции в Штаты.
Круз нанял трех телохранителей, которые должны были сопровождать их с Николь в Ирландии. В то лето ИРА (Ирландская республиканская армия) проявляла пугающую активность, устроив взрывы в палате общин, и в «Карлтон-клаб». Но вряд ли эта организация имела что-то против католиков из Америки, которых скорее можно было назвать их друзьями по вере. У Николь было гораздо больше поводов опасаться за свою безопасность, поэтому она настаивала на том, чтобы их везде представляли как туристов из Австралии.
Но на самом деле во время пребывания Тома и Николь в Дублине основное внимание приходилось уделять защите актеров от назойливой публики. Не давали покоя и журналисты. Супруги выдвинули требование, чтобы их оградили от всего этого. Съемочную площадку приходилось охранять, как, впрочем, и все другие места, где они бывали.
Для того чтобы сыграть свою роль, Том должен был научиться говорить с ирландским акцентом. Он слушал записи пьесы Шона О'Кейси «Юнона и павлин». Кроме того, у него было два учителя по языку: один корректировал его произношение на ирландский манер, а второй выполнял роль консультанта и следил за тем, чтобы акцент не мешал воспринимать его речь американским зрителям. По мнению некоторых критиков, это был не совсем правильный ирландский акцент, но скорее всего они требовали невозможного — полного соблюдения норм произношения позапрошлого века.
Ховард снимал фильм на кинопленку 65-миллиметрового формата «Панавижн», лучше всего подходившего для передачи специфики ирландского ландшафта. Однако это был последний фильм, для которого использовался такой формат, вскоре весь кинематограф перешел на 70-миллиметровую пленку.
Фильм «Далеко-далеко» не слишком тепло был принят зрителями. В 1992 году на Каннском фестивале, где он был показан в присутствии четы Круз, публика встретила неодобрением и насмешками трехчасовую картину. Это было вдвойне обидно для Николь, поднимавшейся по красной ковровой дорожке в роскошном аквамариновом платье и всем своим видом наводившей на мысль о блистательной реинкарнации Грейс Келли. Фильм обошелся создателям в тридцать миллионов долларов, третья часть этой суммы пошла на оплату работы Кидман и Круза. В прокате он собрал шестьдесят миллионов в Америке и столько же по всему миру.
Фильм никак не повлиял на карьеру Николь и Тома, зато способствовал еще большему взаимопониманию и сближению супругов. Николь признавалась: «Я не собиралась выходить замуж, пока не встретила Тома». А Круз благодарил Бога за то, что она согласилась выйти за него замуж: «Я был уверен, что мы созданы друг для друга, и никогда в этом не сомневался. Я не мог бы жить без нее».
Однако в отличие от Элизабет Тейлор и Ричарда Бартона им было не суждено сняться вместе в двенадцати фильмах. Следующая их совместная работа закончилась крахом их семейных отношений, не выдержав испытания магией Стэнли Кубрика.
Глава 12
Два адвоката
Что делать знаменитому актеру, если фильм, в котором он сыграл романтического ирландца девятнадцатого века, не понравился публике? Вероятно, возвратиться к привычному репертуару. Кэрри Грант никогда не стремился выйти за рамки своего амплуа. Какая же роль больше всего подходит для того, чтобы сыграть самого себя? Пожалуй, это роль в фильме о судебном процессе. Во всяком случае, в профессии актера и адвоката есть нечто общее. Лорд Гардинер, ставший лордом-канцлером, однажды заявил, что он решил получить адвокатскую специальность в Оксфорде лишь потому, что это был наиболее подходящий способ реализовать актерские способности. Для служителей театрального искусства это оказались более чем лестные слова. Они могли с гордостью считать свое ремесло столь же почетным, как и миссия тех, кто заседал в залах суда.
Видимо, именно поэтому Том выбрал для себя в следующих своих двух фильмах — «Несколько хороших парней» (1992) и «Фирма» (1993) — роль адвоката. Оба проекта были застрахованы от провала уже тем, что являлись хитами благодаря бродвейским постановкам и книге Джона Гришэма. Круз не просчитался — оба фильма в прокате заработали больше трехсот миллионов долларов и превратили актера в звезду мировой величины, а роль лейтенанта Дэниела Кэффи в «Нескольких хороших парнях» была признана одной из самых замечательных работ Круза в кино.
Между тем Николь довольно болезненно переживала неудачу «Далеко-далеко»: «Со временем я поняла, что мне не следует стремиться постоянно работать с Томом. Лучше, если я стану сниматься самостоятельно. Конечно, совместный фильм с Томом — это замечательно, но все время находиться рядом с мужем — это было недальновидно». Руководствуясь такими принципами, она пробовалась на женские роли во многих фильмах — «Призрак», «Молчание ягнят», «Неспящие в Сиэтле», «Тельма и Луиза», однако все эти попытки были безуспешны.
За целый год ей не сделали ни одного предложения. «Вы даже представить себе не можете, как тяжело бывает актеру в таких ситуациях. Теряешь веру в себя. Мама поддерживала меня. Она часто звонила и советовала держаться и не унывать, хотя вокруг, наверное, многие считали, что я уже ни на что не гожусь, но я так никогда не думала».
Поскольку Николь сама дала свободу своему супругу, теперь он мог позволить себе сниматься в тех фильмах, которые ему больше нравились. Чтобы наилучшим образом вникнуть в особенности своей будущей роли, он посещал спектакли в Нью-Йорке, поставленные Аароном Соркином, где Том Хале играл лейтенанта Кэффи. Успех не всегда сопровождает голливудских актеров. Том Хале сыграл блестяще в фильме «Амадеус» и был номинирован на «Оскар», однако в предыдущие шесть лет он вообще не мог получить работу в кино и вынужден был оставаться в театре. Посмотрев пьесу, Том немедленно позвонил тому, кто посоветовал ему посетить театр, — режиссеру Робу Рейнеру, и сказал: «Да, это надо снимать». У Халса, как бы он ни был хорош на театральной сцене, не было шансов получить роль лейтенанта в будущей картине. «Это потрясающий герой, — говорил Круз, — молодой человек, который хочет проявить себя и доказать всем, что он вовсе не только тень своего знаменитого отца. Грандиозный характер. Это было как раз то, о чем я мечтал, и мне хотелось, чтобы этот фильм был снят Робом».
Еще одной гарантией успешности проекта стало то, что за помощью в решении коммерческих вопросов Роб Рейнер обратился в студию «Кастл-Рок», с которой сотрудничал его сын Карл, — он был там вместе с Мелом Бруксом и Вуди Алленом не только режиссером, но и сценаристом, и актером. Он играл Майкла Стивика в «Семейных узах» и прекрасно разбирался в вопросах режиссуры. Со студией неоднократно работал писатель-сценарист Уильям Голдман, и как раз он и посоветовал обратиться за разработкой сценария к Соркину. Голдман, будучи голливудским сценаристом, тяготел к построению серьезной философской и драматической системы в произведении в отличие от многих его коллег. Продюсером фильма согласился стать Эндрю Шайнмен, очень остроумный, прозорливый и предприимчивый человек.
Идея пьесы принадлежит сестре Соркина — Деборе. Она получила юридическое образование и захотела попрактиковаться, что и привело ее в департамент Военно-морского флота. Она и сама не ожидала, что ее отправят на базу Гуантанамо-Бей на Кубе, которая пользовалась весьма дурной репутацией из-за инцидента, связанного с так называемым «красным кодом», — насилия над солдатом со стороны его же сослуживцев. Соркин предложил изменить не только имена и названия, но и сами обстоятельства происшествия и детали судебного разбирательства, чтобы случившаяся трагедия не стала достоянием широкой публики. Тем более что основной акцент планировалось сделать на моральной стороне произошедшего — важно было показать, с какими внутренними и внешними этическими проблемами сталкивается Кэффи (Круз). Сюжет был утвержден в следующем виде: двоих служащих Военно-морского флота обвиняют в гибели третьего — того, к кому был применен «красный код». Однако выясняется, что рядовые исполнители этого преступления действовали по приказу сверху. Кэффи должен найти истинного виновника и разоблачить его.
В главной роли Рейнер видел исключительно Джека Николсона. Никакой другой актер не казался ему убедительным в столь напряженной и сложной интриге, и хотя его роль занимала всего пятнадцать минут экранного времени, она была одной из ключевых. Николсон, прочитав сценарий, был потрясен. Кевин Бэйкон, сыгравший судебного обвинителя, рассказывал: «Джек сразу же проникся этим проектом. Как правило, киноактеры еще какое-то время думают, прочитав сценарий, но здесь реакция была мгновенной. Это была действительно его роль».
Как Рейнер и надеялся, «Николсон предопределил весь остальной кастинг, вполне логично соответствовавший очень высокому уровню его мастерства». Том попал в замечательную компанию и был счастлив работать с Николсоном.
Фильм, насыщенный диалогами, был полон и драматизма. Рейнер был потрясен игрой Круза: «Он очень много работал, стремясь во всем достичь совершенства. Ни на минуту не мог успокоиться — даже во время перерыва. Например, предлагая переделать монолог, улучшить его, исправить пару моментов, чтобы все было безупречно. Он потрясающий, блестящий актер. Думаю, этот фильм будет для него одним из самых успешных».
Том, в свою очередь, был доволен Рейнером: «Роб разрешает актерам играть героев такими, какими они их сами представляют». Кифер Сазерленд, сыгравший изворотливого командира взвода, говорил: «Том настолько тщательно подходит к работе и отдает ей столько сил, что рядом с ним просто стыдно не выкладываться полностью».
Круз выскакивал из своего огромного, роскошно оборудованного трейлера по первому же зову помощника режиссера. Кевин Поллак, игравший конгрессмена, воспринимал это с удивлением — он не привык торопиться и не видел ничего страшного в опозданиях. Рейнер вспоминал, что иногда в шутку Кевин даже устраивал «ложный вызов», и Том всегда попадался на эту удочку.
Примерно такой же дисциплинированностью и собранностью отличалась и Деми Мур, все еще считавшаяся звездой, несмотря на то что снятый двумя годами раньше фильм «Призрак» с ее участием не имел успеха. Роль в фильме Рейнера Мур получила благодаря своему агенту Поле Вагнер, обойдя других претенденток — Линду Гамильтон, Элизабет Перкинс и Хелен Хант.
Вместе с Поллаком они были идеальными партнерами Круза в самой запоминающейся сцене фильма: они ожидали его дома, дела в суде шли плохо, один из свидетелей изменил свои показания и сказал, что приказ применить «красный код» исходил от капрала, а не от лейтенанта, которого они очень надеялись привлечь к ответу. Том явился к ним пьяным и расстроенным.
Легче всего сыграть пьяного, пошатываясь и бормоча что-нибудь нечленораздельное, но это было бы слишком просто, а в данном случае нужно было передать душевное состояние человека, пытавшегося найти утешение в спиртном. Зритель должен был понять, что герой нетрезв, не по неадекватному поведению, а увидев у него в кармане полупустую бутылку коньяка. В состоянии опьянения человек говорит то, что он скорее всего скрыл бы будучи трезвым. Когда героиня Деми Мур упоминает полковника Джессепа, Кэффи (Том) отвечает с сарказмом: «Как вы не понимаете, что мы имеем дело с военным судом? Здесь всякий правдолюбец рискует закончить перспективную карьеру адвоката в качестве последнего клерка». С этими словами он схватил со стола стопку бумаги и швырнул ее на пол и бросился вон из комнаты.
Когда вспышка гнева наконец гаснет, Кэффи берет себя в руки и спрашивает своего помощника (Поллака), может ли его отец гордиться им. Вопрос, конечно же, гораздо шире — он, скорее, адресован самому себе. Герой мучается им с тех пор, как умер его отец.
Том Круз передает эту закомплексованность на отце как одну из самых противоречивых и болезненных черт Кэффи: «Если отец заслужил много почетных наград, сын должен быть достойным его памяти. Но он не хочет быть лишь тенью отца, а стремится быть самим собой и тем не менее никак не может принять себя таким, каков он есть, поскольку все время думает о том, что его отец был бы им недоволен теперь».
У самого Круза, конечно, были не настолько напряженные отношения с отцом, но найти общий язык с ним он тоже не смог. «Разумеется, у Кэффи отношения с отцом более сложные, и к тому же переживал он их более остро, чем я когда-то. Я просто не мог общаться с отцом, но он никогда и не был для меня таким примером и такой значимой фигурой, как для Кэффи, и все же я его любил, хотя он был неудачником. С Кэффи все иначе — его отец успешнее, чем он. Это становится причиной душевного разлада, герой переживает, что так никогда и не станет достойным своего отца».
Кэффи старается не задумываться о том, как поступил бы на его месте его отец. Он решается пойти на крайние меры и прижать к стенке полковника, как предлагает героиня Деми Мур, считая его причастным к преступлению уже потому, что такой ответственный человек, как он, никогда не допустил бы, чтобы у него под носом кто-то другой отдавал приказы без его ведома. «Возможно, он и не приказывал, но и не запретил», — замечает Кэффи. Он должен восстановить справедливость. По дороге в суд Джоэнн Гэллоуэй (Деми Мур) предупреждает его, что если он не сделает это, то у него будут крупные неприятности. Шантаж, между нами говоря, — типичный для женщины способ добиться своего.
И он сделал это. Финальная сцена произвела на зрителей, наверное, самое сильное впечатление. Это заключительная «ария» уже арестованного Джека, которая звучит как страшная угроза лейтенанту: «Придет время, когда я буду мочиться на твой труп». Несомненно, теперь и у Кэффи появляется опасный и беспощадный враг, который не простит ему случившегося.
Все актеры, снимавшиеся в этом фильме, могут считать его одним из своих самых блестящих достижений. Рейнер поднял планку так высоко, что каждому из них пришлось выложиться по полной программе. Тому не досталась награда Академии, поскольку номинирован был Джек Николсон, но в качестве компенсации он все же получил приз Эм-ти-ви за лучшую мужскую роль, а также награду в номинации «Самый желанный мужчина».
Конечно, нельзя не признать, что Николсон является не просто звездой, но и символом определенного этапа развития кинематографа. Несмотря на то что он присутствовал на съемках лишь десять дней, все еще очень долго оставались под впечатлением от работы с ним.
Фильм снимался, конечно же, не на Гуантанамо-Бей. На настоящей базе находится сотня истребителей «Фантом». Каждый день ее ворота открываются для служащих — местных кубинцев, которых США охотно нанимают на работу. И само собой разумеется, что подобное судебное разбирательство никогда не вышло бы за эти ворота. Но Рейнер стремился не столько к правдоподобию, сколько к тому, чтобы поставить судебную драму в добрых старых традициях, которые уже давно полюбились зрителю.
Хотя Круз был очень молод, он уже прекрасно знал о своих слабых и сильных сторонах и мог заранее предугадать, в каких фильмах может достичь наибольшего успеха. А поскольку к тому времени он заработал уже достаточно денег, можно было создать собственную компанию и нанять людей, чтобы они искали и разрабатывали проекты специально для него, а также писали сценарии. Именно так он и поступил, учредив «Круз — Вагнер продакшн». С этого момента он получил возможность лично решать, какие фильмы снимать и как сделать их наиболее коммерчески выгодными. Студия стала не только офисом, но и в некотором роде пристанищем для тех, кто там работал. Процесс шел непрерывно — просматривались, отбирались и дорабатывались сценарии, принимались к рассмотрению различные идеи и выбирались книги, подходящие для экранизации. Фактически студия была неким подобием «золотого прииска», хозяевами которого стали Том и Пола.
Клинт Иствуд, например, также владел небольшой компанией — «Маль Пазо продакшн». Располагалась она в скромном здании и поддерживала дружеские отношения с «Уорнер бразерс». Клинт приезжал туда на работу чуть ли не ежедневно. Стивен Спилберг после успеха «Инопланетянина» в 1982 году построил себе роскошное представительство за три миллиона долларов. Там же располагается и его студия, где он работает и сегодня. Лью Вассерман и Сид Шейнберг надеялись, что Спилберг снимет еще много фильмов для них, и он действительно это сделал.
«Парамаунт», находящаяся на другой стороне Голливуд-Хиллз, была не столь успешной студией. В ноябре 1992 года при подведении итогов за год выяснилось, что за одиннадцать месяцев сделан только один фильм. Глава компании с редким именем Брэндон Тартикофф ушел в отставку. Его место занял Стэнли Джаффе, продюсировавший «Отбой». Он предложил «Круз — Вагнер продакшн» сотрудничать с «Парамаунт».
И первой ласточкой стал сценарий по роману Джона Гришэма «Фирма». Его дебютный роман «Пора убивать» получил положительные отзывы критиков, но бестселлером так и не стал. Однако «Парамаунт» оценила следующую книгу этого автора, и расчет оказался верным. Роман «Фирма» стал хитом. Том тоже не ошибся, выбрав для себя роль Митча Макдира, молодого юриста, устроившегося на работу в фирму, пронизанную коррупцией и связями с мафией. Джон Голдвин, президент «Парамаунт», отмечал: «Мы не могли взять на эту роль просто хорошего актера, нам нужен был лучший, если не самый лучший актер. Именно такой, как Круз. Благодаря Поле Вагнер между нами установилась дружеская связь, и мы планировали очень серьезную работу над этим проектом».
Круз оправдал оказанное ему доверие. Хотя его понимание роли и точка зрения «Парамаунт» не всегда совпадали — студия находилась в тяжелой ситуации, ее прежние связи с другими компаниями постепенно утрачивались, хорошие актеры уходили в более престижные проекты, и Крузу предстояло заработать за год для студии более миллиарда долларов. Журнал «Варьете» писал по этому поводу: «Парамаунт» надеялась, что Том станет для них своего рода Клинтом Иствудом. Их надежды оправдались — Том, будучи звездой, поднял продукцию и престиж студии на такую высоту, на какую мог поднять их только Клинт Иствуд».
В то же время Николь, уже пережив неуспех «Далеко-далеко», заканчивала съемки в фильме «Готова на все», режиссером которого был Гарольд Беккер, снимавший «Отбой», а сценарий написал Аарон Соркин. В фильме также принимал участие Алек Болдуин, сыгравший хирурга, который снимает жилье у супружеской пары (Билла Пуллмана и Николь). Действие разворачивается в американском городке, где в больнице появляется талантливый хирург — как раз в то время, когда происходит серия убийств школьниц. Этот прекрасно снятый и отлично продуманный триллер с захватывающей интригой понравился любителям детективов, но ничего примечательного в нем нет — зло скрывается под маской добра, хорошие герои на первый взгляд скучны и занудны, Николь очень сексуальна, свою роль сыграла великолепно, несмотря на то что сюжет слишком уж лихо закручен. Критикам фильм не понравился, но зато он пришелся по вкусу публике, которой наконец представилась возможность разглядеть в Николь высокопрофессиональную актрису.
Этот фильм был лишь незначительным эпизодом в карьере Аарона Соркина, почти сразу же после его завершения продолжившего работу со студией «Кастл-Рок» и Робом Рейнером, начав снимать фильм «Президент Америки». Роль президента, влюбленного в очаровательную лоббистку (Аннет Бенинг), сыграл Майкл Дуглас. Эта политическая комедия очень понравилась критикам и тем не менее была прохладно принята публикой. Мистер Соркин так рассказывал об идее создания этой картины: «Зачем выдумывать сложные интриги? Когда снимаешь фильм о политике, не проще ли воспользоваться тем материалом, который ежедневно поставляет нам Белый дом?» Роль помощника президента досталась Мартину Шину. Четырьмя года позднее Соркин снял на ту же тему сериал для «Уорнер бразерс» — «Западное крыло», в котором представлена жизнь обитателей и сотрудников Белого дома, будни американского президента и его команды, принимающей важные государственные решения, их каждодневный труд, далеко не всегда приносящий положительные результаты. Успешные кампании и серьезные поражения выносятся авторами сериала на всеобщее обозрение.
«Парамаунт» хотела, чтобы Кевин Рейнолдс, снявший фильм «Робин Гуд — принц воров», режиссировал фильм «Фирма», но он запросил слишком большой гонорар. Тогда выбор пал на Сидни Поллака. Хотя Том Круз был не слишком доволен им во время работы над «Человеком дождя», он не стал возражать против его кандидатуры. Поллак хотя и имел репутацию наиболее сговорчивого режиссера Голливуда, но был склонен к внезапным метаниям из одной крайности в другую. Получив «Оскар» за фильм «Из Африки», он снял весьма посредственную «Гавану», которая заработала в прокате США менее десяти миллионов долларов. Роль главной героини получила в нем шведская актриса Лина Олин, и для нее Поллак кардинально переделал сценарий. И зря! Фильм получился сильно затянутым — два с половиной часа экранного времени. Однако следует напомнить, что и «Из Африки» — фильм достаточно длинный, тоже два с половиной часа, а в «Фирме» Поллак и вовсе побил все временные рекорды — два часа тридцать четыре минуты.
На роль жены героя Тома планировали пригласить Робин Райт Пенн. Но эту роль в фильме сыграла Джин Трипплхорн, которую все называли Триппи, так как Робин ждала ребенка в тот момент.
После фильма «Несколько хороших парней» Тома наконец перестали ценить только за привлекательную внешность и признали, что неизменный успех актеру все же приносит в первую очередь его талант. По сюжету молодой и честолюбивый выпускник Гарварда (Круз), женатый на богатой красавице, поступает на работу в юридическую фирму, где ему предложили очень хорошие условия. Расплата за это оказывается очень суровой — фирма обслуживала самые влиятельные мафиозные кланы Чикаго, и все ее сотрудники становились заложниками, не имеющими более права распоряжаться собой и своей жизнью. Тех, кто пытался уйти, убивали. Том оказывается между двух огней: с одной стороны на него давит ФБР, с другой — его ждет верная смерть от рук убийц. Захватывающий фильм, согласно роману Гришэма, должен был закончиться бегством героя на Карибы, но такой финал не устраивал Голливуд.
Сюжет получился довольно запутанный, но увлекательный, однако было две проблемы. Круз, заключив контракт, разрешил использовать в рекламных роликах и на постерах только свое имя. Но Джин отнеслась к этому требованию без особого пиетета и настояла, чтобы там фигурировало и ее имя. Кроме того, актриса Карина Ломбард, снимавшаяся в фильме «Коктейль», в это время как раз пожаловалась в одном из интервью, что Круз не обсуждал с ней любовную сцену перед съемкой. Последняя была права — сцена получилась одной из самых неудачных в истории кино. Карина возмущалась тем, что Николь Кидман постоянно присутствовала на съемках. Впрочем, эти неприятности не уронили авторитет Тома в глазах публики и не помешали стать «Фирме» четвертым фильмом в ряду самых успешных за 1993 год после «Парка Юрского периода», «Миссис Даутфайр» и «Беглеца».
Том, никогда не учившийся в университете, получил признание престижнейшего вуза Америки — Гарварда. В 1975 году группа из двадцати одного выпускника учредила общество «Хэйсти пудинг клаб» — весьма уважаемое театральное объединение, продолжавшее традиции старейшего американского «Кембридж футлайтс». Среди тех, кто когда-то был объявлен клубом человеком года, были Боб Хоуп, Джеймс Стюарт, Клинт Иствуд. Чтобы оказаться в их числе, у претендента должно быть отменное чувство юмора и он должен нравиться студентам с очень высокими интеллектуальными запросами. Том был польщен успехом, целовался со всеми, кто находился на сцене, и обязан был надеть розовые тапочки и красный бюстгальтер, на каждой чашечке которого красовалась эмблема Гарварда. Зато он честно заявил: «Я понимаю, что завоевал ваши симпатии лишь потому, что дважды сыграл выпускника Гарварда».
Карина, поначалу возмущавшаяся присутствием Николь на съемках, в конце концов с этим смирилась. Можно предположить, что в то время Крузы не расставались, поскольку планировали завести ребенка, однако безрезультатно. Во время рождественских каникул Том и Николь уехали во Флориду, где они купили дом годом раньше. Обычно там жили мать и отчим Тома, но иногда и молодые супруги присоединялись к ним. Там Николь и Том приняли решение об опекунстве, а затем об усыновлении ребенка, который должен был родиться у женщины, уже имевшей двоих детей. 22 декабря 1992 года родилась Изабелла Джейн Кидман Круз, которую и удочерили Том и Николь.
«Мне было двадцать пять, когда мы удочерили ее, — вспоминала Николь. — Мы думали целую неделю. Я ужасно переживала, не знала, что делать и как я буду жить, взяв на себя ответственность за такую крошку. Но вскоре все это прошло, она оказалась чудесным ребенком».
Глава 13
Брэд-вампир
Николь Кидман, отметив свой день рождения весной 1993 года, в целом была удовлетворена своей актерской карьерой. Она сыграла Гэйл Джонс в фильме «Моя жизнь» Брюса Джоэла Рубина, написавшего сценарий «Призрака». Возможно, то, что ей пришлось сыграть женщину, родившую ребенка, послужило для нее своего рода компенсацией за не совсем полноценную личную жизнь.
Снова затрагивается тема жизни и смерти и невозможности предотвратить несчастье, но в отличие от «Призрака» и «Лестницы Иакова» здесь нет никакой мистики — фильм исключительно о реальной жизни, ее горестях и радостях. Главному герою, жена которого ждет ребенка, поставлен смертельный диагноз — рак почек. Он начинает снимать себя на видео, чтобы остаться хотя бы в записи для будущего сына или дочери.
Фильм посвящен серьезной проблеме духовных отношений, но он все же мало способствовал карьерному продвижению Майкла Китона, известного своими ролями в двух фильмах о Бэтмене. С другой стороны, роль Кидман оказалась в высшей степени удачной, ведь ей пришлось воплотить сложный образ — женщины, которая остается одна в таком непростом положении. К сожалению, и ей фильм не принес особого успеха.
Том в это же время, закончив съемки «Фирмы», старался как можно больше находиться дома с ребенком. Вместе с Николь они присутствовали в январе на церемонии «Золотой глобус».
Пресса проявляла немалый интерес к семейным делам Круза. «Видя, как Ник заботится о нашей дочери, я восхищаюсь ею, — говорил Том. — Когда в доме появляются дети, начинаешь смотреть на все другими глазами. Каждый момент хочется запомнить навсегда. Невозможно привыкнуть к счастью чувствовать себя отцом. Я очень рад, что моя жизнь так изменилась».
На некоторое время он даже перестал сниматься в кино. От фильма «Непристойное предложение» он категорически отказался, поскольку сайентология осуждает азартные игры, а там был эпизод, который следовало снимать в Лас-Вегасе. Кроме того, главный герой должен был уступить свою жену за миллион долларов другому мужчине. От «Криминального чтива» Тарантино Круз тоже отказался, но на сей раз по причине негативного отношения к наркотикам. Для Джона Траволты, тоже сайентолога, наркотическая тема в фильме препятствием к съемкам не стала, и он согласился принять в нем участие. Он оправдывался тем, что в фильме каждый принимавший наркотики умирает и тем самым картина служит своего рода предостережением.
Том открыл свою звезду на Голливудской аллее славы в тридцать один год. После церемонии и банкета он отправился со всей семьей отдыхать на побережье Италии. Однако режиссеры продолжали предлагать ему сыграть роль очередного адвоката в их фильмах, памятуя, каким успехом пользовались «Несколько хороших парней» и «Фирма», на которых он заработал десять миллионов долларов. Возможно, Том, так же как и его старый друг и наставник Дэвид Геффен, почувствовал, что наконец пришло время изменить свое амплуа и вместо героя сыграть антигероя. Это был рискованный шаг, грозивший бросить тень на его положительный имидж в глазах публики. Но можно ли считать себя великим актером, если никогда не пытался выйти за привычные рамки?
Фильмы о вампирах приобрели популярность с тех пор, как в 1922 году Фридрих Вильгельм Марнау снял «Носферату». Изначально вампиры были персонажами восточно-европейского фольклора, но в 1897 году увидел свет «Дракула» — роман ирландского писателя Брэма Стокера, который сильно изменил представления о вампирах. В частности, именно тогда все узнали, что вампир не отражается в зеркале и не отбрасывает тень. Бела Лугоши, венгерский актер, сыграл роль Дракулы в фильме 1931 года. Вслед за ним в кинематографе появилось множество героев-вампиров — вплоть до знаменитого сериала «Баффи — истребительница вампиров». Автором идеи «Баффи» был писатель-сценарист Джосс Уэдон, который получил карт-бланш для всех своих замыслов. Том несколько раз присутствовал на съемках фильма, в котором играла Кристи Соунсон. Однако с Баффи возникли сложности — на вампиров, конечно же, не распространялось авторское право, но вот образ Баффи, придуманный и принадлежащий японскому продюсеру Катцузуке Казуи, был защищен копирайтом, и за его использование «Двадцатый век Фокс» вынуждена была вы платить правообладателю пятьдесят миллионов долларов. Больше подобных ошибок студия совершать не хотела.
Таких проблем точно не возникло бы при экранизации романа писательницы из Нового Орлеана Энн Райс, чей роман «Интервью с вампиром» разошелся в 1976 году тиражом более десяти миллионов экземпляров. Оригинальность этого произведения заключалась в том, что свою историю вампир рассказывал сам. Мотивы и сюжет этой книги были подсказаны Райе трагическим событием в ее личной жизни — смертью от лейкемии ее пятилетней дочери Мишель. В книге маленькая девочка Клодия становится вампиром и таким образом остается вечным ребенком.
Дэвид Геффен предполагал, что Круза может заинтересовать роль вампира Лестата, героя далеко не положительного. И он не ошибся. Как ни странно, но почему-то книгу Райс, ставшую бестселлером, Голливуд игнорировал в течение шестнадцати лет. Геффен выкупил права на экранизацию романа и обратился к Райс, чтобы услышать ее мнение, каким должен быть этот фильм. Оказалось, что в роли вампира Лестата она всегда представляла актера Рутгера Хауэра. Продюсер сообщил ей, что на роль Лестата планируется пригласить Круза, но Райс была категорически против: «Я ужасно расстроилась, узнав, что роль Лестата предлагают Крузу. Мне он казался милым ребенком, осуществившим свою мечту стать великим актером. Я никак не могла согласиться с тем, что он может сыграть такого героя. Ему следовало бы самому отказаться от этого. Он слишком симпатичный для такого мрачного фильма».
Реакция писательницы обескуражила. К мнению миссис Райс, конечно же, стоило прислушаться, но ей были чужды всякая мистика и ужасы, что было абсолютно неприемлемо для большинства голливудских режиссеров — от Спилберга до Полански, которые именно по этой причине, и в этом нет ничего удивительного, экранизировать «Интервью с вампиром» отказались. Согласился взяться за эту работу ирландский режиссер Нил Джордан, снявший в США фильм «Жестокая игра», который получил «Оскар» в номинации «Лучший сценарий». Однако последний его фильм на тему мистики — «Бодрость духов» — с Питером О'Тулом был почти провальным. Джордан так рассказывал о своем знакомстве с Крузом: «Я никогда раньше с ним не встречался, а когда приехал к нему в гости, то сразу убедился, что этот парень действительно очень приятный в общении. Мы немного поговорили о его будущей роли. Я сказал, что хочу, чтобы он сыграл в высшей степени драматический характер, и притягивающий и отталкивающий одновременно».
На главную роль был выбран Брэд Питт. Тогда еще он не был настолько яркой звездой, как сейчас, но уже в то время он запомнился зрителям по фильму «Тельма и Луиза», где переспал с обеими дамами и украл их деньги. Одиннадцатилетняя Кирстен Данст, снимавшаяся в фильме «Костер тщеславий», получила роль Клодии. Роль журналиста, который берет интервью у вампира, должен был исполнить Ривер Феникс, но он умер за месяц до съемок от передозировки наркотиков в клубе Джонни Деппа, поэтому вместо него снимался Кристиан Слейтер.
Действие фильма начинается в Сан-Франциско, где Луи рассказывает журналисту Дэниелу свою историю. Два века назад он был плантатором в Луизиане, Лестат выбрал его себе в компаньоны, соблазнившись его красотой, и превратил в вампира. Наиболее запоминающейся в фильме оказалась сцена, где Лестат выжимает кровь из крысы в бокал. Через некоторое время Лестат с Луи встречают маленькую девочку Клодию и тоже превращают в вампира. Решив избавиться от жестокого Лестата, Клодия и Луи убивают его и бегут в Париж, где знакомятся с Сантьяго и Арманом и попадают в театр вампиров. После гибели Клодии Луи возвращается в Америку, где на кладбище обнаруживает выжившего Лестата, однако от предложения охотиться вместе Луи отказывается, так что в конце фильма Лестат превращает в вампира журналиста Дэниела. Конечно, сюжет выглядит опереточно, но для постановки на сцене он был слишком громоздким. Тем не менее недавно его переделали в мюзикл «Лестат», композитором которого стал Элтон Джон, а автором стихов Берни Топин. Некоторые песни из него стали довольно популярны — «Кровавый поцелуй» и «Сделай меня себе подобным». К сожалению, он выдержал только тридцать девять спектаклей на Бродвее.
Том отнесся к роли вампира очень серьезно. В точном соответствии с текстом у него были светлые вьющиеся волосы и чуть заметный французский акцент. Но самое сложное заключалось в том, что необходимо было внутренне настроиться на своего героя: «Зло совершается не ради зла, ведь человек при этом считает, что поступает правильно. Таким образом, очень важно было понять, почему Лестат считает себя вправе вести себя так, а не иначе. Ведь он действительно любил и Клодию, и Луи и искренне считал, что сделал их счастливыми, подарив шанс жить вечно».
Нил Джордан добавлял к этому: «Жизнь вампира мало чем отличается от жизни многих голливудских звезд. Они тоже прячутся от дневного света, живут за высокими заборами и боятся людей. Каждое мгновение для них важно охранять свою частную жизнь от назойливого любопытства. Лестат как раз воплощает одновременно и плюсы, и минусы такого образа жизни». Разумеется, Круз наделил этот образ собственной харизмой, но он дался ему нелегко: «Это был вызов моим актерским способностям. Нужно было погрузиться в эту реальность, понять эмоциональные переживания героя. К тому же мне казалось, что у Лестата должно быть отличное чувство юмора и он просто обязан был хорошо понимать людей, потому что прожил достаточно долгую жизнь».
За неделю в прокате фильм с Крузом и Питтом собрал тридцать шесть миллионов. Это была большая сумма, но не настолько, чтобы потрясти воображение американцев. И даже сто пять миллионов, которые он заработал в мировом прокате, не слишком высоко подняли его рейтинг. Мнение критиков оказалось неоднозначным — многие оценили прекрасную постановку и музыку фильма, но никак не сюжет.
Энн Райс была довольна экранизацией и в интервью «Нью-Йорк таймс» и «Вэнити фэр» сказала: «Я очень благодарна создателям фильма и актерам за такую превосходную картину, полностью соответствующую духу моего романа, а также за следование сценарию». Кроме того, она полностью изменила свое мнение о Крузе: «Том сыграл Лестата превосходно. Он заставил зрителей поверить в моего героя и наделил Лестата восхитительным чувством юмора. Это настоящий Лестат, дерзкий, одинокий и очень сильный».
Единственным минусом фильма было то, что Питт и Круз друзьями так и не стали. Питт высказался по этому поводу так: «Том и я работаем в немного различных направлениях. Он — северянин, я — южанин, и в нашем общении было какое-то соперничество. Я не могу сказать, что оно было явным или задевало кого-то из нас, но оно чувствовалось».
Глава 14
Миссия выполнена
В 1992 году вопреки давней голливудской традиции мужского правления в студийном производстве президентом «Парамаунт» стала женщина, получив полное право решать, какие фильмы теперь следует снимать студии с шестидесятидвухлетней историей. Ей предстояло руководить процессом кинопроизводства в течение последующих двенадцати лет. Когда состоялся совет продюсеров, Шерри Лэнсинг выразила пожелание создавать побольше таких добрых и человечных фильмов, как «Форрест Гамп». И хотя она охотно поддержала проект «Титаника», все же ее политика сводилась к тому, чтобы режиссеры создавали ремейки знакомых и полюбившихся зрителям картин — «Степфордские жены», «Альфи» и «Ограбление по-итальянски», но ни одна из этих картин не принесла хороших денег студии. Тем не менее Лэнсинг готова была сотрудничать с «Круз — Вагнер продакшн», в офисе которой бурно кипела работа и каждую неделю просматривались целые кипы сценариев в поиске оригинальных и смелых идей для новых проектов.
Как рассказывала Вагнер, однажды Том обратился к ней с предложением: «У меня есть отличная идея для фильма «Миссия невыполнима». Права на эту идею принадлежали «Парамаунт», но вряд ли кто-нибудь в то время мог предположить, что именно он хочет сделать из небольшого телесериала. Проект «Миссия невыполнима» был у «Парамаунт» совместным с «Люсилл Болл компани» и за семь лет принес неплохую прибыль студии. Том хотел получить права на вариант американского Джеймса Бонда и нашел своего героя, обладающего сверхъестественной смелостью и ловкостью, в лице Итана Ханта.
Автором идеи «Миссии» был выпускник Йеля Брюс Геллер, ставший также создателем двух бродвейских мюзиклов, впоследствии он оставил блестящую театральную карьеру, чтобы перейти на менее престижную, но лучше оплачиваемую работу в Голливуд, где стал автором сценариев таких телесериалов, как «Есть пистолет — готов путешествовать», «Стрелка» с Чаком Коннорсом и «Рохайд» с Клинтом Иствудом. Он знал, как сочинять сюжеты, которые привлекали тысячи зрителей, знал он и то, что людям нравилось неделями смотреть на одних и тех же героев и следить за перипетиями их судеб. Таким образом, рецепт многосерийного боевика с захватывающим сюжетом был найден очень быстро — герою только надо было каждый раз давать смертельно опасное и практически невыполнимое задание. Фильм начинался в виде сообщения, приходившего от руководства, в котором излагалась цель действий, после чего послание само собой исчезало.
Этот шедевр Геллера стал новым словом в истории сериалов-боевиков и завоевал огромное количество поклонников. Однако после того как была завершена работа над проектом, Брюс больше никогда не хотел к нему возвращаться. Он всегда предпочитал двигаться вперед, работать с новыми идеями и актерами, для него было важно создавать картины так, чтобы герой был носителем одного конкретного качества или черты характера: у Уилли Армстронга козырем были мощь и молчаливость, у Барни Колльера — исследовательский дух, у Киннамона Картера — интеллигентность и обаяние, как и у Роллина Хэнда (сыгранного Мартином Ландау, которого впоследствии заменил Леонард Нимой, поскольку Ландау стал требовать слишком большие гонорары). С «Миссией» все было немного сложнее — герои должны были быть более разносторонними, но сниматься в ней было большой удачей для актеров, ведь это означало, что они сразу же становились популярны у публики. Зрителям нравился не только сюжет, но и антураж фильма — маски из латекса, по которым идентифицировали героев-злодеев.
В сюжеты «Миссии» входила борьба с похитителями стратегически значимой информации, вредителями, диверсантами и создателями супероружия. Именно поэтому у сериала было столько фанатов. Сказывался интерес к «холодной войне», Советскому Союзу, личности Леонида Брежнева и закрытому социалистическому блоку, вот почему представители стран — противников секретной миссии говорят на языках, так сильно напоминающих языки стран Восточной Европы.
После окончания сериала Эй-би-си-телевижн в 1988 году попыталось возобновить проект, используя старые сценарии «Миссии». Но попытки оказались безуспешными. Брюс Геллер этого уже не увидел— десятью годами раньше он погиб вместе с женой при перелете через каньон Буэна- Виста неподалеку от Санта-Барбары в Калифорнии.
Том Круз был совсем маленьким, когда вышли первые серии фильма, но, когда он достиг подросткового возраста, сериал повторно показывали по кабельному телевидению. Том был его горячим поклонником.
В тридцать лет он начал готовиться к съемкам фильма «Миссия невыполнима». Казалось бы, не столь уж солидный возраст, чтобы достичь вершин актерского мастерства, однако не стоит забывать, что десять лет Том работал с лучшими режиссерами, сценаристами и актерами. «Мне доставляет удовольствие снимать такие фильмы, — сказал он, — настоящие большие приключенческие картины, которые заставляют меня полностью мобилизоваться. Но и здесь есть свои трудности — надо выдержать характер героя и сделать сюжет понятным зрителю».
Круз был достаточно мудр, чтобы не приглашать на этот раз режиссеров, с которыми он уже работал. Он стал боссом, и это нельзя было сбрасывать со счетов. Брайан Де Пальма, переживший неудачу с «Костром тщеславий», все же запомнился своими триллерами «Одетый для убийства» и «Неприкасаемые». Кроме того, он работал с Дэвидом Коппом над фильмом «Путь Карлито».
Том знал, что его проект только в том случае будет иметь успех, если у него будет талантливый, а значит, и высокооплачиваемый сценарист. Выбор пал на Стива Зейллиана, написавшего сценарий для фильма «Список Шиндлера» по роману Томаса Кенелли. Он мог сработаться с Де Пальмой, но разработка сценария была предложена Дэвиду Коппу, не только снимавшему «Путь Карлито», но и сделавшему сценарий для «Парка Юрского периода» — картины весьма продуманной с научной точки зрения. Копп, возможно, лучший в Голливуде сценарист на сегодняшний день, неудивительно, что Круз выбрал его для написания сценария «Войны миров». Он вполне способен был реализовать задуманное Крузом: «Он очень упрямый человек, способный концентрироваться на поставленной цели и пытающийся каждый раз все сделать лучше, чем раньше. Нам нужно было сделать такой фильм, который бы заставил людей задуматься. Тома нельзя упрекнуть в недоработанности роли или в неясности характера героя, он старается все довести до идеального состояния».
Затем к работе подключился Роберт Таун, который получил «Оскар» за сценарий «Чайна-тауна». Он очень талантливо придавал стройность и логичность даже самым сложным и запутанным сюжетам, и большинство режиссеров ценили его именно за это. Для Тома он написал сценарий «Дней грома» и участвовал в доработке сценария «Фирмы». Они превосходно понимали друг друга. Тауну нравились непростая идея Круза и ее драматизм. А Круз, в свою очередь, был уверен, что без самого лучшего сценария ему не обойтись в случае с «Миссией». «Я всегда мечтал снять такой фильм, но только теперь это стало возможно», — говорил он.
Несмотря на то что над большинством серий телевизионной версии «Миссии» работали целые группы сценаристов, они редко оказывались успешными. Наиболее удачными оказались те, в которых музыкальные темы были созданы при участии Лало Шифрина. Шифрин придумал и разработал несколько музыкально-тематических эпизодов сериала, но Брюс Геллер не слишком заботился об этой стороне съемок и на свое усмотрение заменил их другими фрагментами, который Шифрин сделал для сцен погони. Фильм начинается с того, что Джеймс Фелпс летит в самолете «Бритиш эйруэйз» первого класса и стюардесса передает ему кассету с очередным заданием, которое написано на древнеисландском языке. Как только он просматривает его, оно исчезает, никто из пассажиров не успевает ничего заметить. Затем человек с орлиным носом пытается выколотить из какого-то убийцы сверхсекретную информацию. Ему это удается, и он дает ему стакан с ядом, после чего снимает маску из латекса и — о Боже! — это оказывается Том Круз! Маска фигурировала во многих шпионских фильмах и закрепилась в сознании зрителей как определенный символ, даже если они не так уж хорошо разбирались в истории такого рода кинематографической продукции. Технологический прогресс киноиндустрии, пожалуй, сказался лишь в том, что раньше актерам маски приходилось с трудом натягивать и снимать, а теперь это делалось практически мгновенно.
Сюжет «Миссии» одновременно и сложен, и вполне понятен и универсален — выживший после одной из спецопераций агент попадает под подозрение и считается предателем, передавшим в руки мафиозных структур списки агентов ЦРУ, что грозит им всем неминуемой гибелью. Однако, как выясняется по ходу фильма, главный герой вовсе не злодей и его задача — найти истинного виновника и обезвредить его. Разумеется, герой оказывается даже более положительным, чем можно было ожидать поначалу, а действие фильма развивается стремительно, перекидываясь из Киева в Прагу, из Праги в штат Виргиния, затем в Лондон, изобилуя напряженными моментами, погонями, перестрелками и взрывами. Как сказал Роберт Таун: «Самое увлекательное в кино — это возможность создать экшн-иллюзию». Он не ошибся, это самый верный способ завладеть вниманием зрителя и заставить его досмотреть фильм до конца.
Здесь экшн на самом высоком уровне — в погонях используются лифт, подводный танк, спуски на канате, полеты на вертолете и т. д. — все, что позволило Тому продемонстрировать свои достижения за десять лет успешной карьеры киноактера, а вкус к съемкам экстремальных эпизодов он приобрел еще в период копполовских «Аутсайдеров». Всюду, где можно было обойтись без участия дублеров, Круз снимался самостоятельно. Том, конечно же, был хорошо известен зрителям как актер, предпочитающий сам делать все трюки во время съемок, но, наверное, самым эффектным и запоминающимся эпизодом фильма был взрыв огромного аквариума, когда тонны воды хлынули на посетителей ресторана. Ситуация была критическая. Брайан Де Пальма опасался, что дело может кончиться плохо. Ресторан по сюжету фильма находился в Праге, но на самом деле эпизод снимался в студии «Пайнвуд». Чтобы утонуть, достаточно всего несколько минут. Возможно, эпизод мог бы показаться банальным, встречающимся во многих фильмах с наводнениями и взрывами, но проблема была не в том, чтобы не порезаться осколками стекла, — Том должен был распластаться, как морская звезда, и продержаться так некоторое время. Съемки не редактировались впоследствии. Помощник режиссера Крис Шолдо вспоминал: «Это было потрясающе! Если бы вы увидели эту сцену полностью, то поразились бы тому, как Том способен контролировать свое тело».
Круз признавался: «Я получил огромное удовольствие от этой работы». Героя по имени Итан Хант Круз позаимствовал у Джона Уэйна из «Искателей», где Уэйн играет бывшего солдата армии конфедерации Итана Эдвардса, который больше верит пулям, чем словам. Джон Войт сыграл в фильме Джейн Фонды «Возвращение домой» Рона Ковика, но с тех пор был почти не востребован. Круз фактически вытащил его из забвения и сделал из него Джима Фелпса. Он также взял в свой проект двух актрис — Кристину Скотт Томас и Ванессу Редгрейв. К сожалению, Кристину убивают в самом начале, но она сыграла свою роль лучше, чем Редгрейв. В фильме также снималась французская актриса Эммануэль Беар, но выглядела она более чем неубедительно (любовную сцену между нею и Томом сняли, но из фильма она была вырезана). Потрясающе удачной была роль Жана Рено, французского актера с очень выразительным меланхолическим взглядом, который стал необычайно популярен после фильма Люка Бессона «Никита». Винг Реймс (Винг — сокращенный вариант имени Ирвинг), афроамериканский актер, бывший звездой «Криминального чтива», стал неизменным спутником Итана и снимался впоследствии в еще двух «Миссиях».
Хотя Брайан Де Пальма привел своих двух помощников, остальную съемочную группу Том почти целиком собрал из числа создателей «Интервью с вампиром» под руководством Ли Шервард: Кейт Кэмпбелл, Гари и Грег Пауэллы, Динни Пауэлл, Крисси Монк, Джеми Эджелл, Дин Форстер, Грэм Кроувер и Сара Францл. В фильме было запланировано множество трюков, и он хотел, чтобы сняты они были предельно профессионально, а лучшей команды для этого было не найти. За достижения в этой области периодически предлагалось давать отдельного «Оскара», однако контраргументом всегда служило то, что эта награда спровоцировала бы опасное соперничество между актерами и послужила бы причиной гибели многих людей в стремлении заполучить ее любой ценой. В фильмах о Джеймсе Бонде многие трюки выполнялись актерами самостоятельно, и этот факт только еще больше способствовал разногласиям в кинематографической среде по поводу права на существование такой номинации. В «Миссии» Том самостоятельно снимался в нескольких трюках, чем завоевал огромное уважение съемочной группы. Его пристрастие к опасным и экстремальным видам спорта, прыжкам с парашютом, управлению вертолетом и подводному плаванию встретило дружную поддержку, тем более что он мог отдохнуть в перерывах между съемками.
Съемки в Праге проходили не так гладко, как рассчитывали поначалу. «Прага нас немного разочаровала. Мне кажется, там до сих пор есть проблемы с демократией, — заметил Том, — но мы и сами допустили некоторые ошибки». Там он встретился с легендарным чехословацким президентом Вацлавом Гавелом, поэтом и драматургом, который был заключен в тюрьму за свои диссидентские взгляды во времена социалистического режима в Чехии. Гавел был другом режиссера Милоша Формана. Можно было надеяться, что он как-то повлияет на урегулирование конфликта с «Парамаунт». Однако сделать это не удалось: мэр Праги и отличавшиеся алчностью антрепренеры затребовали с «Парамаунт» огромные деньги за возможность провести съемки в городе. Роберт Таун восхитился предприимчивостью своего тридцатидвухлетнего продюсера: «Том находился в очень сложной ситуации с картиной. За каждое разрешение требовали огромные деньги. Был риск потерять сто миллионов долларов. Нам приходилось работать в стране, где слишком сильны бюрократические и коррупционные механизмы, у нас было очень много проблем». Тем не менее после съемок «Миссии» в Праге интерес зарубежного кинематографа к этому городу возрос в несколько раз, что, безусловно, пошло на пользу чешскому туристическому бизнесу.
Круз и Де Пальма (последний был старше на двадцать два года) старались не афишировать проблемы, связанные с работой над фильмом. «Ну разумеется, у нас были споры, — Том. — Как вы представляете себе съемки грандиозной картины без них?» Но Брайан Де Пальма, похоже, обладал исключительной интуицией, поэтому всегда одерживал в спорах верх. Он предпочитал, чтобы фильм закончился взрывом вертолета, несмотря на то что Таун настаивал на более интеллектуальном финале. Пусть такой неожиданный конец и поставил в тупик многих критиков, зато он очень понравился зрителям.
Чтобы устроить фильму такого уровня достойную рекламу, на нее следовало потратить сумму, почти что равную той, что пошла на его создание. Таковы законы рынка. «Парамаунт» назначила дату премьеры на 22 мая 1996 года — чтобы презентация блокбастера совпала с началом летних каникул. «Лучший стрелок» десятью годами ранее тоже вышел в прокат в мае. Но к 1996 году технологии рекламы в студии были на куда более высоком уровне и возможности заинтересовать миллионы зрителей были куда шире. Продумывалось все — и качество, и количество рекламы в журналах и на телевидении. Некоторые компании даже прогнозировали доходы от фильма.
Но решающее слово всегда оставалось за критиками. Самые первые отзывы были не слишком благожелательными. «В фильме слишком много спецэффектов и никакого действия» (Ричард Шикель, журнал «Тайм»). «Один из самых неудачных триллеров в истории кино. Фильм, в котором просто нет никакого намека на последовательность событий и здравый смысл» (Майкла Сале, «Сан-Франциско кроникл»). «Фильм вызывает сожаление — столько бесполезного труда, затраченного хорошими актерами» (Стэнли Кауфман, «Нью рипаблик»). «Абсолютно лишенный юмора, очарования и сюжета фильм» (Гэл Хинсон, «Вашингтон пост»). Чуть более утешительным был отзыв в «Нью-Йорк таймс»: «Неплохая зрелищная киноверсия популярного телесериала», — написал Стивен Холден. Но, к сожалению, читатели «Нью-Йорк таймс» вряд ли относились к числу любителей фильмов с участием Тома Круза.
Фильм был запущен в прокат в среду сразу в трех тысячах двенадцати кинотеатрах перед Днем памяти. Уже вечером «Парамаунт» убедилась в том, что фильм стал хитом. Он принес на тот момент десять миллионов долларов. Были все основания полагать, что «Миссия» принесет около ста восьмидесяти одного миллиона в США и двести семьдесят пять миллионов за океаном (только в Британии фильм собрал двадцать семь миллионов). Всего же в мировом прокате «Миссия» заработала четыреста пятьдесят шесть миллионов. «Золотой глаз» — первый фильм о Бонде Пирса Броснана — вышел на экраны за полгода до «Миссии», но доход оказался на сто двадцать пять миллионов меньше.
В чем же было дело — отчего мнения критиков и публики так сильно разошлись? Причина в том, что разработчики представили фильм не под тем углом. Сюжет был слишком сложен, чтобы понять его по рекламным роликам. Критики недооценили отношения Круза с публикой. Зрители хотели только одного — увидеть любимого актера в роли супергероя, в неожиданном для него амплуа.
Этот феномен кинематографа рассматривался в книге Джозефа Кэмпбелла «Герой с тысячью лиц» (1949) — так называемом «мифе о герое». Он использовал введенное в обиход Джеймсом Джойсом слово «мономиф», чтобы объяснить тот факт, что в основе представлений о герое лежит общая модель и что приключения героя являются своего рода метафорой для общественного сознания. Хичкок выразился более лаконично: «Фильм — это другая реальность, целый отдельный мир». У этого мира свои правила, законы и цели, которые диктуют необходимость сжатия времени. Искусство кино заключается в том, чтобы успешно провести героя через все препятствия. Для зрителя очень важен момент сопереживания. Критики могут сколько угодно указывать на абсурдность сцен, где герой пробивается сквозь стену огня или поражает всех врагов одним ударом, но ведь кино — искусство и предназначено для того, чтобы невозможное становилось возможным, причем за очень короткий промежуток времени. Никто и не думает, что в реальной жизни возможно нечто подобное. В «Миссии» реализовано именно это, создатели фильма не стремились к правдоподобию, а зрители просто погружались в другую жизнь во время сеанса.
Сколько заработал на этом проекте сам Круз, сказать трудно — можно только предполагать. Обычно доходы актера от такого уровня картин составляют знаменитые двадцать миллионов долларов или же двадцать процентов от суммы сбора. Но помимо того, что Круз играл в этом фильме, он еще являлся и сопродюсером. Вместе с Полой Вагнер они вложили в этот проект четыреста пятьдесят миллионов долларов. Но «Парамаунт» обеспечила фильму рекламу, маркетинговую поддержку и распространение, так что далеко не от всей суммы сбора отчислялся гонорар создателям фильма. Они могли рассчитывать только на пятьдесят процентов, в крайнем случае чуть больше, если фильм станет суперуспешным блокбастером. В ситуации с «Круз — Вагнер продакшн» и «Парамаунт» сумма все-таки делилась пополам. Как правило, студии получают от восьмидесяти шести до ста миллионов долларов. Получается, что Том скорее всего заработал семнадцать процентов от всей суммы, то есть более семидесяти миллионов долларов.
Николь в это время тоже была занята работой. В ноябре 1993 года она стала хозяйкой комедийного шоу «Субботним вечером вживую», которое раньше вели Майк Майерс и Кристина Риччи. В Нью-Йорке она посещала актерскую студию Ли Страсберга, чтобы усовершенствовать свои знания и навыки в актерском мастерстве. Она получила явное преимущество перед Бриджит Фондой, Холли Хантер и Джоди Фостер во время кастинга фильма Гаса Ван Сента «Умереть за», и ей досталась роль ослепительной Сьюзан Стоун. «Черная комедия» являлась экранизацией романа Джойса Мэйнарда.
Сьюзан, молоденькая девушка с модельной внешностью, живущая в провинциальном городке, мечтает о карьере телезвезды. Она выходит замуж за простого парня Ларри, который хочет, чтобы его жена занималась домашним хозяйством, а не вынашивала бредовые идеи. Поняв, что муж стал препятствием на пути к карьерному росту, Сьюзан не долго думая убивает его. Роль мужа досталась Мэтту Диллону, который в фильме «Аутсайдеры» много лет назад отличился куда больше, чем Круз. Николь нравилась ее роль, и она даже находила, что у нее много общего с ее героиней: «Я тоже пережила нечто подобное, когда почувствовала, что передо мной слишком много преград, и мне понятно, что порой отношения с близкими могут мешать самореализации. Я была настоящей бунтаркой в подростковом возрасте. Наверное, я вела себя ужасно». Съемки фильма проходили в Торонто, куда Том привез дочку, и каждый раз после завтрака с Николь они вместе отправлялись на прогулку по городу, не опасаясь любопытства со стороны равнодушных и куда более выдержанных, чем их южные соседи, канадцев.
Фильм не стал слишком популярным, но он принес Николь награды общества кинокритиков в Америке и в Лондоне, а также «Золотой глобус» в номинации «Лучшая актриса в мюзикле или комедии». Кроме того, она была номинирована на премию Эм-ти-ви как «Самая желанная актриса», впрочем, в этой номинации она ничего не выиграла. Однако премию Эм-ти-ви она впоследствии все же получила за лучший поцелуй в фильме «Мулен Руж». В мужской номинации по вполне понятным причинам тогда победил Эван Макгрегор. Все эти заслуги помогли ей получить преимущество на кастинге фильма Джоэла Шумахера «Бэтмен навсегда». Партнер Круза по фильму «Лучший стрелок» Вэл Килмер одержал верх над соперником-претендентом Майклом Китоном и тоже получил роль в фильме Шумахера. Эта работа потребовала от Николь такого мастерства, которому ей вряд ли удалось бы научиться в классической актерской студии. Только в Америке фильм собрал сто восемьдесят три миллиона долларов, и если раньше лишь немногие знали, кто такая Николь Кидман, то теперь о ней знали все.
Она оценивала этот взлет как наиболее удобный момент для повышения профессионализма и участия в серьезных проектах. «Прорывом стали мои роли в «Умереть за» и «Бэтмен навсегда». Это был неожиданный, огромный успех. Я еще никогда раньше не слышала столько комплиментов в свой адрес. Оба фильма получили самые положительные отзывы. И я, конечно, была этому очень рада, но меня везде и всюду спрашивали, собираюсь ли я сниматься с Томом».
Одной из причин, по которым у Николь был такой долгий перерыв в съемках после «Моей жизни», была трагическая история. Возможностью получить главную роль в фильме по роману Генри Джеймса «Портрет леди» Николь была обязана новозеландскому режиссеру Джейн Кэмпион. Они были знакомы, Кэмпион хорошо знала все фильмы, в которых Кидман снималась в Сиднее, и ее работы на телевидении. В то время карьера Кэмпион была на подъеме. Она стала первой женщиной-режиссером, получившей «Золотую пальмовую ветвь» в Каннах за фильм «Пианино», победила в номинации на «Оскар» за «Лучший сценарий» и была представлена на эту же награду как лучший режиссер. Николь пока не могла похвастаться такими успехами, и Кэмпион пожелала стать режиссером, который познакомил бы ее с широкой публикой и работал и в дальнейшем. «Я ждала две недели не находя места, — вспоминает Кидман. — Мои нервы были на пределе. Я очень хотела получить роль в ее фильме. Я прочитала книгу, когда мне было двадцать два года, и уже тогда знала, как бы я сыграла эту героиню». Кэмпион предложила ей роль Изабеллы Эшер. К началу съемок выяснилось, что Кэмпион беременна, и процесс был приостановлен. Ситуация осложнилась еще и тем, что ребенок Кэмпион умер на первой неделе жизни.
Работа над «Миссией» шла полным ходом, но Том и Николь уже подумывали усыновить еще одного ребенка. Матерью мальчика, родившегося 17 января 1995 года, была афроамериканка. Его назвали Коннор Кидман Круз. Николь привезла его вместе с Изабеллой в Прагу на съемки «Миссии». Круз иногда брал его с собой и носил в сумке-кенгуру. До сих пор отель в Праге, где останавливалась звездная чета, использует факт проживания там Круза как рекламу. В Праге не было отелей такого уровня и класса, которые соответствовали бы требованиям голливудских знаменитостей, поэтому для них был приготовлен специальный номер, в котором ранее останавливались высокопоставленные партийные деятели и где к приезду гостей специально поменяли ковры и мебель. Они привезли с собой своего повара, но иногда Том сам готовил спагетти, чтобы отвлечься от напряженной работы.
Предприимчивый молодой чех Мартин Лукес с удовольствием был для них экскурсоводом в Праге. Когда Том хотел пройтись по магазинам, он обычно брал с собой телохранителей, но Мартин посоветовал ему отказаться от их услуг. Люди вряд ли ожидали встретить в Праге Тома Круза, поэтому такой необходимости не было. Впервые за двадцать лет Круз обходился без охраны.
На время работы в студии «Пайнвуд» он арендовал огромный дом в Холланд-парке, в западном районе Лондона. В нем было двенадцать комнат, бассейн, спортзал. Абсолютно все, что могло бы ему понадобиться, доставлялось немедленно. Изабелла в это время посещала местную школу, а ее родители нередко бывали в пабе в Челси на Кингз-роуд, где Том играл в бильярд. Крузы гуляли с детьми в Гайд-парке. Поскольку фотографии семейного отдыха знаменитостей оплачиваются очень хорошо, то папарацци преследовали их повсюду постоянно.
Круз и Вагнер возлагали большие надежды на «Миссии», поскольку планировали сделать еще один сиквел и даже перейти со временем на франчайзинг. Однако между первой и второй «Миссиями» Том успел сняться в «Джерри Магуайере» и «Магнолии», а к началу съемок «Миссия невыполнима-2» работал со Стэнли Кубриком над фильмом «С широко закрытыми глазами».
Возможно, он ждал все это время удобного момента. Когда вышел «Золотой глаз» с Пирсом Броснаном, бондиана возродилась после шестилетнего забвения. Публика успела стосковаться по супергерою, который бы обходился без плаща Бэтмена и паучьей сети, а представлял бы собой приличного элегантного джентльмена. Зрителям нравились одинокие благородные герои, которых блестяще играл Клинт Иствуд. Чтобы герой действительно запомнился и вызвал восхищение, необходимо создать атмосферу и действие, которые бы выигрышно представили самые лучшие качества исполняющей его роль кинозвезды.
Но тут сказались и другие тенденции в кинематографе. На американское кино стали оказывать влияние китайские фильмы, особенно те, где действовал один герой, решавший судьбы истории и страны. Эти картины ворвались как вихрь и разом изменили некоторые устоявшиеся взгляды на актерское мастерство и съемки боевых сцен. Фильмы о восточных единоборствах, их документальные и художественные варианты экспортировались на Запад через Гонконг, но настоящей революцией стало появление актера Джеки Чана и китайского режиссера Джона By, который снял фильм «Сломанная стрела» с Джоном Траволтой. Образцом фильма в западных традициях научной фантастики и антиутопии со сценами восточных боевых искусств стала «Матрица» братьев Вачовски, вышедшая в 1999 году. Круз понимал, что ему придется учесть все эти достижения, не забывая и о фильме «Человек-паук». Он выбрал самое выигрышное решение — нанял в качестве режиссера «Миссия невыполнима-2» Джона By, который привнес множество удачных деталей в проект.
Было заметно, насколько продвинулись вперед создатели «Миссии» со времени выхода первого фильма. «Я не стал бы рассматривать «Миссия невыполнима-2» как сиквел. Мне хотелось сделать просто отличный фильм. Когда мы начали работать с Джоном By, он сказал, что хочет сделать не просто фильм со множеством захватывающих сцен, а экшн с любовной историей. Нам пришлось приложить немало усилий, чтобы создать яркие и многоплановые характеры героев и в то же время не отступить от главного принципа — снять боевик, где были бы самые умопомрачительные трюки». Как это ни парадоксально, но вторую «Миссию» критики упрекали в бесцветности, вялости, слишком очевидной и деланной рассудочности в построении сюжета и характера персонажей. В целом фильм охарактеризовали как киновариант, изобилующий типичными недостатками телесериалов. Но Круза это нисколько не смутило — он решил продолжать двигаться в выбранном направлении.
В его актерской команде женщин не было, поэтому он вынужден был найти актрису, которая сыграла бы роль героини, колеблющейся между отрицательным персонажем (врагом) и истинным героем (Крузом). Кидман предложила взять на эту роль актрису полуафриканского-полуанглийского происхождения Тэнди Ньютон, протеже режиссера Джона Дуигана, у которого Николь снималась в мини-сериале «Вьетнам». Том был впечатлен кембриджским образованием актрисы и обратился к Роберту Тауну с просьбой доработать ее роль, чтобы она соответствовала уровню Ньютон. Хотя сценаристы поначалу планировали все же добавить в фильм нечто вроде объяснения в любви между Ньютон и Крузом, однако Джон By настоял, чтобы все ограничилось молчаливым выражением симпатии, как в «Вестсайдской истории».
Боевые сцены, которые готовили Джон By, Таун и сценарист «Стар трек» Рональд Мур, должны были гармонично вписаться в сценарий. Но в создании трюков снова самое активное участие принимал и сам Круз: «Когда снимаешь такой фильм, то всегда спрашиваешь себя, что там было бы самым уместным и эффектным, и я в этом случае мог ответить однозначно — мотоциклы». Это была правда. Том предпочитал, чтобы в фильмах, где он снимался, присутствовали сцены с мотоциклом. Вероятно, образ Джеймса Дина продолжал быть идеалом и в восьмидесятые, и в девяностые годы. Кроме того, мотоциклы ассоциировались с детством Круза. «Когда я был ребенком, я мечтал так же прыгать в седло мотоцикла, как некоторые актеры в кино, но я не хотел разбиться насмерть. Мне только хотелось лететь на огромной скорости и отрываться от земли на полном ходу, благо я никогда не боялся высоты». Надо сказать, что он много времени уделял парашютному спорту. «Мне это казалось забавным. Я любил подниматься на горные вершины, хотя не считаю себя опытным альпинистом, но всегда с удовольствием занимался этим спортом». By предоставил ему возможность реализовать свои увлечения в эпизоде с вертолетом. Том вспоминал: «Посмотри, — сказал мне By, — как красиво, какой чудесный вид на землю — весь мир как на ладони». Но, несмотря на всю свою смелость и любовь к риску, ставить под угрозу свою жизнь ни один актер на съемках не согласился бы, и Круз работал со страховкой, которую впоследствии убрали при компьютерной обработке материала.
Приняв во внимание и творчески переосмыслив весь опыт фильмов девяностых, создатели второй «Миссии» смогли довести проект почти до совершенства. Но «Парамаунт», несмотря на успех первого фильма, все же сочла целесообразным урезать бюджет продолжения на семь миллионов долларов. Пол Хичкок, английский продюсер, не смог договориться о разрешении на съемки в Испании, и поэтому снимать испанские эпизоды пришлось в Австралии. В сущности, это было ничем не чревато, но тем не менее беспокоило Тома. Он боялся, что такая подмена повредит престижу всего проекта.
На встречу с представителями «Парамаунт» на Мелроуз-авеню Том не попал, поскольку его в это время не было в Нью-Йорке. Конференция транслировалась по телемосту, правда, при этом Том видел продюсеров и исполнительных директоров, а они его — нет. Это тоже добавило немало неприятных моментов.
Перед главной бизнес-встречей Лиззи Гардинер, успешный австралийский дизайнер и художник по костюмам, получившая «Оскар» за работу над фильмом «Присцилла — королева пустыни» и завоевавшая популярность как модельер, спросила Тома, какие у него будут пожелания в отношении внешнего вида актеров. Том захотел, чтобы в этом фильме волосы у него были немного длиннее, чем обычно, а одежда включала элементы восточного стиля. Возможно, так на него повлиял режиссер Джон By. Реакция Лиззи свидетельствовала о консервативности австралийских дизайнеров, очень настороженно встречающих любое нововведение.
— В таком виде вы произведете впечатление полного идиота, — сказала она.
Столь нетактичное замечание было для него полной неожиданностью. Еще никто не позволял себе подобным образом разговаривать с Томом Крузом с тех пор, как он стал звездой мирового уровня. Пауза длилась пугающе долго.
— Ну хорошо, а как, по-вашему, я должен выглядеть? — сдержанно спросил Круз.
— Как Стив Маккуин в «Буллитте» — вся одежда высокого качества, и никаких новомодных штучек.
Снова воцарилось молчание.
— Неплохая идея, — отозвался Том.
Это было явно опрометчивое заявление, потому что с тех пор Том Круз действительно стал считать наиболее подходящим для себя стиль Стивена Маккуина.
Сюжет второй «Миссии» был не менее сложен, чем в первом фильме. Русский ученый — доктор Владимир Нехорович, работая над лекарством от всех видов гриппа, изобрел вирус, который заражает кровь и убивает человека через сутки. Одновременно с этим он создал и вакцину. Об этом становится известно Шону Амброзу (Дугрэй Скотт), который обманным путем завладевает антивирусом в самолете, усыпив всех пассажиров и летчиков. Сам Шон и его сообщники выпрыгнули с парашютами, а самолет разбился. Но Амброз не знал, что сам Нехорович был носителем вируса — он сделал себе инъекцию. Теперь Шону во что бы то ни стало нужно добыть вирус, тщательно охраняемый в здании химической корпорации, ведь здоровые люди не будут покупать лекарство. А Амброз собирался заразить весь мир, чтобы потом единолично продавать вакцину. Правительство дает задание спецагенту Итану Ханту (Том Круз). Он должен остановить злоумышленника. Помощницей Ханта становится авантюристка (Тэнди Ньютон) и бывшая любовница Шона.
Энтони Хопкинс, сыгравший роль руководителя миссии, говорит: «Это не просто трудное задание, мистер Хант, это невыполнимое задание, но вы с ним справитесь. Для вас это просто прогулка в парке». Не прогулка, а скорее — автогонка, точнее — мотогонка, поскольку в самом запоминающемся эпизоде Итан и Шон пытаются обогнать друг друга на мотоциклах. «Если бы вы только видели, что вытворяет с мотоциклом Джон By! — восхищался Круз. — Я хотел напугать зрителей, хотел заставить их переживать, как это задумывал Джон By. Мы хотели сделать боевые сцены такими реальными, чтобы можно было почувствовать близость опасности. Трюки выглядели столь правдоподобно, как будто все это происходило на самом деле. Я, делая один из них, чуть не сломал палец, но даже не обратил на это внимания. В такие моменты забываешь о себе напрочь». Еще более эффектным фильм сделали сцены борьбы в восточном стиле — Итан и Шон в них, кажется, преодолевают все законы гравитации.и Де Пальма были полной противоположностью друг другу. By каждую сцену моделировал с невероятной тщательностью, манипулируя людьми, машинами и оружием, как ребенок игрушками. Они с Томом раз за разом переделывали все и вся, стремясь достичь идеального результата. Де Пальма же запросто отказывался переделывать неудачные эпизоды. By говорил по-английски с трудом, поэтому Круз оставался главным на съемочной площадке, будучи продюсером картины, а его опыт работы с выдающимися режиссерами не мог не внушать доверие всем окружающим. Он не оставлял без внимания и работу дизайнеров. Директором картины стал еще один австралиец — Эндрю Лесни, который из-за расхождения во мнениях с Крузом скоро был заменен на Джеффри Кимболла, уже работавшего с Томом на съемках «Лучшего стрелка». Но Лесни скорее всего не пожалел об этом — у него появилась возможность заняться «Властелином колец», за которого он и получил «Оскар».
Это никак не отразилось на деятельности By. Чтобы создать идеальную маску Итана для Шона, он пригласил лучшего в Сиднее специалиста по компьютерной съемке и созданию компьютерных моделей лица. Была сделана не просто маска из латекса, а точная копия лица Шона, которая очень легко снималась. Конечно, постарался не только By.
Как сказала Пола Вагнер: «Том необычайно креативен. Без него я ничего не смогла бы сделать. Когда он работает, съемочная площадка превращается в настоящее поле битвы. Надо постоянно в темпе решать какие-то проблемы — оборудование то и дело выходит из строя, погода портится, но съемки идут полным ходом, потому что каждый день простоя — это выброшенные деньги».
После съемок Том возвращался в Сидней — в дом, где жили Николь и дети. В свою частную жизнь он никого не допускал. Службой охраны у него заведовал Майкл Довен, сотрудник частного охранного агентства. Он следил за тем, чтобы наблюдение велось круглосуточно.
Что касается музыкальных эпизодов для «Миссий», то для первой Том попросил добавить в музыку свист ветра и шум леса, а для второй заказал музыку композитору Гансу Зиммеру и выразил пожелание, чтобы прозвучала сложная гитарная партия. В последнем случае музыка подчеркивала эмоциональное напряжение отношений Тома и Тэнди. Смог ли Итан уничтожить опасный вирус, спасти девушку и избавиться от своего врага? Ответ на эти вопросы был так же предсказуем, как и реакция прессы и публики: «…фильм, рассчитанный на подростков, увлекающихся боевиками», «если это и не самый плохой фильм года, то уж точно самый нелепый и страдающий излишествами». Однако все эти отзывы нисколько не повлияли на отношения Круза с его поклонниками. Один из критиков «Нью-Йорк таймс» писал: «Этот фильм можно было бы принять только в одном случае — если бы мистер Круз надел на себя маску китайца и не снимал бы ее до самого конца». Но тем не менее в мировом прокате фильм заработал пятьсот двадцать пять миллионов долларов, то есть две «Миссии» принесли их создателям миллиард долларов. Даже учитывая, что часть от прибыли причиталась студии, гонорар актера был очень высоким. И это еще без учета тех доходов, которые принесли продажа кассет и дисков с фильмами, а также показы по телевидению.
Скептицизм и воинственное неприятие критиков, позволявших себе откровенные нападки на картину, выглядели на этом фоне столь же смешными, как в свое время негативные отзывы на «Робин Гуда — принца воров», сводившиеся к тому, что Робин не мог на самом деле доскакать за один день из Гастингса до Шервудского леса. Но это замечание можно было опровергнуть контраргументом — Робин Гуд вообще на самом деле не существовал! Как, впрочем, и Итан Хант, и Джеймс Бонд. Бонда как у суперагента было неоспоримое право на убийство. Том Круз, сняв «Миссию», дал понять, что и Бонд, и его герой имеют равные права на то, чтобы зарабатывать деньги под своей маркой.
Глава 15
Покажи мне деньги
Пока Том всячески совершенствовал свои физические данные, дабы сыграть супергероя в «Миссии», Николь не менее усердно совершенствовала свое актерское мастерство, готовясь к роли Изабеллы Эшер в «Портрете леди» Джейн Кэмпион. В прессе дуэту Кэмпион и Кидман пророчили самое блестящее будущее. Кэмпион всегда была фаворитом Каннского фестиваля благодаря Джайлсу Джекобу, который представил ее мировому киносообществу, после того как она сняла фильм «Душечка» — оригинальную и смелую трагикомедию о двух сестрах. Одна из них, Кэй (Колстон), боится деревьев, но верит в предсказателей и гадалок, а другая, Доун (Лемон), пухленькая простушка, уверена, что войдет в историю шоу-бизнеса. В самом начале внимание сосредоточено на Кэй, которая работает на фабрике в центре города. Она убеждена, что человек, описанный гадалкой как мужчина ее жизни, есть ни кто иной, как Луис (Лайкос), только что помолвленный с девушкой, работающей на той же фабрике. Кэй начинает его соблазнять, и очень скоро они уже живут вместе в какой-то халупе в самом бедном районе города. Здесь на сцену выходит ее сестра, которую все зовут Душечкой и которая вместе со своим бойфрендом, наркоманом Бобом, вламывается к ним и дом и занимает свободную комнату.
Джекоб не ошибся относительно Кэмпион — фильм «Пианино» получил «Золотую пальмовую ветвь». К Кидман критики благоволили после ролей в «Бэтмене» и «Умереть за». Обе женщины очень серьезно подходили к своей работе. Кэмпион посоветовала Кидман изучить все подробности жизни женщины в девятнадцатом веке и какое-то время поносить корсет и длинные платья по моде того времени. Николь с готовностью выполняла все требования режиссера. «Портрет леди» — это печальная история о том, как женщина делает неправильный выбор в жизни. У нее были все возможности стать счастливой, но она предпочла не того мужчину. Это попытка проникнуть в подсознание женщины настолько глубоко, насколько это возможно. Кидман стремилась сыграть эту роль как можно лучше, считая ее самой психологичной. Это было преувеличение — многие ее роли были основаны на психологизме.
К сожалению, зрители не оценили эту работу, и все усилия Николь пропали даром. Причина неудачи по большей части коренилась в непривлекательной внешности Джона Малковича, выбранного на роль главного героя. Это вызвало недоумение публики: как могла влюбиться в него такая красавица? Зато фильм дал возможность блеснуть актеру Вигго Мортенсену, впоследствии сыгравшему Арагорна в экранизации «Властелина колец» Питера Джексона.
Исторический фильм не самый лучший плацдарм для знаменитого актера, чтобы добиться абсолютного признания публики, поскольку в любом историческом фильме всегда можно усмотреть неточности, которые приравниваются к недостаткам. После съемок у Кэмпион Николь чувствовала настоятельную потребность в отдыхе, да и сам Том хотел прервать работу на время, закончив первую «Миссию». Весной 1996 года они нанимают роскошную яхту и отправляются в путешествие вдоль итальянского побережья. Это был прекрасный круиз, который, правда, дважды прерывался. Первый раз — когда Франко Дзеффирелли пригласил их погостить на своей вилле, а второй — когда Том спас жизнь пятерым путешественникам у острова Капри (на их яхте случился пожар, и пришлось взять их на борт). Счастливый брачный союз представлялся им обоим в тот период незыблемым, а между тем они уже прожили половину того срока, который им суждено было провести вместе. В том же году они были приглашены в Сидней на свадьбу сестры Николь Антонии. У Тома сложились хорошие отношения с семьей Николь, несмотря на то, что отец его супруги был специалистом по психологи и к сайентологии относился с крайним недоверием. Но в то время Том был менее озабочен проблемами сайентологической церкви, нежели теперь, и к неприязни мистера Кидмана относился терпимо. Он с удовольствием предоставил молодоженам свой персональный самолет для свадебного путешествия. Брак Николь и Тома принес им обоим не только счастливую семейную жизнь, но и удачное партнерство. Они нередко помогали друг другу в работе — Николь порекомендовала для съемок «Миссии» Тэнди Ньюмен, а Круз репетировал дома с Николь ее роль Изабеллы Эшер. В некотором смысле они были очень похожи, их вкусы и предпочтения во многом совпадали, хотя, возможно, они об этом и не догадывались, как знаменитая шекспировская пара из «Двенадцатой ночи» — Виола и Себастьян. Оба были красивы, талантливы, богаты и очень амбициозны. Оба сумели добиться мировой известности и стать самыми популярными актерами современного голливудского кино.
В 1996 году Тому не раз приходилось спасать людей. Помимо инцидента в Средиземном море, на премьере «Миссия невыполнима» он успел выхватить из толпы двух маленьких детей, которых чуть было не задавили. 4 марта он ехал через Санта-Монику и, увидев женщину, попавшую в аварию, остановился и довез ее на своем автомобиле до медицинского центра, где выяснилось, что у нее сломаны ребра и нога. Это была двадцатитрехлетняя бразильянка Элоиза Винхас, которая мечтала стать актрисой, но не могла получить работу в кино и вынуждена была работать официанткой. Счет за лечение был намного больше, чем ее жалованье, и Том оплатил все сам. В то время она была в слишком тяжелом состоянии, чтобы осознавать, кто стал ее спасителем, она узнала это немного позднее. «Конечно, я вскоре узнала, кто он, — говорила она потом. — Я думаю, его узнали бы везде, даже на Северном полюсе. Том очень хороший, благородный человек». Пэт Кингсли, пресс-агент Тома, сопровождавшая его повсюду — на всех премьерах и мероприятиях, как-то заметила: «Если у меня будут проблемы, я знаю, что Том никогда не откажется помочь».
Но вскоре отдых завершился, и Том снова приступил к работе и реализации своих замыслов. Он обратился к журналисту «Роллинг стоун» Кэмерону Кроу с просьбой помочь ему получить роль спортивного агента в фильме «Джерри Магуайер». Его не столько привлекал гонорар за эту работу, сколько желание сняться в фильме о спорте — ведь летчиком и гонщиком он уже побывал. Николь, в свою очередь, рада была избавиться наконец от корсета эдвардианского платья и приступить к съемкам фильма на совсем другую, современную тему — «Миротворец».
В течение нескольких лет продюсеры пытались реанимировать популярность Джорджа Клуни, звезды сериала «Скорая помощь», но у них ничего не получилось. Так, романтическая картина с Мишель Пфайффер «Один прекрасный день» была испорчена неудачной режиссурой Майкла Хоффмана, «Бэтмен и Робин» также оставлял желать лучшего, поскольку стал наихудшим фильмом «Уорнер бразерс» из этой серии, актерскую игру Клуни критики оценили как «полный ноль» и «так плохо, что нарочно не придумаешь».
Но Стивен Спилберг не терял веры в лучшего актера телесериала, ставшего популярным во всем мире, и предложил ему роль героя экшн без маскарадного костюма. Спилберг поручил продюсирование фильма Уолтеру Паркерсу и Бранко Ластигу и дал возможность Мими Ледер, продюсировавшей «Скорую помощь», выступить в качестве режиссера. Сюжет фильма «Миротворец» был основан на книге ирландского журналиста Эндрю Кокберна (отец актрисы Оливии Уайлд). Основная идея — Россия никогда не откажется от ядерного противостояния и не уничтожит свой ядерный потенциал, а значит, он может попасть в руки террористов-фанатиков.
Тревожный сигнал поступает в ядерный центр американского Белого дома, и в борьбу с террористами вступают полковник армии США (Джордж Клуни) и специалист по ядерной физике (Николь Кидман). Сценарий был написан таким образом, чтобы наиболее выпукло представить основную проблему отношений героев и их путь от недоверия к взаимопониманию (очень старый двигатель сюжета, изобретенный и запущенный в свое время еще писательницей Джейн Остен). Ледер и Майкл Шиффер отлично справились с поставленной перед ними задачей — разработали детали сюжета так, что они передавали обстановку хаоса, царившего на посткоммунистическом пространстве. Конечно, приходилось закрывать глаза на некоторые огрехи и не задумываться, например, над вопросом — какой смысл в том, что террористы пытались решить проблему Боснии, угрожая взорвать атомную бомбу. Но большинство зрителей, вероятно, согласятся с тем, что между кино и реальной жизнью не стоит ставить знак равенства. Герои Клуни и Кидман героически проходят через все испытания, взрывы и пламя пожара, и остаются целыми и невредимыми под пулями, чтобы выполнить свою невыполнимую миссию.
Фильм, несмотря на гиперболизм и нереальность происходящих в нем событий, получился. Клуни в этой роли был весьма органичен и сыграл своего героя превосходно. Кидман тоже заметно «подросла» с того времени, когда она снималась в роли хирурга в «Днях грома», но ее молодость все же наводила на мысль, что в таком возрасте Белый дом вряд ли поручил бы ей столь ответственное задание. В США фильм собрал в прокате сорок один миллион долларов. По сравнению с «Миссией», заработавшей сто восемьдесят один миллион долларов, это было маловато.
До сих пор в американской киноиндустрии идут споры о том, кто лидирует по части харизматичности и привлекательности — Круз или Клуни, но они скорее неуместны — на самом деле эти актеры всегда поддерживали дружеские отношения, даже играли вместе в баскетбол в Словакии, куда Круз прилетел вместе с детьми и Николь. «Меня они в игру не приняли», — с обидой вспоминала об этом случае Николь. Следует отметить, что все-таки у Тома было качество, которое сильно отличало его от Джорджа и вполне соответствовало его имиджу супергероя. Это постоянное стремление к риску, желание совершить невозможное, сильнейшее нервное напряжение, постоянный поиск новых ощущений и изыскание любой возможности испытать себя». И хотя Клуни мог выпрыгнуть на ходу из автомобиля, если это требовалось по ходу съемок, жгучего пристрастия к экстриму, как у Круза, у него никогда не было.
Тот факт, что «Миротворец» был снят по книге, написанной журналистом, мог сформировать предвзятое отношение к фильму со стороны зрителей и помешать ему стать успешным. Как это ни парадоксально, но следующий фильм, в котором снимался Круз, наоборот, стал популярным именно благодаря тому, что он был основан на сюжете, созданном журналистом. Кэмерон Кроу был одним из тех редких в Голливуде журналистов, которому удавалось писать неплохие сценарии. Удивительно, но в послевоенные годы экран завоевали как раз не английское и американское кино, а фильмы «новой волны» из Франции. В них были новаторство и блеск, и создавались они преимущественно не профессиональными сценаристами, а как раз журналистами, вдруг обратившимися к новой форме самовыражения. Среди них были Жак Риветт, Эрик Ромер, Франсуа Трюффо, Жан-Люк Годар, Клод Шаброль. Они снимали фильмы провокационные и основанные на фактах реальной жизни, такие как «Моя ночь у Мод», «Колено Клэр», «451 градус по-Фаренгейту», «Жюль и Джим» и «Уик-энд». Эти картины незабываемы. Выходя из кинотеатра, люди были под большим впечатлением — это была правда жизни, о которой хотелось задуматься или даже подискутировать.
Кэмерон Кроу вырос в Сан-Диего в Калифорнии. В детстве он серьезно болел, но уже в юности проявился его талант — он стал журналистом в одной из местных газет. Кроу выглядел настолько юным, что его всюду принимали за школьника и никто не хотел брать его на работу. В 1982 году он уже был автором книги и сценария фильма «Быстрые перемены в школе Риджмонт-Хай», в которых отразился стиль жизни тинейджеров в восьмидесятые, когда рок-н-ролл, секс и наркотики были тремя самыми большими искушениями для молодежи. Фильм Трюффо «Четыреста ударов» за двадцать лет до Кроу также поднимал подростковую тему.
Трюффо и Жан Ренуар были любимыми режиссерами Кроу, у них он многому научился, прежде чем создать собственного «Джерри Магуайера». Фильм задумывался как история жизни обычного американца, ничем не отличающегося от тысяч своих сограждан, о парне, в котором нет ничего выдающегося, который должен изо дня в день зарабатывать себе на хлеб. После двух лет бесплодных поисков прототипа Кроу нашел двух кандидатов в герои фильма. Один из них был спортивным агентом, другой — его клиентом. Сам Кроу был далек от спорта, поскольку ему были противопоказаны физические нагрузки в детстве, но тем не менее тема его заинтересовала.
«Мне понравилась эта идея. Еще никто не выбирал себе в герои спортивного агента, — сказал Кроу, — а между тем где еще можно быстро заработать много денег, как не в спорте? И я решил — почему бы не предпринять попытку честно рассказать о том, что там происходит. И я погрузился в этот безумный мир. Я стал смотреть футбол и даже стал заядлым болельщиком, путешествовавшим вместе с командами. Мне пришлось потратить уйму сил и времени, чтобы понять этих людей, то, чем они живут, образ их мыслей, их ценности и принципы». Его гидом на этом пути стал спортивный адвокат Ли Стейнберг. Именно он устраивал Кроу множество встреч и знакомств со спортивными агентами и их клиентами, в результате которых и родился образ Джерри Магуайера — героя не столько реального, сколько собирательного и идеального. Бывший прежде преуспевающим сотрудником крупной фирмы, Джерри уволен за критику начальства. Лишь два человека верят в него — влюбленная в Магуайера Дороти и Род Тидвелл — талантливый спортсмен, но нахальный и крайне злобный тип. Но обстоятельства не останавливают Джерри — он уверен в себе и твердо знает, чего хочет. И все могло бы быть как нельзя лучше, если бы не его бывшие коллеги. Для них все методы хороши — особенно если нужно доказать правдолюбцу, кто правит бал. И Джерри Магуайер знает — если он проиграет, то встать на ноги ему не удастся уже никогда. Роль поначалу планировали предложить Тому Хэнксу, но он был занят на съемках «То, что ты делаешь», зато у автора сценария появилась новая, не менее блестящая перспектива.
Том Круз был в Лондоне, где Николь снималась в «Портрете леди». Он прочитал сценарий «Джерри Магуайер» и позвонил Кроу: «Мне нравится ваша идея, я в восторге от героя и готов взяться за этот проект». Они были знакомы благодаря Шону Пенну, снимавшемуся с Томом в «Отбое» и сыгравшему роль Джеффа Спиколи в «Быстрых переменах в школе Риджмонт-Хай». Крузу и Кроу приходилось встречаться не один раз, и к тому же у них было немало общих знакомых..
Кроу был счастлив — имя Круза для фильма означало гарантию успеха. Том прилетел в Лос-Анджелес и обсудил условия сотрудничества с Кроу и продюсером Джеймсом Л. Бруксом, который был профессионалом самого высокого класса и не только в продюсировании, но как писатель — он получил «Эмми» за «Симпсонов» и «Оскар» за сценарий фильма «Язык нежности». Оба они, однако, сильно сомневались, что Круз сможет сыграть неудачника, оставалось только надеяться на это. «Откуда вы знаете, получится у меня или нет? — возразил он в ответ на их опасения. — Давайте начнем с того, что я прочитаю что-нибудь из роли».
После чтения они были приятно удивлены, но Том был не совсем доволен собой — ему нужно было разобраться в специфике роли, понять героя и то, чем он занимается, и он смог сделать это всего за пару месяцев, изучив мир спортивных агентов и принципы их работы.
К сожалению, Вайнону Райдер не утвердили на роль влюбленной и преданной Магуайеру Дороти, поскольку во время проб стало очевидно, что они слишком похожи с Крузом — настолько, что их можно было принять за брата и сестру. Продюсеры отклонили и другие кандидатуры — Кэмерон Диас, Марисы Томей, Бриджит Фонды, Паркер Поузи, Миры Сорвино, Кортни Лав и еще многих. От выбора актеров в киноиндустрии зависит две трети успеха фильма. В это время агент Роберта Редфорда порекомендовал им актрису Рене Зеллвегер, которая снималась в замечательной биографической драме о писателе Роберте И. Хауарде. У Рене оказалось огромное преимущество перед всеми прочими актрисами, участвовавшими в кастинге, — она очень успешно прошла пробу на роль молодой вдовы, которая вынуждена изо всех сил работать, чтобы поставить на ноги сына. Перед пробами она хотела снять немного денег со своего счета и обнаружила, что он пуст. Поэтому она выглядела настолько несчастной, что Кроу тут же заявил, что нашел Дороти.
Джейми Фокс, который позднее получил «Оскар» в номинации «Лучший актер» за роль в фильме «Рэй», пробовался на роль Рода, клиента-футболиста Джерри, но выбрали все же Кьюбу Гудинга-младшего, снимавшегося с Томом в фильме «Несколько хороших парней». Прибыв на прослушивание, он сразу предупредил Кроу, что не сомневается, что получит эту роль. Круз предложил разыграть один из диалогов сценария. Со стороны это выглядело так, точно эти двое не беседовали, а фехтовали, искры сыпались вокруг, и такими же они были и на экране. Очень эффектен эпизод, где Кьюба говорит: «Покажи мне деньги!»
Круз возлагал немалые надежды на свой успех в роли Джерри. «Это был очень интересный герой и трудная роль, мне не доводилось раньше делать ничего подобного. Обычно людям кажется, что все в фильме выдумано, но это не так. Кэмерону пришлось изучить сотни реальных историй, прежде чем появился стоящий сценарий».
Возможно, наиболее привлекательной чертой Магуайера является его способность верить в то, в чем все остальные давно уже разочаровались. И он внушает такое же доверие к себе, несмотря ни на что, вот почему Дороти любит его вопреки всем его неудачам. Может ли такое оптимистическое начало гарантировать счастливый финал? Ответ на этот вопрос дать так же сложно, как заранее предсказать коммерческий успех фильма.
Тем не менее фильм понравился публике. Вполне вероятно, что не последнюю роль в этом сыграла попытка создателей фильма показать различные стороны героя — не только готовность взяться даже за почти проигрышное дело, но и его отношения с любимой женщиной и ее шестилетним сыном. «Ко мне подходили люди и благодарили за эту картину, потому что она не только о победе над отчаянием, но и о любви, которая помогает нам выстоять», — говорил Том.
«Оскар» Том снова не получил, но награду получил Кьюба как актер второго плана. Лучшим актером в тот год был признан Джеффри Раш за роль пианиста Дэвида Хэлфготта в фильме «Блеск».
А между тем это была уже пятая картина Тома Круза, собравшая в прокате больше ста миллионов долларов.
Глава 16
Очарованные Кубриком
Летом 1996 года звезда Тома Круза сияла ярче всех прочих звезд на небосклоне Голливуда. Каждый из пяти фильмов с его участием собрал в прокате более ста миллионов долларов: «Интервью с вампиром» — сто пять миллионов, «Несколько хороших парней» — сто сорок один миллион, «Джерри Магуайер» — сто пятьдесят четыре миллиона, «Фирма» — сто пятьдесят восемь миллионов, «Миссия невыполнима» — сто восемьдесят один миллион. Прокат на телевидении, тиражирование на дисках и кассетах принесло полмиллиарда долларов, от которых Том также получил свою часть. Тем не менее, он всегда утверждал, что работает не ради денег: «Если вы получаете огромные деньги, но сами недовольны своей работой, какой в ней смысл?» Теперь он мог не браться за любую работу, а делать только то, что хотел сам. В любом случае у него в запасе всегда был вариант еще одной «Миссии», которую от него ожидала «Парамаунт».
Но Том, несомненно, рассчитывал на нечто большее, на какую-то счастливую случайность, и она появилась — Стэнли Кубрик прислал ему сценарий фильма «С широко закрытыми глазами» с предложением главной роли. Как отреагировал на это актер? Он был счастлив, поскольку уже давно мечтал работать с Кубриком.
Николь все еще находилась в Лондоне, шел завершающий этап съемок «Портрета леди». И ей тоже был прислан сценарий Стэнли. «Я была в шоке, — вспоминает она. — Стэнли предлагал мне роль Элис Харфорд, жены главного героя. Он просил меня не торопиться с ответом, хорошенько подумать над его предложением». Она согласилась немедленно и сообщила о решении своему агенту, который ничуть не удивился такому повороту дела. «Он сказал, что Стэнли уже полгода присматривался ко мне, с интересом смотрел фильмы с моим участием».
Том, не дочитав восьмидесятипятистраничный сценарий, дал свое согласие Кубрику и пообещал прибыть в Лондон в самое ближайшее время. Работать с Кубриком подчас бывает очень непросто, съемки могут затянуться, но ни Николь, ни ее супруг от фильма с таким режиссером отказываться не собирались. «Представьте себе, что вы всю жизнь мечтаете о фильме, который может снять только Стэнли Кубрик, и вдруг вам приходит предложение сделать это. Пусть даже работа займет два года, оно того стоит».
У Николь было очень мало свободного времени. Ей приходилось присутствовать на съемочной площадке каждый день, поэтому, чтобы встретиться с Кубриком, пришлось воспользоваться вертолетом. Кубрик и сам был любителем перелетов, он дал Тому координаты для посадки, и они приземлились точно позади его поместья, объединявшего несколько домов с остроконечными башенками, построенных в викторианском стиле. Там Стэнли и Кристина предпочитали работать — Кристина рисовала, а Стэнли занимался доработкой сценариев и решал деловые вопросы.
Стэнли ждал их прилета одетый в голубой пиджак с черными пуговицами. Его соавтор по сценарию «С широко закрытыми глазами» Фредерик Рафаэль говорил, что со стороны его тогда можно было принять за служащего железнодорожной компании. Даже Николь поразил его внешний вид: «Он действительно был одет неожиданно просто, но в его глазах было что-то такое, что никогда не позволило бы вам принять его за обычного человека. У него был очень живой, острый, пронзительный взгляд. Я очень волновалась в первые минуты нашего знакомства».
Кубрик начал разговор с воздушных полетов, проводив их на лужайку, где красовалась его собственная коллекция вертолетов. Хотя он и умел управлять ими, но сам все же не летал, даже в качестве пассажира. В доме у него была установлена радиоточка, которая транслировала переговоры всех частных пилотов, которые находились в небе в зоне досягаемости. Стэнли рассказал, что хотя международным языком пилотов является английский, тем не менее в ситуациях чрезвычайных или в моменты особого волнения пилоты, случается, переходят на свой родной язык. Из-за этого погибли не менее пятисот семидесяти восьми человек при перелетах в англо-испано-французской зоне.
После этого тему сменили — Том и Стэнли принялись обсуждать спорт. Стэнли вырос в Бруклине и долгое время играл в местной футбольной команде. Гости перешли в дом и сели за стол на кухне, сервированный вином и фруктами, которыми мог подкрепиться любой находящийся в доме коллега Кубрика по работе. К ним присоединились дочери Стэнли Катарина и Аня, а также его жена Кристина.
Как это ни парадоксально, но никакой встречи Тома и Николь с этим режиссером не произошло бы, если бы не его жена Кристина. Впервые Стэнли прочел «Повесть-мечту» Артура Шницлера, которая стала основой для сценария С широко закрытыми глазами», в пятидесятые годы, как раз когда он познакомился с Кристиной, которая была немкой по происхождению и пробовалась на роль ресторанной певицы в фильме «Тропы славы». Она вспоминала: «В пятидесятые в Европе негативно воспринимали засилье американцев в психоанализе. Просто многие люди, которые приходили на сеансы психоанализа для того, чтобы избавиться от своих комплексов, уходили после них еще больше несчастными. Психоанализ полезен, но лишь до определенных пределов, его нельзя превращать в культ». Тогда Терри Сауверн дал Стэнли «Заводной апельсин» Берджеса: «Брось Шницлера, читай вот это». Кубрик немедленно погрузился в роман Берджеса, и идея снять фильм по новелле Шницлера была забыта. Но спустя много лет он все же вернулся к ней.
Шницлер был психотерапевтом, другом Фрейда. Жил в Вене. Он был приверженцем теории сновидений и считал сны основным ключом к подсознанию человека. Венский режиссер Билли Уайлдер мечтал снять фильм по его новелле, но не смог найти денег для этого. Луи Маль сообщил ему, что снял фильм за два миллиона долларов, который называется «Черная луна» и представляет собой как бы сон во сне, на что Уайлдер ответил ему: «Считай, что без толку потерял два миллиона».
Кубрик предлагал «Повесть-мечту» нескольким сценаристам в течение многих лет, но никто из них не выразил желания взяться за эту работу. Фредерик Рафаэль тоже сильно сомневался, прежде чем дать согласие на это, хотя со времени его последнего успешного проекта прошло около тридцати лет. Но Кубрик настаивал. Он хотел, чтобы местом действия стал современный Манхэттен, и категорически был против того, чтобы супруги были евреями. Он решил, что фамилия у Билла и Эллис должна быть Харфорд, от сокращенного имени Харрисона Форда.
Из-за этих изменений в первоначальном варианте сценария Рафаэль рассорился со Стэнли. Леон Витали, правая рука Стэнли в течение двадцати пяти лет, рассказывал, что Кубрик очень требовательно относился к подбору актеров. Он просматривал огромное количество записей с прослушиваниями и по ходу вносил правку в сценарий и изменения в характеры героев. Если актер нравился ему, но не годился на предполагаемую роль, он мог создать для него персонаж, который бы гораздо больше соответствовал его натуре. Он никогда не приостанавливал работу, переделывая что-либо, мог объединить две сцены в одну или, наоборот, заменить одну другой, если, на его взгляд, так было целесообразнее в контексте фильма.
Через три месяца после смерти Стэнли Рафаэль опубликовал воспоминания о съемках «С широко закрытыми глазами», заявив, что он наконец может высказать свое мнение. «Кубрик никогда не объяснял, почему ему нравится какая-нибудь сцена. Он мог сказать, что ему это кажется забавным и поэтому это хорошо, но не более. Он с большим недоверием относился к тем эпизодам в сценарии, где были какие-либо шутки или вообще что-либо смешное. Вероятно, потому что смешные сцены лучше не менять, иначе их изюминка будет утрачена, а ему всегда все хотелось изменить. Джозеф Л. Манкевич как-то заметил, что хороший сценарий — это такой сценарий, где все ясно и понятно без каких-либо двусмысленностей. Пожалуй, Кубрик с ним согласился бы. Сценарии, страдающие недосказанностью, не могут стать хорошей основой для фильма. И к тому же он не хотел, чтобы в ход съемок вмешивался кто-либо, кроме него, был против того, чтобы на его видение героев и событий влиял кто-то еще. Если сцена носила отчетливый отпечаток моего стиля, моего мировоззрения, моего представления, это означало, что он ее не примет».
Кубрик знал, кого он хочет видеть в роли главных героев в своей картине, потому что следил за творчеством Николь и Тома уже давно. Он следил за успехами Николь и не выпускал из поля зрения Тома с тех пор, как на экраны вышел «Рискованный бизнес». Больше всего он восхищался им в «Человеке дождя» и «Рожденном четвертого июля». Прощаясь, Том и Николь обсудили со Стэнли все подробности сценария. Он воскликнул напоследок: «Это фильм не о сексе, а о сексуальной одержимости и ревности!»
«С широко закрытыми глазами» — название, подсказанное Стэнли образом Тиресия, легендарного древнегреческого прорицателя, который, будучи слепым, предупреждал зрячих: «Ваши глаза открыты, но вы не можете видеть». В этом названии содержится также и намек на то, что ревность нередко ослепляет человека и он видит мир не таким, каков он есть на самом деле. Билл Харфорд ревнует свою жену не потому, что знает о ее измене, а всего лишь потому, что воображает, что было бы, если бы она изменила ему. Причиной этих подозрений становится неосторожное признание Элис в том, что однажды у нее возникло желание уступить искушению — отдаться другому мужчине. Она, возможно, делает это лишь для того, чтобы расшевелить мужа, — обычная любовная прелюдия, но это признание глубоко ранит Билла и потом беспокоит его постоянно. Он задается вопросом, смогла бы она оставить ради любовника мужа и дочь, если страсть возьмет над ней верх.
Не находя ответа и постоянно испытывая чувство тревоги, он всюду начинает усматривать подтверждение своих опасений. Начинает ли он думать о мести? Как бы то ни было, он сам себя наказывает, все время представляя себе, как его жена занимается сексом с морским офицером, чего на самом деле никогда не было. Пожалуй, это наиболее впечатляющий эпизод в фильме.
Билл стремится, пусть и бессознательно, компенсировать свои страдания. Он снимает проститутку, но отказывается от секса, заплатив ей деньги, поскольку в это время ему звонит Элис. Его старый приятель Ник дает ему адрес, где проходят странные оргии. Билл берет напрокат маску и плащ и отправляется туда — из любопытства. Там люди в масках и плащах занимаются чем-то наподобие религиозного ритуала, напоминающего мессу. К нему подходит обнаженная женщина в маске и предупреждает, что ему грозит опасность. И действительно, он не может назвать второй пароль, который знают лишь посвященные, и его разоблачают. Тогда женщина предлагает собравшимся искупить его вину и принести себя в жертву.
Элис спит, когда он возвращается домой. Он будит ее, и она рассказывает, что видела себя во сне голой среди огромного количества мужчин, с которыми она занималась сексом. Позже Билл узнает, что проститутка, от секса с которой он отказался, больна СПИДом, а женщина из особняка, где состоялась оргия, погибла в номере отеля из-за передозировки наркотиков. За Биллом начинают следить, ему пригрозили расправой с ним самим и его семьей, если он попытается что-нибудь выяснить. Мистер Зиглер вызывает его к себе и говорит, что сам был одним из участников оргии, что женщина погибла случайно и ее никто не убили, но больше ему знать незачем. Вернувшись домой, он находит Элис и дочь целыми и невредимыми. Тогда он рассказывает ей все, что с ним произошло.
Было ли все это на самом деле? Или же это был кошмарный сон? Или сон наяву? Разумеется, часть реальности в этом сне все же присутствовала. Элис прощает его: «Одна ночь не стоит всей жизни». Но Билл все же чувствует, что в нем самом что-то изменилось: «Ни один сон не бывает только сном».
Это весьма сложный и очень глубокий фильм. Кубрик ничего не объясняет и ничего не навязывает зрителю: он лишь пытается показать, каким образом наш внутренний мир и наше воображение переплетаются с реальностью. Том и Николь смотрятся в нем очень органично, поскольку восемь лет их брака дали им тот опыт, который помог создать образы героев, идеально соответствовавшие замыслу режиссера. Нельзя усомниться в том, что они любят друг друга. Показательна сцена в уборной, когда Элис спрашивает мужа, как она выглядит.
— Прекрасно, — отвечает он.
— А прическа?
— Великолепна.
— Ты даже не смотришь на меня.
Они привыкли доверять друг другу, и ни один из них не сомневается в верности партнера, поэтому никто из них не ревнует. Элис танцует на балу с каким-то обольстительным поклонником, а ее муж прогуливается с двумя фотомоделями. Наоборот, такие развлечения придают пикантность их отношениям. Героиня Николь балансирует на грани измены и все-таки находит в себе силы устоять. Она вовремя прекращает флирт с незнакомцем и напоминает ему: «Я замужем». Том вспоминал: «Стэнли она очень нравилась. Он говорил, что именно такой и представлял свою героиню». Но ни один поступок в жизни не проходит бесследно, как внешне, так и внутренне. Сам факт, что жена флиртует с кем-то, пусть и безобидно, должен был рано или поздно вызвать у Билла мучительные сомнения: а не захочет ли она когда-нибудь переступить эту грань и пойти дальше? Героиня Николь говорит, что ей нравится находиться в опасности, нравится играть в эту сомнительную игру, но тем не менее она всегда чувствует грань, которую нельзя переступить. Во время съемок Николь даже больше, чем Том, старалась оправдать ожидания Кубрика: «Я была сама не своя — все время боялась, что все еще что-то делаю не так. Мне надо было произносить очень длинные монологи, и я боялась сбиться, но Стэнли сказал: «Делай что хочешь, я даю тебе полную свободу. Просто представь, что ты — Элис»». Через полтора года она действительно оказалась в положении своей героини…
Том тоже чувствовал, что их семейные отношения претерпевают какие-то изменения. «Я был счастлив, что мы стали сниматься в этом фильме после того, как состояли в браке столько лет. В первый год после свадьбы мы не смогли бы сыграть так хорошо. Это очень странные герои. В их отношениях есть внутреннее противостояние, и их одолевают очень сложные, противоречивые эмоции. Вся эта история как будто вторгается в вашу личную жизнь. Работа со Стэнли получилась очень напряженной, но мы сделали, все, что от нас зависело».
Кубрик всегда делал несколько разных вариантов одной и той же сцены. Случалось, он возвращался к первому, но бывало и наоборот. Николь это нравилось: «Он заставлял думать, все время проигрывать разные варианты, смотреть на ситуацию с разных сторон. Получалось так много проб, что каждая сцена была досконально разложена на самые мельчайшие подробности. Это был очень интересный опыт».
Я был знаком с одним актером, которому тоже довелось работать с Кубриком, — с Мюрреем Мелвином, снимавшимся в «Барри Линдоне». «Кубрик заставляет актеров переживать эмоции героев, которых они играют, размышлять. Ему важно, чтобы все жесты и даже слова были подсказаны интуицией самого актера, а не заучены с чьей-то подачи. Для него важно все — каждое движение, каждый взгляд, каждая деталь. Чтобы достичь предельной выразительности, он делает огромное количество проб. Он никогда не скажет актеру: «Я хочу, чтобы вы сделали вот это и вот это и ничего больше», — он всегда ждет, что актер найдет наилучшее решение самостоятельно».
Глава 17
Прощание со Стэнли
Во время одиссеи со Стэнли Кубриком Том жил сначала в Холланд-парке в западной части Лондона, стараясь сохранять инкогнито во время прогулок по Гайд-парку и при посещении любимого паба в Челси. Но поскольку необходимо было находиться поближе к студии, он решил вместе с семьей и обслугой переехать в георгианский особняк с двенадцатью комнатами неподалеку от Шенли в Хартфордшире. Там няни, телохранители, повара и персональные тренеры могли бы разместиться с полным комфортом, а супругам удобнее было бы проводить с двухлетним Коннором и четырехлетней Изабеллой побольше времени. К тому же там Изабелла смогла пойти в местную школу и посещать занятия верховой езды.
Однако напряженная работа ничуть не мешала полноценному отдыху. Личный джет Тома находился поблизости, в аэропорту Эльстри, и на нем семья часто отправлялась в горы Шотландии. Николь, увлекавшаяся творчеством сестер Бронте, давно мечтала посетить места, связанные с их жизнью. «Эта природа, ее красота всегда вдохновляли писателей и поэтов». Там они побывали и в доме Вордспорта, а после того как съемки закончились, даже жили некоторое время в коттедже в тех местах.
Конечно же, такие путешествия были возможны только потому, что у Николь было тогда гораздо больше свободного времени, нежели у ее мужа. Она тратила всего пару часов на просмотр сценариев, а потом весь день старалась настроиться на съемки или, как она шутила, «представляла, как занимается любовью с морским офицером». «Стэнли хотел, чтобы в этом было что-то почти порнографическое и непристойное, — вспоминала она. — Он не то чтобы указывал мне, что делать, скорее, наоборот, я сама старалась сделать эту сцену максимально убедительной, потому что она действительно была очень значима в контексте фильма. Ведь, по сути, все вращается вокруг этого мимолетного, но навязчивого сексуального идефикса. Никогда не стала бы придавать такое значение сексу, если бы работала с другим режиссером, но все же играть эту роль было нелегко, ведь я была замужем».
Когда Стэнли удостоился награды Венецианского фестиваля за достижения в области кинематографа, но отказался прилететь на церемонию 6 сентября 1997 года. Решено было, что Николь получит «Золотого льва» вместо него. К несчастью, дата церемонии совпала с датой похорон принцессы Дианы, которая дружила с Томом и его женой. Николь предупредила Стэнли, что вряд ли полетит в Венецию, однако он тут же достал карту Лондона и нашел на ней станцию метро «Вестминстер», находившуюся в двух шагах от аббатства, где проходила траурная церемония. Оттуда Николь могла бы очень быстро доехать на поезде до станции «Хиллингтон» и успеть на самолет. Он позвонил Джулиану Сениору, чтобы поделиться своими соображениями на этот счет. Джулиан вежливо ответил ему, что вряд ли Николь понравится подобное приключение и к тому же быстро выехать из центра города в день похорон принцессы Дианы вряд ли удастся, поскольку соберется огромное количество народу. Том тоже попытался решить эту проблему — он предложил доставить Николь в аэропорт Сити, но и этот план был отвергнут. В конце концов награду, присужденную Стэнли, получила Джейн Кэмпион, режиссер фильма «Портрет леди», присутствовавшая на фестивале.
Том, проводивший во время съемок много времени со Стэнли, привык к некоторым его странностям, но однажды режиссер выглядел особенно подавленным во время прогулки. Умерла одна из его любимых кошек — Присцилла. У Стэнли было семь кошек и несколько собак. Как и полагается, последние постоянно гоняли первых. Повсюду в доме были маленькие окошки в дверях, чтобы кошки могли «ходить сами по себе». Присцилла, метнувшись от собаки, насмерть разбилась о дверь. Стэнли очень долго переживал, но потом решил сделать окошки побольше и обвести их красной краской, чтобы их было видно издалека. Стэнли буквально зациклился на кошках. Том вспоминал, что он постоянно беспокоился — все ли ножи и вилки убраны в ящики, чтобы кошки не могли о них пораниться. Хотя Стэнли никогда не анализировал фильм досконально, в его замечаниях уже сквозило все то, что он хотел бы увидеть. «Я считаю идеальным для экранизации роман, в котором описывается внутренняя жизнь героев, а не просто одно действие сменяется другим. Такое произведение заранее задает настроение режиссеру, и он должен чутко и внимательно относиться ко всем тонкостям сюжета. Кроме того, через действие на экране нужно передать текст романа».
«Я вообще считаю, что в фильме или в пьесе нельзя напрямую показывать правду жизни. Это следует делать косвенно, путем намеков — так, чтобы заставить зрителя самого делать выводы и разгадывать замысел постановщика. Нужно апеллировать к глубинным возможностям человеческого сознания, к интуиции и ассоциациям и воспоминаниям. Тогда фильм будет интересным. К тому же сама правда жизни не является одноплановой и одномерной. Она слишком разносторонняя, слишком противоречивая, чтобы утверждать что-либо однозначно. Каждый зритель должен увидеть то, что актуально именно для него. Нельзя навязывать всем только свое собственное видение, понимание. Для кого-то оно может оказаться абсолютно неприемлемым, лучше предоставить зрителю возможность самому разгадывать загадки».
Большинство критиков не прониклись этим фильмом. «Где здесь Том Круз?» — вопрошали они в ноябре 1998 года. «Том сильно рискует: съемки в эротическом триллере Стэнли Кубрика могут стоить ему двух бесполезно потерянных лет, как раз когда его карьера достигла своего расцвета». Возможно, со стороны это выглядело как совершеннейшее безумие для тридцатишестилетнего актера, сумевшего покорить мир и стать одной из ключевых фигур в Голливуде, — сниматься вместе с Николь Кидман в фильме, который вызвал всеобщее недоумение.
Том предпочел уклониться от прямого ответа на эти нападки и отправился в Торонто, на кинофестиваль, где он занимался промоушеном фильма Полы Вагнер и Роберта Тауна, выступившего в качестве режиссера «Без предела». Фильм был посвящен истории знаменитого атлета Стива Префонтейна, умершего в возрасте двадцати четырех лет. Критики были в восторге, а публика — разочарована. Сборы составили только двадцать пять миллионов долларов, что для США очень мало. Изначально предполагалось, что Стива должен сыграть Том (вместо Билли Крудапа), а его тренера — Томми Ли Джонс (вместо Дональда Сазерленда). Однако сама идея фильма, несмотря на все свои достоинства, коммерческой явно не была.
В Торонто Том все же выступил в защиту фильма Кубрика: «Для актера не имеет значения, в скольких фильмах он снимался. Сколько фильмов нужно, чтобы достичь вершины? Никто это не знает. Зато я знаю, сколько сил, времени, энергии, надежд забирает работа над каждой картиной. Потому что я делал фильмы и сам. И теперь я хочу поступать так, как считаю нужным. Я не хочу дожить до семидесяти лет и вдруг осознать, что так и не сделал то, о чем всегда мечтал». Несмотря на то, что фильм «С широко закрытыми глазами» не принес ему больших денег, Том был настроен весьма оптимистично: «Мне говорят: «Ты потерял сорок, шестьдесят, восемьдесят миллионов. Ты потерял все деньги. Ты потерял время попусту». Я не понимаю такого отношения. Я живу так уже восемнадцать лет. Я зарабатываю деньги, и очень большие деньги. И это замечательно. Но почему нужно ограничиваться только деньгами? Есть вещи, которые делаются не ради денег. Я знаю, что это звучит странно для многих. Но иметь возможность работать с великим режиссером дороже денег».
Выглядело все это в глазах публики так, словно Ганс и Грета (Том и Николь) были околдованы и похищены злым волшебником (Кубриком). Для начала проката фильма ситуация складывалась критическая, и «Уорнер» решила отложить его премьеру с Рождества до лета 1998 года. Говорили, что вместо Харви Кейтеля должен был сниматься в роли Зиглера Сидни Поллак. Поллак был другом Стэнли и Тома, с которым он уже работал над фильмом «Фирма», поэтому, конечно же, согласился принять участие в этом проекте, когда Кейтель вынужден был отказаться от него ради другого предложения. Потом распространились слухи, что Дженнифер Джейсон Ли тоже выбыла из актерского состава, и это было правдой, поскольку она начала работать с Дэвидом Кроненбергом над фильмом «Экзистенция», и Стэнли вынужден был отказать ей, потому что ее постоянные отъезды создавали слишком много трудностей для всех остальных.
Остро стоял вопрос и с рейтингом фильма. Эпизод сексуальной оргии и обнаженные тела должны были обеспечить ему рейтинг не ниже R, но по требованию «Уорнер бразерс» Стэнли пришлось компьютерным способом нивелировать эти эпизоды, чтобы не вызвать возмущение широкой публики. В разных странах приняты различные требования к откровенным сценам, но сложнее всего было с Японией, где недопустима демонстрация гениталий и других интимных частей тела.
Том высказался по этому поводу в августе 1998 года: «Я все время ждал окончания работы и немного боялся его. Не хотелось расставаться с проектом и со Стэнли тоже. Когда этот день все же пришел, я обнял его и, поцеловав на прощание, сказал: «Я люблю тебя, Стэнли, и ты это знаешь». Он ответил: «Я тоже люблю тебя».
Николь тем временем погрузилась в изучение работ Артура Шницлера. Она уже начала репетировать свою роль в его знаменитой пьесе «Хоровод». Ее партнером должен был стать Йен Гленн. Большая, часть действия происходит в постели. Актеры, естественно, обнаженные.
Круз на время этих репетиций уехал в Лондон, где жил в доме с видом на Реджент-парк, аренда которого стоила четыре миллиона долларов. Там Том снова оказался участником драматических событий. Его соседка миссис Рита Саймондс, когда выходила из машины, подверглась нападению двух грабителей. Она испугалась за свою двухлетнюю дочь, которая оставалась в машине, и громко закричала. Круз тут же отправил ей на помощь своего охранника. «Том просто спас меня, — сказала тогда миссис Рита, — благодаря ему мы остались целы и невредимы». Правда, грабители, убегая, прихватили драгоценности миссис Риты на восемьдесят семь тысяч фунтов стерлингов.
Еще до того как были закончены съемки «С широко закрытыми глазами», Николь начала работу в фильме «Практическая магия», где она играла сестру-ведьму героини Сандры Баллок. Николь не сидела без дела ни дня. Когда она приехала представлять «С широко закрытыми глазами» в Венецию, у нее едва-едва хватало времени, чтобы давать пресс-конференции и успевать на встречи, поскольку интерес вызывали обе ее последние работы.
Том был готов приступить к съемкам второй «Миссии». Его партнерами стали Пола Вагнер и «Парамаунт». Но в тот момент только-только начинались обсуждение особенностей картины с режиссером Джоном By и отработка сюжета под руководством Роберта Тауна.
Стэнли был занят вопросом распространения фильма. Он работал дома, но постоянно поддерживал связь с «Уорнер». Сам выбрал дату для мировой премьеры. У него был постоянный помощник — Леон Витали, занимавшийся и кастингом фильма «С широко закрытыми глазами», и другими делами еще в период работы над «Барри Линдоном». Вскоре был готов тридцатисекундный рекламный ролик к фильму, где Николь и Том занимались любовью под музыку Криса Исаака. На постерах взгляд Николь в это время был устремлен куда-то в сторону. Это должно было символизировать неоднозначность их интимных взаимоотношений. Жена Кубрика не хотела, чтобы Стэнли привносил в фильм какие-то подробности их собственных брачных отношений. Том относился к этому проще: «У нас крепкий брак, он это выдержит. И мы настоящие друзья, поэтому я ничего не боюсь». Николь воздерживалась от комментариев на эту тему: «Реальность и фантазии переплетаются в этой картине. Все выглядит загадочным и пугающим настолько, что смотришь и не можешь оторваться. Если задуматься, можно найти в нем ответы на многие вопросы в отношениях между мужчиной и женщиной. Он очень поучителен». Стэнли добавил: «Есть некоторые вещи, которые я опасаюсь говорить о браке, и меня беспокоит, не повлияют ли они на отношения Тома и Николь».
К концу февраля 1999 года фильм был смонтирован и озвучен. 2 марта без четверти одиннадцать утра Том и Николь пришли на частный просмотр фильма. «Это было незабываемое ощущение, — сказала тогда Николь, — видеть себя с неожиданной стороны». Фильм понравился им обоим. Они тут же позвонили Стэнли и поделились своими впечатлениями.
Николь в то время играла в постановке «Голубой комнаты» на Бродвее, несмотря на то что у нее была сильная простуда. Том должен был вернуться в Сидней, чтобы продолжить съемки второй «Миссии». Стэнли занимался вопросами маркетинга с Джулианом и Леоном.
В половине восьмого утра Джулиан подъехал, как обычно, к дому Кубрика. Зазвонил его мобильный телефон. Это был помощник издателя Стэнли. «С ним что-то случилось, — коротко сказал он. — Боюсь, сегодня мы работать не будем».
Джулиан поспешил доехать как можно скорее. Когда он вошел, сцена напоминала эпизод русского кино. Кристина рыдала, две ее дочери плакали на кухне, а ее брат ходил потерянный и подавленный.
Стэнли умер ночью от обширного инфаркта. «Он почувствовал себя плохо, он очень устал вчера. Инфаркт обычно и случается в такие периоды, — позднее вспоминала Кристина. — Он ведь никогда не заботился о своем здоровье. Боялся врачей, потому что был сыном врача. Он не сомневался, что с ним все будет хорошо».
Леон позвонил Тому в Сидней. «Я был просто в шоке, когда услышал о его смерти. В это невозможно было поверить. Мы ведь два года работали вместе».
Джулиан позвонил Николь в Нью-Йорк. «Нельзя передать, что это было за чувство. Я не могла с этим смириться первое время. Это было несправедливо. У него было столько замыслов, столько планов».
После смерти Стэнли перед близкими ему людьми встала проблема — никто в доме не знал, чем кормить его собак, поскольку он всегда занимался этим сам и сам покупал для них еду. Он приходил в магазин инкогнито, а поскольку его мало кто знал в лицо, то он мог это делать совершенно спокойно. Его дочь Катарина вспоминала: «В фильме «С широко закрытыми глазами» есть сцена, когда Том приходит в госпиталь в Лондоне. Все было оцеплено полицией во время съемок, и, когда приехал Том, собралось много людей, они кричали: «Том, мы тебя любим!»» Ее мать добавила: «Стэнли, наблюдая за этим из машины, сказал, что это просто ужасно — Том словно царь Мидас: куда бы он ни пошел, ему нигде нет покоя».
Похороны были назначены на 12 марта. Стэнли просил, чтобы его похоронили поближе к его дому. Получить разрешение на это оказалось нелегко, и только поздно ночью этот вопрос удалось урегулировать.
Том и Николь прибыли из Сиднея. «Я не мог успокоиться, пока мы летели в Англию. Не мог принять его смерть как что-то логичное и естественное. Вообще не мог сжиться с мыслью, что больше его нет, что мы никогда больше не будем с ним разговаривать, гулять и обедать вместе, не будем сидеть у камина. Разве можно было представить, что все так внезапно оборвется?»
Стивен Спилберг собирался работать вместе с Кубриком над его следующим проектом, «Искусственный разум». Известие о смерти Кубрика прогремело как гром среди ясного неба и повергло его в глубочайшее уныние: «Мы все скорбели о его уходе, каждый из нас утратил вместе с ним так много».
Том был удручен и растерян не меньше, чем родные Стэнли. Позже он всегда вспоминал о нем с обожанием и восхищением, был признателен ему за огромный талант и счастье совместной работы. Николь полностью разделяла его чувства: «Стэнли был одним из немногих, кто умел делать незабываемые фильмы. Он был великолепным рассказчиком и предвидел очень многие вещи, которым суждено было произойти в будущем. С его смертью мир утратил часть своей красоты».
После похорон Терри Семел, глава «Уорнер бразерс», отвел Тома и Леона Витали в сторону и попросил позаботиться о дальнейшей судьбе фильма, тем более что ему не требовалось никаких доработок и переделок, поскольку Стэнли всегда очень тщательно делал свою работу. Необходимо было заняться рекламой и распространением — тем, что Кубрик не успел. Том отлично знал, что успех фильма во многом зависит от зарубежных агентов, которые будут представлять фильм к показу в разных странах мира. Важно, чтобы дублирование фильма на других языках было качественным и соответствовало облику актеров. Он относился к этому почти с фанатизмом.
Премьера «С широко закрытыми глазами» состоялась в Америке 13 июля 1999 года в Лос-Анджелесе. Мать Тома, посмотрев фильм, обняла его и поздравила с одной из лучших работ в кино. Но критики были иного мнения. Отзывы на фильм были разными, несмотря на популярность Круза. Прибыль же превысила сборы от всех прочих картин Кубрика — пятьдесят шесть миллионов.
Но Стэнли не собирался снимать блокбастер, и это уже само по себе сделало его проект не столь коммерческим, как ожидала публика. Критик Джереми Хэллмен писал: «Это настоящий шедевр кинематографа девяностых, своего рода феномен и образчик великого мастерства». Молли Гаскелл в «Нью-Йорк таймс», напротив, сочла, что Круз даром потерял время и смотрелся в фильме нелепо: «Нужно очень любить актера, чтобы простить ему стремление сыграть в фильме величайшего режиссера, в творчество которого его амплуа никак не вписывается. Вероятно, талантливым режиссерам и талантливым актерам просто не следует работать над совместными проектами. Круз неорганичен в роли главного героя в экранизации психоаналитического квеста Шницлера, поскольку рефлексия, противоречия и сомнения никак не вяжутся с его имиджем».
Однако ведь и когда состоялась премьера «Мадам Баттерфляй» Пуччини в «Ла Скала» в 1904 году, зрители приняли ее резко отрицательно, а критики и вовсе называли «неприятным происшествием». Прошло время, и оперу признали шедевром во всем мире. Возможно, причиной неуспеха фильма стало и то, что он появился на экранах в тот год, когда «Оскар» за лучшую режиссуру и лучший сценарий получила «Красота по-американски», снятая, к слову сказать, Сэмом Мендесом, режиссером, который поставил и «Голубую комнату», где играла Николь.
Том и Николь провели вместе все то время, пока фильм готовился в прокат в Лондоне, они фактически стали его брендом и не могли отказаться от того, чтобы представлять его публике. Во время премьеры Том, вместо того чтобы быстро пройти по красной дорожке, стал общаться с собравшейся толпой. Николь тоже последовала его примеру, и, возможно, это была самая лучшая рекламная акция, какую можно было устроить фильму Кубрика. Николь была искренне признательна великому режиссеру за все, что он сделал: «После работы с ним я поняла, что такое поистине хорошо снятый фильм, и еще я стала ценить высокое искусство ради искусства».
Глава 18
Расставание с Ник
Несмотря на то что на фильм «С широко закрытыми глазами» было затрачено столько времени и сил, а Николь и Том подняли его престиж в глазах зрителей тем, что самолично представляли его на премьере, отношение к нему не сильно изменилось — его не перестали считать не слишком удачным этапом в карьере звездной пары. Фильм получился сложный, загадочный. Для понимания символического языка картины требовалась определенная интеллектуальная подготовка — знание теории Фрейда и творчества Шницлера. Сексуальные мотивы в нем тоже многим не понравились. С другой стороны, Николь и Том, будучи супругами, не побоялись сниматься в фильме, который так или иначе предлагал зрителю углубиться в проблематику семейных отношений. Для зрителей это было ново.
Вопрос о том, насколько эта роль соответствовала актерскому дарованию Тома, был закрыт, когда в фильме Пола Томаса Андерсона «Магнолия» он выступил в еще более неожиданной роли — телевизионного гуру, наставляющего мужчин в сексуальном общении с женщинами под девизом «Соблазни и уничтожь!», который он повторял как мантру. Предыдущая картина Андерсона «Ночи в стиле буги» была посвящена порноиндустрии. По случайному или, может быть, вовсе не случайному совпадению следующая роль Николь тоже была сексуальной: это «Хоровод» Артура Шницлера — произведение весьма откровенного толка. Неизвестно опять-таки, случайно или нет был снова выбран автор, по произведению которого («Повесть-мечта») снимался фильм «С широко закрытыми глазами». Том одобрил выбор Николь. Он не возражал против того, что его жена будет выступать обнаженной в маленьком театре «Донмар Уорхаус» в Лондоне. Он даже купил дом для партнера Николь в этой постановке Йена Гленна и его будущей жены Сюзанны Харкер в южном районе Лондона.
«Хоровод» Шницлера ставился в Вене в 1926 году, но шел недолго, поскольку был запрещен за непристойность. Непристойностью, по «Оксфордскому словарю», называется «изображение сексуальных отношений, противоречащее принятым моральным нормам». Название «Хоровод» не случайно — в пьесе действительно представлен своего рода «хоровод» сексуальных связей между десятью персонажами. Каждый раз после очередного соития появляется новый партнер. Цель автора этой пьесы — продемонстрировать простую истину о том, что в сексе нет ни классовых различий, ни привычного социального деления людей, сексуальной страсти одинаково подвержены все живущие на земле. В то же время секс представлен как своего рода заразная болезнь, наподобие сифилиса, передающаяся от партнера к партнеру. По пьесе были сняты два французских фильма «Карусель». Главная женская роль в классической картине Макса Офюльса 1950 года досталась Симоне Синьоре, а в менее удачном фильме режиссера Роже Вадима 1964 года — Джейн Фонде.
Вероятно, Сэм Мендес, у которого Николь уже играла в пьесе «Голубая комната», смог привлечь ее в свою новую постановку предложением сыграть пять героинь, тогда как Йен Гленн должен был исполнить роль пяти героев-мужчин. Впоследствии Кидман сказала: «Я хотела вернуться в театр. Мне нужно было попробовать свои силы, и я решилась. Многие могли бы спросить: «Но почему ты выбрала крохотный театр в Лондоне?» — и я бы ответила: «Потому что предложение было очень соблазнительным — я могла сыграть сразу пять героинь. Мне хотелось рискнуть»».
Она почувствовала себя менее уверено, когда встретилась с Гленном в его апартаментах в Примроуз-Хилл. «Я так волновалась, что едва могла говорить. У меня было какое-то ощущение дурноты. Я же слышала, как восхищались Йеном на сцене, он был очень хорошим актером. И я подумала: «Надо отказаться, пока не поздно». Но он был очень тактичен и сказал: «Не беспокойтесь, у нас все получится»». Однако ее страх и волнение не проходили и во время репетиций. Позднее обстановка стала менее напряженной благодаря заботам Мендеса, делавшего все, чтобы актеры чувствовали себя комфортно, и даже приглашавшего их на обеды в самый дорогой японский ресторан «Нобу».
Конечно же, для актрисы с таким талантом, как у Николь, роли в этой пьесе были весьма интересны в силу необычайного разнообразия характеров — от проститутки до дамы из высшего света и верной жены. Ключевым моментом в седьмой сцене был эпизод, которого старались избегать в театральных постановках, — женщина встает из постели любовника обнаженной и начинает одеваться. Николь спросила, можно ли будет одеваться за ширмой, но Сэм не согласился: «Я думаю, что важно сделать это так, как написано у автора. Ведь это не случайный эпизод, а своего рода характерообразующий элемент пьесы».
И тогда она согласилась. Она играла из вечера в вечер эту сцену перед рядами зрителей, сидевших на расстоянии нескольких шагов от нее. Повернувшись спиной к зрителям, она натягивала черные чулки, пока Гленн застегивал ее бюстгальтер, и они философствовали на тему, что такое счастье. Чарлз Спенсер в критической статье в «Дейли телеграф» назвал эту сцену «театральной виагрой», благодаря чему интерес к пьесе разгорелся необычайно.
«Такого в театре еще не делали, — заметил Мендес. — Знаете, это как «Чужой» Ридли Скотта. Внутри небольшого зрительного зала «Донмар» произошел настоящий взрыв — словно родился монстр. У публики перехватывало дыхание».
Постановка стала сенсацией и была названа новым этапом в актерской карьере Николь Кидман. Дэвид Бенедикс в «Индепендент» писал: «Кидман показала себя необычайно талантливой актрисой, сыграв целую галерею женских характеров в одной пьесе». «Кидман поражает своей способностью к перевоплощению — от роли падшей женщины, жаждущей денег, до финальной сцены щемящего одиночества. Она не просто звезда этой постановки, она играет на грани гениальности», — отмечал Майкл Биллингтон в «Гардиан». Чарлз Спенсер просто влюбился в нее: «Она неотразима, восхитительна, великолепна. Ее женщины — это соблазнительные символы, которые забыть невозможно, я несколько месяцев не мог забыть сцену, где она с сигаретой в одной руке и чулками в другой». Ее выступление имело такой же успех и на Бродвее и понравилось ее мужу. Том смотрел пьесу более двенадцати раз, приходя в театр, когда уже выключали свет перед началом спектакля. Но этот триумф стал своего рода гранью, отделившей ее от знаменитого супруга и выдвинувшей на первый план как самостоятельную и, безусловно, успешную актрису. «И хорошо, что это случилось», — констатировал Мендес.
Начало спектаклей «Голубая комната» на Бродвее заставило супругов возвратиться в Штаты, и в это время Том больше, чем когда-либо, был занят своей ролью хозяина дома и главы семейства. По странному стечению обстоятельств режиссером его следующего фильма стал своего рода современный Шницлер из Сан-Фернандо-вэлли Пол Томас Андерсон добился успеха в Америке благодаря тому, что снимал порнофильмы. Эта индустрия довольно развита в Голливуде, и подобная продукция продается под маркой «для взрослых» не хуже, чем гамбургеры и чизбургеры.
Андерсон родился в 1970 году и вырос в эпоху, когда сексуальная свобода достигла своего расцвета — как в Вене в начале двадцатого столетия. В нежном еще возрасте он тайком смотрел отцовские кассеты с эротическими фильмами, что и сформировало в дальнейшем его приоритеты. Надо сказать, что отец Андерсона был человеком оригинальным. Он вел на телевидении кинопрограмму, которую показывали поздно ночью, хипповал, носил усы и длинную бороду. В своем шоу он обычно рассказывал о новых фильмах ужасов, давая при этом весьма забавные и остроумные комментарии.
Ничего удивительного, что Пол рано увлекся декадентским искусством, сняв первое эротическое видео в восемнадцатилетнем возрасте. «История Дирка Дигглера» была пародией и рассказывала о жизни порномодели, чья карьера, достигнув апогея, покатилась вниз. К этой теме он вернулся несколько лет спустя, решив сделать фильм о взлете и падении того же мистера Дигглера, но уже за пятнадцать миллионов долларов — «Ночи в стиле буги». Главную роль в нем должен был сыграть Леонардо Ди Каприо, но он был занят на съемках «Титаника», и выбор пал на Марка Уолберга. Берту Рейнолдсу досталась роль порноимпресарио, который превращает Дирка из официанта в порнозвезду. Критика приняла картину благосклонно. Героиня Джулианны Мур в нем резко контрастировала своей невинностью с главным героем. Фильм был номинирован на «Оскар». Разумеется, многие пришли посмотреть его исключительно ради девяти эротических сцен (не вырезанных на DVD), но это ничуть не умаляло его высокого уровня.
Через два года Андерсон вновь поразил публику неожиданным шедевром о жизни и смерти, закономерностях и случайных совпадениях — фильмом «Магнолия» (1990), так назывался бульвар. Это история жизни нескольких героев, чьи судьбы странным образом переплетаются друг с другом в самые неподходящие и трагические моменты. Андерсон пригласил актеров, уже работавших с ним в фильме «Ночи в стиле буги», — Джулианну Мур, Уильяма X. Мэйси, Рики Джея, Филиппа Бейкера Холла и Филиппа Сеймура Хоффмана. Последний стал находкой для Круза, который пригласил его на съемки третьего фильма «Миссии», вышедшего почти сразу же после того, как Хоффман получил «Оскар» за фильм «Капоте».
Некоторым критикам показался странным тот факт, что Круз согласился сниматься в таком фильме и с такими актерами, тем более что роль у него была не совсем обычная — знатока того, как одержать верх над женщиной в сексуальном поединке. Однако в фильме обнаруживается и другая сторона этого героя — его отношения с отцом, телепродюсером Джейсоном Робардсом, умирающим от рака, некогда оставившим свою больную жену на руках четырнадцатилетнего сына. (Отец Тома Круза тоже умер от рака фактически у него на руках.)
«Нет, конечно, я согласился на эту роль не из-за отца. Меня заинтересовал сценарий, и потом я подумал: «Как бы на самом деле мог выглядеть такой «семинар» для мужчин-неудачников?» Я актер, и меня интересуют новые герои и новые роли, я люблю юмор. А фильм получился и мрачный, и смешной одновременно. Я постарался сыграть именно такую роль — трагичную и комичную в то же время. Мне нравилось играть столь противоречивый характер».
Роль и вправду принесла Крузу новый опыт, который был небесполезен и дал возможность шагнуть дальше в артистической карьере. Небритый секс-гуру с длинными сальными волосами напоминает образ сумасшедшего Питера Финча из «Телесети», когда он кричит: «Не хочу слышать этого больше!» (слышать о том, что очередная женщина отказала какому-нибудь мужчине). Он одновременно циничен, язвителен и неврастеничен, как и все люди, пережившие психологическую травму в юности и стремящиеся «залечить» ее властью над окружающими. Он лжет, но сам порой верит в собственное вранье, однако когда сталкивается с неотвратимым событием реальной жизни — близящейся кончиной отца, чувствует страх, потому что в душе это все тот же болезненно переживший семейную драму подросток.
Остальные линии фильма недурны, но претендуют на философическое осмысление причинно-следственных связей. Моралью этого фильма можно считать древнее утверждение о том, что корни всего настоящего уходят глубоко в события прошлого. Андерсон выстраивает сюжет таким образом, чтобы показать неизбежность переплетения различных судеб и подчас непостижимые и непоправимые последствия этого. Фильм нельзя назвать фарсом, но он, безусловно, является метафорой жизни, а не ее отражением, приправленным изрядной долей режиссерской фантазии.
Итак, Николь и Том достигают расцвета славы и признания, их считают самой красивой, удачливой и счастливой парой в Голливуде, с которой можно сравнить только пару Бартон и Тейлор. В каждом интервью они признаются в любви друг к другу и разглагольствуют о семейном согласии, царящем в их доме. Но почему тогда их брак заканчивается разводом? Круз не очень охотно делился с журналистами подробностями своей личной жизни и никогда не распространялся о том, что происходило между ним и Николь на самом деле. Возможно, позднее он и стал открыто демонстрировать свои чувства к Кэти, но о причинах заявления, которое было сделано 5 февраля 2001 года, он предпочитал умалчивать.
После того как закончилась работа со Стэнли, Том и Николь принимают решение взяться за новые съемки в Австралии. Том начинает вторую «Миссию», а Николь готовится работать с австралийским режиссером Базом Лурманом, получив роль в фильме «Мулен Руж». Лурман уже был достаточно популярен в то время благодаря картине «Только в танцевальном зале» и авангардной постановке «Ромео и Джульетта» с Леонардо Ди Каприо.
Вполне понятно, что после длительной совместной работы над фильмом «С широко закрытыми глазами» каждому хотелось заниматься собственными проектами и двигаться дальше в своем направлении. Круз в то время стал едва ли не одним из самых влиятельных лиц в Голливуде и самым высокооплачиваемым актером. Его внимание привлекла картина молодого испанского режиссера-сюрреалиста Алехандро Аменабара «Открой глаза», столь популярная в Испании, но, к несчастью, очень плохо продублированная в США. Том задумывает сделать нечто вроде ремейка, но перенести место действия в Нью-Йорк. Купив права, он обращается к своему другу Кэмерону Кроу, чтобы тот внес коррективы в сценарий.
Аменабар попросил Круза посмотреть сценарий его нового фильма — мистическую историю «Другие». Том отозвался о нем положительно, и Аменабар прилетел в Нью-Йорк, чтобы обсудить с Кидман и продюсером «Мирамакс» Бобом Вайнштейном будущий фильм. Ему было предложено взять Николь на главную женскую роль. Но для того чтобы фильм все же окупился, пришлось перенести месте действия в Англию.
В это время Тому Крузу пришлось улаживать проблемы с местным населением Австралии, возмущенным тем, что на их территории раскинулась съемочная площадка фильма «Миссия невыполнима-2». Благодаря деньгам конфликт был улажен, и Круз даже стал там всеобщим любимцем. Николь между тем вынуждена была проводить все свое время на репетициях и учиться петь и танцевать для съемок в «Мулен Руж». Она с головой ушла в работу. Сюжет «Мулен Руж» сводился в основном к любовной истории: Кристиан, молодой писатель, обладающий незаурядным поэтическим даром, бросает вызов своему отцу-буржуа и отправляется в Париж, где попадает на дно богемного общества на Монмартре. В этот мир'его вводит насквозь пропитанный абсентом художник Тулуз-Лотрек, чья нелегкая творческая жизнь вертится вокруг кабаре «Мулен Руж», мира секса, наркотиков, яркой иллюминации и восхитительного канкана. Кристиан страстно влюбляется в самую красивую куртизанку Парижа и звезду «Мулен Руж» Сатин.
Том и Николь работали в Сиднее фактически рядом друг с другом, но если весь фильм Николь был снят только там, то для второй «Миссии» здесь снимались только «испанские» эпизоды. Несмотря на нехватку времени, супруги виделись довольно часто и старались как можно больше быть со своими детьми.
Они жили в доме на берегу моря и любили отдыхать в живописной бухте. Том брал с собой Изабеллу и Коннора и сам разводил костер и готовил барбекю. Иногда они отправлялись ловить рыбу, но потом выпускали ее обратно в море. Время от времени он играл с австралийским актером Расселом Кроу в футбол и летал на своем джете к бухте Кофф — месту, где собирались любители мотоспорта и устраивались гонки на мотоциклах «Харлей-Дэвидсон».
Новое тысячелетие наступило в Сиднее раньше, чем во всех прочих уголках планеты, и было отмечено роскошными фейерверками, шумными гуляньями и шествиями. Том арендовал кафе «Сидней», откуда можно было наслаждаться потрясающей красоты зрелищем и куда он пригласил ближайших друзей и родных. Николь и ее семья тоже были там, как и Йен и Сьюзан, ставшие друзьями Крузов со времен постановки «Голубой комнаты».
Новый год означал для супружеской четы также и новые планы в работе и новые творческие проекты. Впереди был напряженный период, но пока что все предавались отдыху. Поскольку Николь вынуждена была почти сразу же вернуться к съемкам «Мулен Руж», Том пригласил Антонию Кидман слетать в Лос-Анджелес на церемонию вручения премии «Золотой глобус». К его удивлению, он был награжден за лучшую второстепенную роль, обойдя очень сильных соперников — Майкла Кейна, сыгравшего в «Правиле виноделов», Майкла Кларка Дункана, снимавшегося в «Зеленой миле», Хейли Джоэла Осмента — в «Шестом чувстве» и Джуда Лоу — в «Талантливом мистере Рипли».
«О Господи! Я не ожидал такого!» — воскликнул он, принимая награду. Он сердечно поблагодарил Джейсона Робардса, который вскоре умер, и затем добавил, что очень признателен своей жене, ее таланту и ее красоте, которые всегда его вдохновляли.
Николь в это время танцевала канкан. Баз Лурман устроил вечеринку, соответствовавшую духу фильма, — в ночном клубе с абсентом, танцами на столах и непременным похмельным синдромом в понедельник утром. Николь, к сожалению, на съемках во время исполнения наиболее сложного танцевально-акробатического номера получила травму — у нее было сломано ребро, и на две недели работа была приостановлена. Однако она довольно быстро восстановилась и уже на дне рождения своей матери в марте была в форме.
Том занимался доработкой деталей второй «Миссии» и обсуждением дальнейших съемок фильма «Открой глаза». Ему нравились переделанный Кэмероном Кроу сценарий и новое название для этой картины — «Ванильное небо».
Том Круз играет в фильме богатого ловеласа, влюбляющегося в знакомую своего лучшего друга (Ли). На следующий день он едет на машине со своей отчаянной и ревнивой подружкой (Кэмерон Диас), которая решается на самоубийство, резко вырулив за ограду моста. Герой выживает после аварии, но лицо его страшно изуродовано. Жизнь превращается в кошмар, но тут фортуна улыбается ему: знакомая друга объясняется ему в любви, а врачи сообщают, что могут восстановить его лицо. Однако потом начинают происходить странные пугающие вещи, и он узнает, что правда гораздо страшнее, чем он мог представить. Кроу и Круз вместе подбирали актеров — Курта Рассела, снимавшегося в «Обратной тяге», Рассела Кроу и Кэмерон Диас, сыгравшую в фильме «Все без ума от Мэри». Кэмерон Кроу вскоре завершил работу над автобиографическим фильмом «Почти знаменит» и тоже привел двух авторов со своей съемочной площадки — Джейсона Ли и Ноя Тейлора.
Однако открытым оставался вопрос — кто сыграет знакомую друга, испанскую танцовщицу? Может быть, актриса, которая снималась в фильме Аменабара? Ей уже приходилось работать в Америке с Билли Крадапом в «Стране холмов и долин». Пенелопа Крус выросла в бедной семье, но в возрасте пятнадцати лет приехала в Мадрид для участия в музыкальном клипе испанской поп-звезды Начо Кано и работала с ним целых семь лет. В шестнадцать лет у нее уже была своя передача для детей на телевидении, но вскоре ее обворожительная улыбка, темные глаза и красивая фигура дали ей шанс попробовать себя в кинематографе, что и предопределило ее дальнейшую карьеру. Ее героиня в комедии Бигаса Луна «Любовь, секс и ветчина» понравилась критикам. Да и как могло быть иначе — роскошный бюст и страстный, манящий взгляд.
Соперничества с ней обычно не выдерживали даже очень привлекательные женщины. Мэтт Дэймон расстался с Вайноной Райдер, когда снимался с Пенелопой в «Неукротимых сердцах». Брак Николаса Кейджа с Патрисией Аркетт разрушился в результате его романа с Крус, когда он работал вместе с ней над фильмом «Выбор капитана Корелли». Но репутация роковой женщины не отпугнула продюсеров «Ванильного неба», и они пригласили Пенелопу на съемки. Кроу связался с ней, когда она находилась на съемках фильма «Выбор капитана Корелли» в Греции, и предложил ей роль. Она согласилась и, как только была завершена ее работа в Греции, прилетела в Нью-Йорк, чтобы приступить к новому проекту с Крузом.
Николь после несчастного случая, произошедшего во время репетиции танцевальных трюков, с трудом ходила на высоких каблуках, но продолжала танцевать и работать. Она даже нашла в себе силы отправиться в Испанию на съемки фильма «Другие».
Однако, когда начались репетиции и выяснились подробности этой жуткой истории о страдающей неврозом женщине с двумя детьми, которые не переносят дневного света и уверяют ее, что трое слуг, работающих в доме, на самом деле зомби, Николь почувствовала сильное желание отказаться от проекта. В интервью она призналась: «Честно говоря, когда мы только начали съемки, мне не хотелось заниматься этим проектом. Моя психика не принимала ни этот сценарий, ни мою роль в фильме. Я даже просила отпустить меня и заменить кем-нибудь другим, ведь я все еще находилась под впечатлением от «Мулен Руж» — этого блистательного и волшебного мира танцев и песен, и мне хотелось, чтобы вокруг царили только музыка, любовь и счастье».
Но муж и продюсер отговорили ее от такого шага и предложили поработать еще немного. Съемки длились с октября до середины декабря, но Том вынужден был оставить жену и детей и вернуться в Нью-Йорк, чтобы начать работу над фильмом «Ванильное небо» — историей о невозможности отделить реальную жизнь от иллюзии.
Работа шла успешно. После Рождества планировалось начать съемки на студии «Парамаунт». Кэмерон Кроу был в восторге от игры Тома Круза: «У нас получилась по-настоящему захватывающая любовная история. Пенелопа действительно влюбилась. И Том тоже. За ними было жутко и одновременно восхитительно приятно наблюдать в тот момент. Если бы этого не произошло, фильм бы многое потерял. А так мы сняли потрясающую картину, которой можно только восторгаться и от которой невозможно оторваться». Николь, прервав работу с Аменабаром, приехала на Рождество в Нью-Йорк. По случаю десятой годовщины их свадьбы 24 декабря 2000 года они с Томом устроили вечеринку для родных и друзей, а потом отправились отдыхать в Лас-Вегас.
января 2001 года Том приступил к съемкам «Ванильного неба» на студии «Парамаунт», а Николь начала сниматься в новом проекте «Комната страха», где ей опять досталась роль матери двоих детей, которая вынуждена прятаться от преследователей в загадочном доме. Однако 19 января съемки были приостановлены из-за плохого самочувствия Николь. Режиссер Дэвид Финчер хотел закрыть проект и потребовать компенсацию, но, к счастью, Джоди Фостер согласилась заменить Кидман.
января Николь вручала награду «Золотой глобус» своему партнеру по фильму «Миротворец» Джорджу Клуни в номинации «Лучший актер» за фильм «О где же ты, брат?». Том вручал награду падчерице Курта Рассела Кейт Хадсон в номинации «Лучшая женская роль второго плана», сыгравшей в фильме Кэмерона Кроу «Почти знаменит». Голливуд представляет собой небольшое и закрытое сообщество, и отношения с партнером или с супругом в нем скрыть от посторонних взглядов достаточно трудно, и многие стали замечать, что с Томом и Николь что-то происходит. 5 февраля пресс-агент Тома Круза Пэт Кингсли выступила с сообщением: «Том Круз и Николь Кидман приняли решение расстаться. Несмотря на развод, супруги сохранят дружеские отношения и будут продолжать совместную работу. Во многом причиной развода является напряженная работа Николь и Тома, которые вынуждены проводить вдали друг от друга слишком много времени. Кроме того, расставание, как они утверждают, принесет обоюдную пользу их творческим планам».
Глава 19
Круз и Крус
Разумеется, под благовидным предлогом скрывались истинные причины поспешности в принятии столь серьезного решения. Развод в соответствии с этикетом был оформлен через двое суток после сделанного заявления. Но почему же это случилось? Публика хотела знать правду.
«Николь знает почему», — объявил Том.
Но она не знала и даже не ожидала этого. Николь тут же позвонила своим друзьям в Австралию Базу Лурману и Джону Дуигану в полном замешательстве. Ее дом осаждали журналисты и фотографы, кружившие над ним даже на вертолете. Антония оставила свою работу в Сиднее и тут же прилетела к сестре вместе с детьми, чтобы поддержать ее в это трудное время.
Том Круз находился в своих апартаментах в отеле «Бель-Эр», которые стоили десять тысяч долларов в сутки. Он чувствовал себя вполне довольным, спокойным и готовым продолжать работу на съемках «Ванильного неба». Кроме того, он встретился со Стивеном Спилбергом, чтобы обсудить детали их нового проекта «Особое мнение». Предложение сделать фильм по рассказу Филиппа К. Дика исходило от Тома. События этого фильма переносили зрителя на пятьдесят лет вперед, в будущее, когда уже была изобретена эффективная система предотвращения преступлений путем их заблаговременного предвидения. Лучший офицер отдела профилактики преступлений Джон Андертон верит в надежность системы, но только до тех пор, пока «оракулы» не предсказывают, что через два дня он убьет человека.
марта 2001 года, спустя пять недель после развода, у Николь случился выкидыш. Как выяснилось, во время бракоразводного процесса Николь была беременна, но потеряла ребенка вследствие стресса. Том послал ей цветы, но в больнице ее не навещал.
Через шесть дней после выхода из больницы она организовала небольшую вечеринку в ресторане «Аго» на Мелроуз-авеню, названном так в честь его хозяина — Агостино Скьяндри. Среди ее гостей были Тони и Ридли Скотты. Праздник был устроен в честь Рассела Кроу, который получил «Оскар» в номинации «Лучший актер» за фильм «Гладиатор».
Николь смотрела церемонию дома вместе с сестрой. Несмотря на то что выступления Тома не было в программе, он не только присутствовал там, но и вручал награду лучшему режиссеру Стивену Содербергу за фильм «Трафик». Пенелопа Крус вручала награду за лучший дизайн костюмов. После торжества Круз тут же отправился на съемки «Особого мнения».
Николь не хотела давать согласия на развод, она бы предпочла как-то договориться и уладить конфликт, но это оказалось невозможным после заявления Тома: «Между мною и Николь возникли непримиримые разногласия, которые препятствуют дальнейшим нашим отношениям и сохранению брака. Никакой иной выход из этой ситуации, кроме развода, я не считаю приемлемым и не изменю своего решения».
Николь была потрясена случившимся и очень подавлена. У нее не было никакого желания начинать работу над новым фильмом. Ей хотелось отдохнуть и побыть с детьми. Однако она вынуждена была представлять фильм «Мулен Руж» на премьере в США и затем отправиться в Канны, где картина открывала фестивальную программу. «Мулен Руж» не получил ни наград, ни призов, они достались итальянскому фильму «Комната моего сына». Николь призналась Лурману, что ей не хочется общаться с прессой, но он возразил: «Этого вряд ли удастся избежать. Нельзя быть Николь Кидман и не общаться с прессой».
Ей пришлось смириться и принять участие в торжестве по случаю презентации фильма. Там она танцевала с Базом Лурманом, с Эваном Макгрегором и британским диджеем Фэтбоем Слимом. Тем не менее от личного интервью она все же отказалась: «Я не стану давать интервью до тех пор, пока не воспряну духом».
Чуть позже Николь все же дала несколько интервью, и, конечно же, журналистов в первую очередь интересовал развод, на что она ответила: «Лучше иметь любовь и потерять ее, чем никогда не любить вовсе». Это была цитата из стихотворения Альфреда Теннисона, оплакивавшего смерть своего друга Артура Генри Хэллема. На шоу Опры Уинфри она все еще не могла скрыть свои переживания: «Все, что я могу сказать по этому поводу, — это было ужасно. Больше мне нечего добавить. Я до сих пор не могу поверить, что это случилось».
Том в тот момент как будто вовсе не переживал. Он занимался своим новым фильмом, по утрам бегал вместе с Колином Фарреллом вокруг отеля, где они жили, и был поглощен работой. По возвращении из Виргинии, где проходили съемки, он подтвердил слухи о своем романе с Пенелопой Крус и о том, что они вместе отдыхали на Фиджи. На следующий день после прибытия Тома Пэт Кингсли публично объявила о том, что Пенелопа и Том встречаются и их отношения носят серьезный характер. Кэмерон Кроу и раньше говорил о том, что они были влюблены друг в друга, но теперь публика получила ответы на все свои вопросы.
Еще до развода Том и Николь запланировали провести двухнедельный отпуск с детьми. Николь провела его с Изабеллой, которой уже исполнилось восемь, и шестилетним Коннором, с Расселом Кроу и друзьями. Спустя неделю Николь уехала в Сидней, оставив детей со своим бывшим супругом. Приезд Пенелопы вместе с Крузом ее не удивил, она уже знала об их романе.
И все равно никакой объективной причины их развода не было названо. Том впоследствии говорил: «Мы поженились 24 декабря 1990 года, а в декабре 2000 года развелись. У меня были основания для такого поступка. Если бы мне пришлось давать объяснения и сказать правду, я бы это сделал». Но эти слова прозвучали крайне туманно, и что за ними стояло — неясно. Развелись ли они потому, что достигли переломного момента в совместной жизни, каким можно считать десятилетний опыт брака? По закону Калифорнии, если супруги прожили вместе десять лет, муж при разводе обязан содержать бывшую жену до конца ее жизни или до того времени, пока она снова не выйдет замуж. Развод был поспешным, вот-вот должно было исполниться десять лет их супружеству. Неужели причина только в деньгах?
В 1989 году при разводе Клинта Иствуда с Сандрой Локе выяснилось много скандальных подробностей, связанных с финансовой стороной отношений супругов, но был ли развод Тома Круза как-то связан с подобными проблемами, остается неизвестным.
Причиной могли стать разногласия супругов как в личных отношениях, так в сфере материальной, но вряд ли было так уж принципиально, получит ли при разводе Николь семьдесят пять миллионов долларов или сто семьдесят пять. По крайней мере сомнительно, что бывшие супруги стали бы воевать друг с другом из-за этого, ведь у них было двое детей, что, впрочем, не помешало Крузу после расставания с Николь поменять название своего самолета с «Милой Ник» на более нейтральное — «Милую красавицу».
августа 2001 года они оба присутствовали в Лос-Анджелесе на премьере фильма «Другие». Том по-прежнему был его продюсером, но держался в стороне. Они расстались на следующий же день, и Том уехал с детьми отдыхать на месяц. «Мои дети для меня важнее всего на свете, — сказал он как-то в интервью. — И так будет всегда. Для меня нет ничего важнее».
Осенью Николь прилетела в Англию, чтобы начать работу над фильмом «Часы», в котором также принимали участие Мерил Стрип и Джулианна Мур. Не совсем хорошее самочувствие и настроение никак не отразились на прекрасно сыгранной ею роли, мало того — за этот фильм она получила «Оскар» в номинации «Лучшая актриса».
Выход на экраны «Ванильного неба» сопровождало довольно большое количество рецензий, тем более что интерес к этому фильму постоянно подогревался любопытством публики относительно связи Круза с Пенелопой. Том появился на шоу Ларри Кинга, который довольно саркастически заметил по поводу Пенелопы Крус и «Ванильного неба»: «Или вы самый блестящий и гениальный актер в истории человечества, или вы действительно влюблены в эту женщину».
Круз ответил уклончиво: «За последнее время со мной произошло много необычных вещей. Люди говорят, что в этом фильме и правда есть какая-то любовная магия, но, возможно, это только кажется. Каждый зритель по-своему понимает происходящее».
Кинг настаивал: «Так это только кажется, а на самом деле этого не было?»
Том категорически отказался отвечать на этот вопрос. Куда конкретнее он отвечал на вопросы, касавшиеся Николь: «Мы очень многое пережили с ней вместе. У нас были счастливые моменты и сложные времена, но я всегда любил ее и люблю до сих пор».
Затем разговор зашел о применении психотропных препаратов в лечении ряда нервных и психических заболеваний, и тут уже Круз сел на своего любимого конька — принялся настаивать на негативном отношении к медикаментам в духе Рона Хаббарда, отрицая их эффективность и доказывая, что сайентология владеет реальными методиками избавления людей от наркотической и алкогольной зависимости. До скандала с Брук Шилдс по поводу медикаментозного лечения депрессии оставалось четыре года, но его предвестники появляются уже тогда, на шоу Кинга, когда Круз начинает уверять, что в книгах по сайентологии есть все необходимые знания, помогающие людям освободиться от страданий и недостатков и сделать свою жизнь более гармоничной и счастливой.
Тут следует дать некоторые пояснения в плане восприятия Крузом сайентологии. Его утверждения носят сугубо индивидуальный характер и в применении к его личному пути во многом справедливы. Не имея ни широких материальных возможностей, ни соответствующего образования, он обладал огромной волей к самосовершенствованию и в сайентологии нашел ту систему мировоззрения, которая помогала ему с наибольшей эффективностью достигать своих целей. В силу жизненных обстоятельств он постоянно находился в среде людей, которые были столь же целеустремленны, как и он, и поддерживали его. Даже в поиске своих героев Круз всегда придерживался того же критерия выбора — он предпочитал характеры настойчивые и решительные. Его долгое время интересовала история знаменитого американского наемника Фредерика Таунсенда Уарда, служившего с Уильямом Уолкером в Никарагуа. В 1859 году он стал главнокомандующим в Шанхае в Южном Китае, где мятежники подняли восстание против Маньчжурской династии. Власти наняли Уарда, чтобы он установил в их войсках дисциплину на западный манер, и ему это удалось — он стал местным героем. Запад был заинтересован в его победе, поскольку при этом Китай с большей охотой поддерживал бы связи с Европой. Уард справился со своей задачей, но был убит в бою, чем заслужил весьма громкую посмертную славу.
В различных биографических и исторических исследованиях деятельность Уарда и его роль в отношениях Востока и Запада оценивается по-разному. Наибольшую популярность приобрел бестселлер писателя-историка Калеба Карра «Воин-дьявол», изданный в 1992 году. Тома чрезвычайно заинтересовала эта книга. Он уже прикидывал, какого рода фильм можно снять по ее мотивам. Вместе с Джоном By он начал делать наброски сценария, но ничего не получалось.
Вопрос решился, когда наконец продюсером и режиссером будущей картины стал Эдвард Цвик, взявшийся за создание сценария вместе с Джоном Логаном. Вдохновленные захватывающими приключениями Уарда, они, однако, сочли, что лучше перенести место действия в Японию. Капитан Натан Альгрен (Круз), участник Гражданской войны в США, отправляется в Японию в качестве наемника обучать самураев искусству боя по-западноевропейски. В свою очередь, ему приходится познакомиться с кодексом бусидо, которому следуют самураи. Цвик не пожалел средств на постановку боевых сцен, и они получились очень качественными. Когда сценарий был готов, Цвик досконально обсуждал его с Крузом, пока они не пришли к полному согласию.
«Мы беседовали о чести, преданности, сострадании, — вспоминал Круз, — все эти вещи были всегда на первом месте для меня в жизни».
Цвик добавил: «У нас у обоих были сыновья, и мы хотели сделать такой фильм, который мог бы научить их со всей серьезностью относиться к важным для человека ценностям и понятиям».
Фильм действительно во многом был посвящен традиционным принципам самураев и достаточно объективно отражал историческую ситуацию Японии на момент происходящих событий. Япония, долго остававшаяся страной, закрытой от европейцев, следовала своим представлениям о воинской чести и правилам поведения, продиктованным кодексом бусидо, среди которых основополагающими были бесстрашие, безупречное владение оружием и исполнение своего долга во что бы то ни стало. Круз был не только исполнителем одной из главных ролей фильма, но и сопродюсером (с Полой Вагнер). Понимая, что коммерческий успех проекта находится под вопросом, поскольку зрители еще никогда не видели актера в фильмах, связанных с восточной культурой, Круз согласился, что гонорар будет выплачен ему лишь в случае, если фильм принесет хорошую прибыль или хотя бы окупится его производство. Над сценарием он работал вместе с Цвиком, который все же надеялся, что фильм будет принят публикой благосклонно, ведь в Голливуде уже снимались картины на темы отношений между Востоком и Европой — «Лоуренс Аравийский» и «Мост через реку Квай».
«Мне нравятся фильмы, в которых показаны разные стороны человеческой жизни, — сказал Круз. — Они интереснее, нежели картины, в которых представлена только одна идея и весь сюжет подчинен только ей. Так, даже образ Альгрена противоречив — он человек порядочный, но в прошлом участвовал в военных операциях, не делавших ему чести. Его мучают угрызения совести и раскаяние за то, что ему приходилось вести жестокую войну против индейцев, он страдает, но прошлое невозможно изменить».
В фильме капитан Альгрен соглашается стать наемником, чтобы готовить и обучать воинов японской правительственной армии, но в схватке с самураями попадает в плен к Кацумото (Кен Ватанабэ, сыгравший этого героя, говорил, что это была его первая англоязычная роль в кино). В плену Альгрен постигает особенности бусидо и учится владеть самурайским мечом. В конце концов он присоединяется к повстанцам и собирается воевать против правительства, но это война неравная — мечи против ружей. Кацумото смертельно ранен и, согласно кодексу чести, совершает ритуальное самоубийство. Однако в Голливуде принято снимать фильмы со счастливым концом, и раненый Альгрен доказывает императору, что погибший самурай должен быть признан героем. Император отказывается заключать договор с американцами, которые требуют эксклюзивного права поставлять в Японию огнестрельное оружие.
Часть съемок проходила в Японии, поскольку воспроизвести в декорациях японский колорит было очень сложно, но все же большая часть сцен снималась на студии «Уорнер» и в Новой Зеландии.
Этот проект оказал очень сильное влияние на мировоззрение и интересы Круза. «Я восемь месяцев работал над этой картиной. Я изучил кэндо — фехтование на мечах, искусство очень опасное и трудное. Я должен был не только хорошо держаться в седле, но и уметь сражаться сидя верхом на лошади. Мне пришлось глубоко изучить японскую культуру и традиции, а я мечтал об этом с самого детства. Благодаря этому я смог понять, как чувствовал себя в японской деревне Альгрен, его эмоциональное состояние и те перемены, которые претерпело его сознание в отношении к жизни и к войне за время пребывания в плену».
Роль Альгрена потребовала от него огромного физического напряжения и тщательной подготовки, поскольку в противном случае боевые сцены выглядели бы неправдоподобно: «Мне удалось научиться непривычной манере двигаться, очень стремительной и резкой, но глубоко продуманной и предполагающей, что человек отлично контролирует собственное тело. Ведь самураи заботились не только о физическом совершенстве — они поклонялись красоте и были одновременно воинами и поэтами, которые даже в сражение привносили элементы высокого искусства. Постепенно я освоил их технику боя, сказав себе, что буду тренироваться до тех пор, пока не стану все делать правильно». Пожалуй, так он поступал всегда, но этот опыт оказался для него самым необычным.
Цвик считал, что Акира Куросава оказал на западный кинематограф гораздо большее влияние, чем Брандо (несмотря на то что фильмы японского режиссера переделывались на западный манер, как, например, «Великолепная семерка» и «За пригоршню долларов»). Японские характеры героев не были абсолютной загадкой для американцев. Но Цвик — режиссер иного типа, нежели Дэвид Лин. Он более склонен к документальной и исторической точности, а не просто к приключенческому жанру. Несмотря на то что «Последний самурай» изобилует кадрами прекрасных японских пейзажей и мастерски снятыми сценами сражения, Цвик все же напоминает зрителям, что фильм посвящен тому, как в прошлое уходят культурные и военные традиции целой эпохи, и это вызывает ностальгическое печальное чувство.
Том очень хорош в роли Альгрена, его даже стали называть калифорнийским самураем после этой картины. Кен Ватанабэ был номинирован на «Оскар» за лучшую мужскую роль второго плана, тогда как о Томе Крузе снова не было сказано ни слова.
Но публика отреагировала по-другому. Фильм заработал четыреста пятьдесят шесть миллионов в мировом прокате, и сто двадцать пять из них он собрал в Японии. Таким образом, опасения создателей, что фильм окажется некоммерческим, не оправдались, и Круз все же получил гонорар. Актерское и продюсерское чутье Тома снова победило консерватизм владельцев студии, которые никак не ожидали, что фильм о самураях может стать не менее прибыльным, чем очередная серия о Гарри Поттере.
Глава 20
Вместе со Спилбергом
Несмотря на строгую приверженность Круза философии Рона Хаббарда и сайентологической церкви, он все же оставался настолько влиятельным лицом в Голливуде и, безусловно, успешным продюсером, что его профессионализм ценили очень высоко все выдающиеся режиссеры и актеры. Джон Траволта, также считающийся сайентологом, в отличие от него настолько успешным не был. Выбрав для экранизации книгу Рона Хаббарда «Поле битвы — Земля», он фактически потерпел полное фиаско как актер и продюсер. Сюжет был очень прост — земляне проиграли битву с инопланетными захватчиками, и выжившее человечество впало в первобытный хаос, однако рождается талантливый мальчик, который получает необходимые знания от одного из инопланетян по имени Тирл (Траволта). Получивший знания герой тут же начинает призывать людей к тому, чтобы поднять восстание против захватчиков, и становится освободителем человечества.
На съемки фильма было потрачено пятьдесят миллионов долларов, но он не только не окупился в прокате, но и был раскритикован в пух и прах: «Ситуация в «Поле битвы» напоминает слепок с фильмов о заключенных тюрем строгого режима, но в гораздо более смехотворном варианте, чем все они, вместе взятые». Нарекания и насмешки вызвал и внешний вид героев, и их поведение, не всегда адекватное.
Экранизировать произведение основоположника идей сайентологической церкви было рискованным предприятием. Форрест Акерман, литературный агент Хаббарда, рассказал, что его клиент когда-то поделился с ним своими воспоминаниями о Второй мировой войне, в которой он принимал участие. Для Хаббарда его военный опыт стал величайшим откровением — тогда-то впервые он и стал искать ответы на вопросы об истории человечества и вселенной. Как зародилась жизнь? Существует ли Бог? Он утверждал, что его дух совершил межпланетное путешествие и вернулся в тело, чтобы зафиксировать полученную информацию. Свою книгу он назвал «Экскалибур» (из нее впоследствии были почерпнуты многие современные положения сайентологической церкви). Книгу отказались печатать все издатели в Нью-Йорке, поскольку, согласно заявлению Хаббарда, те, кто ее прочитал, совершали самоубийство, а именно — дочитав рукопись до конца, выпрыгивали в окно. Никто не мог доказать, что так оно и было и уж тем более что самоубийства вообще были связаны с чтением этого текста.
Том Круз был куда прозорливее, чем Траволта, и для экранизации научно-фантастического произведения выбрал рассказ Филиппа Дика. Ридли Скотт, снявший «Легенду», уже сделал фильм по фантастическому произведению этого писателя — «Бегущий по лезвию бритвы». Сценарий его был основан на романе Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах?». Другой фильм по роману Дика был снят с Арнольдом Шварценеггером в главной роли и назывался «Вспомнить все». Круз выбрал боевик «Особое мнение», действие которого происходит в 2050 году в Вашингтоне, в то время когда полиция уже научилась предотвращать преступления.
Парадоксально, но Круз проявил интерес к писателю, который совсем не соответствовал требованиям сайентологии и не вел здоровый образ жизни. Дик много экспериментировал с наркотиками и возбуждающими средствами, что обусловило его преждевременную смерть в возрасте пятидесяти трех лет. Тем не менее он успел написать двадцать пять романов и около сотни рассказов. «Знаете, от его сочинений остается такое ощущение, что автор жил в каком-то своем мире, — заметил Джо Коэн, который разрабатывал сценарий фильма. — Он даже для себя никак не мог решить, что реальность, а что нет». Сам Филипп определял реальность как «момент, в который вы начинаете верить в происходящее и больше уже не можете от него отмахнуться».
Такая тема позволяла внести в сценарий множество деталей, которые делали фильм более увлекательным и заставляли бы зрителя стремиться получить ответы на вопросы, возникавшие по ходу сюжета. Договор был заключен со студией «Двадцатый век Фокс», которая выступала также дистрибьютором фильма. Стивен Спилберг восхищался работой Круза в «Рискованном бизнесе» и пристально следил за его успехами. Когда актер и режиссер достигли вершин своей карьеры, они наконец решили взяться за совместный проект. «Мы дважды до этого пытались что-нибудь сделать вместе, — говорил Спилберг, — однако ничего не получилось. Вероятно, это были не те фильмы, которые стоило бы снимать. Предложения исходили от Тома, но я от них отказывался». Ни Круз, ни Спилберг не сожалели о несостоявшемся до поры до времени сотрудничестве, они оба ожидали более подходящего материала. «Теперь я дожил до того времени, когда меня интересуют эксперименты, — признавался Спилберг. — Я хочу делать нечто новое и неожиданное, что будоражило бы публику. Мне за пятьдесят, и я хочу открыть для себя новый путь».
«Искусственный разум» и «Особое мнение» были экспериментом, но экспериментом хорошо продуманным. Они представляли мир будущего, в котором люди могли бы использовать еще неизведанные возможности и способности. Такой фильм нуждался не только в увлекательной идее, но и в хорошем дизайне и отличном экшне. Но ни Круз, ни Спилберг не хотели делать еще один фильм в жанре научной фантастики, где упор делается на научно-технический прогресс и демонстрацию компьютерной мощи будущего человечества. Для работы над фильмом были приглашены шестнадцать самых высококлассных экспертов, специалистов из различных областей науки: Джерон Ланье — человек, который фактически и придумал виртуальную реальность; Стюарт Бранд, который создал проект, предопределивший появление Интернета; Шон Джонс — гений биомедицины; Нил Гершенфельд — профессионал в области нанотехнологий. Конечно, не всеми предложениями сразу удалось воспользоваться при работе над фильмом, но многие оказались более чем полезны — в частности, версия, что округ Вашингтон может оказаться под водой к 2004 году вследствие глобального потепления. Пришлось также продумать внешний вид города, в котором скорее всего должны были бы доминировать гигантские небоскребы. Иными, чем сегодня, должны были стать и средства передвижения.
Технические достижения будущего представлены в фильме, например, в виде системы, которая распознает и идентифицирует личность прохожего по радужке глаза, после чего рекламное сообщение оказывается обращенным персонально к каждому человеку.
Круз преклонялся перед Спилбергом: «С тех пор как я посмотрел «Челюсти», когда мне было тринадцать, я так и не мог забыть жуткого ощущения, охватившего меня во время просмотра: будто я сижу в лодке, в которой пробита дыра, и где-то плавает гигантская акула. Он удивительный режиссер, который не может оставить зрителя равнодушным, и замечательный человек — с ним все хотят работать. Я сам мечтал об этом очень долгое время».
Несмотря на восемнадцатилетнюю разницу в возрасте, Круз и Спилберг стали друзьями — разумеется, дружба почти сошла на нет после того, как случился инцидент с прыжками на диване накануне премьеры «Войны миров». Спилберг был не слишком доволен тем, что промоушен Круз устроил не фильму, а Кэти Холмс. Но в период работы над «Особым мнением» их отношения складывались прекрасно. У них было много общего — оба достигли необычайно высокого положения в Голливуде и оба были трудоголиками, упрямыми и дотошными в работе. Обоим им приходилось мириться с тем, что к ним постоянно приковано всеобщее внимание. Кроме того, им обоим были присущи черты Питера Пена — мальчишеский задор и готовность смотреть на мир широко распахнутыми глазами при почти полном отсутствии цинизма. В Стивене это было даже больше заметно, поскольку у него и возраст был солиднее — пятьдесят лет. Вероятно, Спилберг разглядел в Томе потенциального героя своих будущих фильмов «Звездные войны» и «Индиана Джонс».
«С Томом очень приятно работать. Он профессионал и знает, что и как надо делать, — считает Спилберг. — Он справляется со своей задачей всегда на пять с плюсом, и из хорошей идеи получается отличная. Он может настолько преобразить изначальный замысел, что фильм станет на порядок интереснее и динамичнее».
Том тоже был доволен их сотрудничеством: «Успех фильма во многом зависит от режиссера, а у Стивена всегда есть в запасе гениальные идеи, которых нет ни у кого другого. Я очень счастлив, что мы с ним наконец оказались «на одной сцене».
Фильм привлекал Круза тем, что участие в нем требовало определенного риска: «Я всегда ищу что-то новое. На съемки я оправляюсь как в путешествие, чтобы сделать то, чего раньше никогда не делал. Мне нравится меняться и принимать вызов любой степени сложности». Нельзя сказать, что характер полицейского Джона Андертона, который страдал от кошмарных воспоминаний, так уж был близок Крузу. Сюжет можно поделить на две неравные части. Первая дает ответ на вопрос, убьет ли Андертон неизвестного ему человека и если да, то каковы мотивы. Получив на него ответ примерно на втором часу фильма, герой начинает искать истинного виновника случившегося.
«Это потрясающая идея, и довольно новая, — заметил Том. — Мы же часто слышим о том, что ученые стараются разработать методы прогнозирования человеческого поведения на основе причинно-следственных связей. Это делается в целях более эффективной борьбы с преступностью и повышения уровня безопасности в обществе. Прежде всего такие методы приостановили бы опасность терроризма. Если бы люди научились предупреждать преступления, можно было бы спасти немало жизней».
Спилберг придерживался немного менее оптимистичной точки зрения в отношении применения столь фантастических технологий в реальности: «Я верю в развитие технологий и в то, что со временем мы действительно научимся использовать их для спасения человеческих жизней, поэтому и выбрал такой сюжет для фильма. Но для меня эта картина все-таки больше мечта и фантастика, которая, я надеюсь, заставит зрителей отвлечься от повседневности и задуматься, хотя бы из любопытства, каким будет наш мир через полвека».
В отличие от «Искусственного разума» «Особое мнение» ожидал успех: почти девяносто процентов рецензий были положительными, фильм собрал в мировом прокате триста пятьдесят миллионов долларов. Том Круз и Спилберг решили и дальше работать вместе. И случилось это гораздо раньше, чем они предполагали. Как и Том, Спилберг ежедневно просматривал кипы сценариев, которые присылали в его студию. При выборе он, по его собственному признанию, чаще руководствовался интуицией, а не логикой, поскольку на логические размышления у него просто не было времени. Шестое чувство подсказывало ему, что со съемками четвертого фильма об Индиане Джонсе надо подождать. В то же время Том очень сильно сомневался в успешности сценария третьей «Миссии». Зато у Спилберга была давняя мечта снять фильм по роману Уэллса «Война миров», написанному в 1897 году, о вторжении марсиан на Землю. Дэвид Копп, на которого Спилберг возлагал надежду как на сценариста «Миссии» и «Парка Юрского периода», отказался в одиночку работать над этим проектом. Том приостановил начало съемок «Миссии» и решил заняться «Войной миров» в августе 2004 года.
Том родился как раз тогда, когда Орсон Уэллс сделал свой знаменитый ремейк радиопостановки «Войны миров» 1938 года. Впервые он услышал о «Войне миров» по радио: «Я тогда предпочитал слушать радио, а не смотреть телевизор, особенно когда моя мама ложилась отдохнуть. Я тихо спускался вниз и включал радио, чтобы послушать пьесы. Книгу я прочитал лишь пару лет назад. И она произвела на меня сильное впечатление. Но в 1938 году в это произведение вкладывали другой смысл, поскольку все знали, что близится война в Европе».
Уэллс в свое время тоже подразумевал не столько марсианское вторжение на Землю, сколько образное воплощение колониальной агрессии Британской империи. Писатель вкладывал гуманистический смысл в свое произведение, стремясь напомнить людям, что они не должны воевать друг с другом, поскольку им, возможно, придется когда-нибудь защищаться от более серьезной внешней опасности. Всякий раз интерес к роману Уэллса возникал в моменты, когда где-то начинали сгущаться тучи в преддверии военного конфликта. В 1938 году постановка пьесы почти совпала с известием о еврейских погромах в нацистской Германии, так называемой «хрустальной ночи». Спустя три года Германия объявила войну США.
марта 2003 года американские войска вторглись на территорию Ирака. Связывал ли каким-то образом Спилберг свой замысел с этими событиями? «Вообще-то я не делаю политически направленные фильмы, — заметил он. — Я и не думал своим фильмом выступать против этого военного конфликта, не имел в виду никакого осуждения колониальной политики, поскольку существуют гораздо более эффективные формы протеста, нежели фантастическое кино, но все-таки считаю, что Америка последние пять лет явно преследует империалистические цели. Политика нынешнего правительства у многих вызывает недовольство».
Том постарался избежать политических высказываний и обратился к сайентологии, которая осуждала всякую агрессию одних людей против других. Однако его трактовка идеи фильма носила скорее социальный характер: «Люди во все времена воевали за расширение своих территорий. Из-за различий в вере или по каким-либо иным причинам борьба за власть никогда не прекращалась. Но у общества есть не только внешние враги. Худшее зло — внутри его. Это наркотики, нетерпимость и аморальное отношение друг к другу. Эти вещи приносят нередко еще больше вреда, чем война. Я много путешествовал, мне довелось побывать в разных странах, и везде есть эти отталкивающие черты — в каждой культуре у каждого народа. Они представляют собой реальную и очень серьезную опасность». На вопрос, верит ли он в возможность вторжения инопланетян на Землю, он ответил, что слишком претенциозно считать себя единственными обитателями Вселенной — возможно, у людей есть опыт жизни на других планетах, и они даже могут его вспомнить.
Даже Спилберг, создатель фильмов об инопланетянах, был ошарашен таким заявлением Круза: «Верю ли я в появление инопланетян? Я не исключаю, что во Вселенной существуют иные цивилизации, населенные разумными существами. Но в то, что мы можем с ними встретиться, я верю сегодня гораздо меньше, чем когда мне было двадцать пять. Не знаю, смогут ли люди когда-нибудь построить корабли, на которых действительно можно было бы совершать космические полеты на далекие планеты. Вряд ли к нам когда-нибудь заявятся гости из космоса. Могу лишь добавить, что у меня было немало знакомых, которые утверждали, что «лично их инопланетяне точно навещали»».
Тем не менее вера в существование инопланетян в Америке очень сильна. Огромное количество людей уверяют, что они были похищены инопланетными существами или подверглись сексуальному насилию с их стороны. Сценарист Дэвид Копп высказался по этому поводу довольно скептически: «Я думаю, что если они настолько развиты, что в состоянии построить корабли, на которых можно свободно путешествовать в космосе, то им совершенно ни к чему сперма недалеких землян. Все это следствие эгоцентрического человеческого представления о себе и о мире, доходящее до абсурдных предположений о том, что даже суперинтеллектуальным созданиям могут быть интересны наши задницы и гениталии». Копп, начав писать сценарий «Войны миров», перенес место действия из Англии девятнадцатого века в современный Нью-Джерси, чтобы сделать историю Уэллса ближе американским зрителям. Но главный герой, Рэй Феррье, был сохранен. Круз приложил немало усилий, чтобы сделать фильм захватывающим: «Я хотел, чтобы это был не просто блокбастер. Мне надо было показать, что это еще и история отдельной семьи — об отношениях близких людей, о доверии и любви детей и родителей. Чтобы люди задумались над вопросом о том, все ли средства хороши, чтобы, например, спасти своего ребенка».
Интересы Круза и Спилберга совпали, потому что последний крайне. нуждался в том, чтобы роль главного героя досталась настоящей звезде. Но еще больше ему нужен был хороший актер, достаточно талантливый для того, чтобы заставить людей поверить в фантастические и ужасные события, происходящие на экране. Вряд ли кто-либо мог заменить здесь Тома. Но был и еще один аргумент в его пользу — нужен был не просто хороший актер, а обожаемый публикой. «Я старался сделать все, чтобы Том Круз смотрелся в картине органично, — вспоминал он. — Обычный парень, не герой, простой рабочий из Нью-Джерси, не слишком удачливый в жизни. Он должен был так же бояться, как и все остальные, так же переживать и метаться в поисках выхода, иначе зрители не поверили бы в происходящее».
Том полностью оправдал его ожидания. Сыграл он просто превосходно. Многие критики объясняли это тем, что Круз в это время был сильно влюблен. Но скорее всего причина была еще и в симпатии к маленькой актрисе. Между ними установилось полное взаимопонимание. Они ходили, держась за руки, играли вместе. Он давал ей послушать свою любимую музыку, а она вязала ему шарф. Звали ее Дакота Фаннинг, ей было десять лет. В фильме она сыграла его дочь.
Талант Дакоты Фаннинг Спилберг заметил, когда ей было восемь лет. Она уже тогда снялась в телесериале «Похищенный» и стала одной из самых успешных юных актрис. Круз был очень доволен ею, уверяя, что только благодаря ее таланту он смог сыграть так естественно. В одном из эпизодов ему предстояло прыгнуть вниз с четырнадцатифутовой высоты, прижимая к себе Дакоту. Прыгать нужно было в бассейн, из которого они потом выныривали, при этом Дакота держалась за его шею. Том вспоминал: «Я боялся, что с ней что-нибудь случится, к тому же надо было всплыть очень быстро, несмотря на вес Дакоты, тянувший меня вниз. Я очень старался и на всякий случай даже предупредил ее — если что-то будет не так, пусть она мне скажет. И тогда она сказала: «А можно сделать так, чтобы мы выплывали чуточку быстрее, Том?» Ведь мы не дышали под водой». Рассказывая, он искренне восхищался ее стойкостью и вежливостью.
Эпизоды бегства и паники удались на славу. Наиболее напряженные моменты — это заслуга соавтора сценария, Дэвида Коппа, который привнес в фильм свое видение героев. Фильм стал хитом, в результате даже президент «Юниверсал» Рон Майер по просьбе Круза, его пресс-агента сестры Ли Энн Деветт и Стивена Спилберга дал разрешение на то, чтобы на съемочной площадке был установлен тент, рекламирующий сайентологическую церковь, что вообще-то было очень рискованным шагом, если учитывать ее весьма сомнительную репутацию. Условие было поставлено только одно — не использовать тент для агитационных целей и пропаганды. Но неприятностей все-таки не удалось избежать: каждый приходивший на съемочную площадку журналист неизбежно начинал задавать вопросы относительно тента. Иногда это выливалось в не совсем мирные дискуссии. Можно только добавить, что со стороны сестры Круза излишнее сайентологическое рвение явно стало ошибочным пиар-ходом.
Глава 21
Прирожденный убийца
Между двумя картинами Спилберга Том успел сняться еще в одном фильме для «Дрим уоркс» — «Соучастник». Стивен к нему почти не имел никакого отношения. Фильм создавался под эгидой супругов Уолтера Паркерса и Лоры Макдоналд, которые продюсировали «Поймай меня, если сможешь» и «Терминал» и были близкими друзьями и коллегами Спилберга.
Идея «Соучастника» принадлежит молодому талантливому австралийцу Стюарту Битти. Водитель такси, случайно нанятый неизвестным приезжим, становится свидетелем пяти убийств, совершенных его пассажиром. Шестой жертвой должна стать привлекательная женщина — федеральный прокурор, к которой водитель Макс оказывается неравнодушен.
Режиссером фильма стал Майкл Манн, который не снимал фильмы с тех пор, как завершил работу над картиной «Али» с Уиллом Смитом в роли главного героя, легендарного боксера. Однако его карьеру нельзя было назвать неудачной, поскольку Манн удостаивался номинации на «Оскар». Он также был сценаристом и режиссером «Полиции Майами» и триллера «Красный дракон», снятого по роману Харриса «Охотник на людей». Манн, будучи американцем, учился режиссерскому искусству в Лондонской международной школе кинематографии под началом Чарлза Крайтона, режиссера «Банды с Лавендер-Хилл», не снимавшего фильмы в течение двадцати пяти лет, пока Джон Клиз не предложил ему сценарий «Рыбки по имени Ванда».
При отборе актеров Крайтон обычно руководствовался принципом полной противоположности. Актеров на главные роли он выбирал по контрасту друг с другом. Манн использовал его опыт в кастинге для «Соучастника». Он пригласил эксцентричного, импульсивного комедианта и певца Джейми Фокса на роль водителя такси и более чем героического и безупречного американца Тома Круза на роль наемного убийцы. Хороший оказался плохим и наоборот. Манн так объяснял свой выбор: «Это было неожиданное распределение ролей, но очень эффектное, а для самих актеров этот опыт был просто бесценен, ведь это было им в новинку».
Манн поначалу не рассчитывал на то, что Круз примет его предложение. И, как обычно, Том внес в характер своего героя существенные изменения: «Майкл Манн прислал мне сценарий. Я бы не сказал, что сюжет отличался особой интеллектуальностью. Мне он не понравился, но чуть позже я решил, что стоит его доработать. Мне вспомнились слова Черчилля о Гитлере: «Слава Богу, что я никогда не встречался с ним, иначе я рисковал бы попасть под его чары». Это очень справедливое замечание в самом широком смысле — в нем есть объяснение того, почему Винсент спокойно идет и убивает этих людей, не задумываясь об ответственности. Ему все равно, каковы они, он о них ничего не знает».
Манн вместе с Крузом придумал, как должен выглядеть Винсент — хорошо одетый непримечательный человек в сером костюме и белой рубашке. «Иногда актер сам создает образ героя таким, каким он его представляет, но бывает и так, что внешность героя диктует поведение актера», — считал Круз. Он заинтересовался личностью Винсента, интуитивно чувствуя, что у этого персонажа должна быть какая-то мрачная история. Оказалось, что Винсент вырос в маленьком провинциальном городке в штате Индиана. Они даже примерно определили, как выглядели места, связанные с его детством. Мать умерла во время родов, и его вырастили дедушка с бабушкой. Однако если каждый сирота станет убивать по шесть человек за ночь, мир превратится в настоящий ад.
Манн всерьез беспокоился, что повышенный интерес Круза к внутреннему миру героя заставит актера и правда почувствовать себя киллером. Три месяца Том учился владеть огнестрельным оружием так, как это делают профессиональные военные, полицейские и все те, кто привык постоянно использовать его при случае. Кроме личного интереса к Винсенту, Круза увлекла проблема антисоциального поведения героя, поскольку сайентология постоянно поднимает вопрос о том, что отсутствие необходимых знаний у человека часто направляет его на ложный и преступный путь. Таким образом, во главу угла также ставились и вопросы морали.
Фильм принес успех режиссеру, но не слишком много дал Крузу. Рецензии были прохладные, и в прокате фильм собрал только миллион долларов. Как всегда, «Оскар» получил не Круз, а его партнер Джейми Фокс в номинации «Лучшая мужская роль второго плана». «Соучастник» дал Джейми возможность сняться в картине, посвященной истории жизни знаменитости — чернокожего слепого музыканта Рэя Чарльза. В 2005 году он получил «Оскар» как «Лучший актер» за этот фильм.
В марте 2004 года старшая сестра Тома Ли Энн Деветт объявила, что ее брат еще в январе расстался с Пенелопой Крус. И добавила, что роман завершился по обоюдному согласию. Вскоре за этим последовали подтверждения Роберта Гарлока, пресс-агента Пенелопы Крус, и уверения, что Том и его подруга, несмотря ни на что, остаются друзьями. Вероятной причиной разрыва стало равнодушие Пенелопы к сайентологии, которой Круз безуспешно пытался заинтересовать ее.
На момент расставания они находились далеко друг от друга: Пенелопа — на съемках в пустыне Сахара, а Том был занят картинами Спилберга и съемками «Соучастника», так что общались они исключительно по электронной почте.
Сеньорита Крус присутствовала на премьерах фильмов Тома, но в остальное время не слишком удачно снималась в фильмах «В маске и безымянный» с Бобом Диланом, «Готике», «Фанфане-Тюльпане» и «Голове в облаках». Об этом свидетельствовали высказывания зрителей — все единогласно сходились в том, что не стали бы смотреть во второй раз ни один из этих фильмов. Пенелопе тем не менее пришлось очень много ездить по миру — она побывала в Канаде, Италии, потом снова в Канаде, в Париже в Лондоне. Том, занятый своими проектами, не мог присоединиться к ней. Он находился в это время почти на краю света — в Новой Зеландии, где снимались «Последний самурай» и вторая «Миссия».
Союз Пенелопы и Тома нельзя было назвать несчастливым или даже случайным и коротким — пара провела вместе три года и, возможно, могла бы не расставаться и дальше, но во время съемок в Сахаре с Мэттыо Макконахи в журналах постоянно появлялись общие фотографии Пенелопы и ее партнера, что, вероятно, действовало Тому на нервы.
Тогда же впервые он открыто начал заявлять о своей приверженности сайентологии и пытался пропагандировать ее в интервью, которые он давал в августе 2004 года по поводу презентации фильма «Соучастник». Он обескураживал журналистов лекциями о вреде наркотиков и опасности антидепрессантов, хотя в течение пятидесяти лет различного рода психические заболевания и неврозы принято лечить стимулирующими выработку серотонина препаратами. Один из них — прозак — был признан наиболее эффективным средством для повышения эмоционального тонуса пациентов. Сегодня антидепрессанты считаются в международной медицинской практике единственно надежными препаратами, позволяющими устранять последствия стрессовых нагрузок и нормализовать психическое состояние больных, страдающих депрессиями. Все эти доводы не могли переубедить Круза и уберечь его от опрометчивого стремления внушать собиравшимся на его пресс-конференции корреспондентам идею писателя-фантаста Рона Хаббарда о вреде психотропных препаратов. Пусть каждый сам решает, кто в данном случае был прав, а кто заблуждался.
Разумеется, прозак не безвреден и его эффект может быть приравнен к воздействию алкоголя, однако это не повод для того, чтобы актер такого уровня, как Круз, публично призывал докторов отказаться от терапии, в которой нуждаются столько пациентов.
Том, в свою очередь, безусловно, имеет полное право верить в то, что путь спасения и источник душевного равновесия открывается исключительно через двери сайентологической церкви, по вполне понятным причинам он и не может придерживаться иного мнения, находясь в близких дружеских отношениях с главой этой организации Дэвидом Мискэйвиджем. Нет ничего удивительного и в том, что одной из сторонниц учения сайентологов, Джессике Родригес, было поручено «присматривать» за Кэти Холмс, когда ее отношения с Крузом приобрели весьма серьезный характер. В результате Кэти по доброй воле согласилась стать адептом сайентологической церкви и, узнав, что беременна, решила, что непременно будет пропагандировать принципы сайентологии во время бэби-шоу в центре сайентологической церкви в Лос-Анджелесе.
Поведение Тома в течение 2005 года негативно сказалось на отношении к нему многих его поклонников. В конце концов это привело к тому, что «Вэнити фэр» разразилась статьей под заголовком «Том Круз сошел с ума?», а в «Роллинг стоун» в марте 2006 года появилась огромная статья, в которой обсуждались и осуждались вредные последствия деятельности сайентологов.
Это уже были тревожные сигналы, поскольку «Роллинг стоун», как правило, оставался наиболее лояльно и дружелюбно настроенным журналом по отношению к Тому и его творчеству на протяжении двадцати лет. Жан Венер, редактор, даже сыграл эпизодическую роль в фильме «Джерри Магуайер», а Кэмерон Кроу, режиссер фильма и друг Круза, был корреспондентом «Роллинг стоун». В статье были подвергнуты жестокой критике заявления Рона Хаббарда о том, как он получил свои космические откровения и ознакомился с историей появления человечества на планете Земля, куда были отправлены все человеческие «излишки» с другой перенаселенной планеты. Более того, там были приведены факты того, что люди жертвовали сайентологам сотни тысяч долларов в надежде получить «ключи от счастья и абсолютной свободы».
Как и следовало ожидать, в такой ситуации после выхода третьей «Миссии» журнал не стал расхваливать фильм. Сюжет нельзя было назвать удачным и оригинальным: руководство просит Итана принять участие в последней операции — спасении его бывшей ученицы Линдси Феррис из лап торговца оружием Оуэна Дэвиана. Съемки и спецэффекты в третьей «Миссии» получились неплохо, но в остальном фильм мало чем отличается от множества стандартных экшн-драм, триллеров и детективов. Нет в нем ни глубины, ни настоящей страсти, хотя многие моменты и перекликались с куда более успешным телесериалом «Шпионка», снятым Джеем Абрамсом, в котором сыграла Дженнифер Гернер.
Ходили слухи, что начало съемок третьей «Миссии» было приостановлено из-за того, что режиссеры Дэвид Финчер и Джо Карнаган отказались продолжать работу, и Том взялся за «Войну миров». Но в данном случае проиграли они, а не Круз. После просмотра сериала «Шпионка» Том заметил, что Абрамс, снимавший также очень успешный сериал «Остаться в живых», прекрасно умеет создавать фильмы в жанре экшн. Пригласив Роберто Орчи и Алекса Куртцмана в качестве сценаристов, а Абрамса режиссером, он не ошибся. В фильме немало удачных эпизодов — воздушный бой, похищение в Ватикане, схватка на мосту. Но в целом в нем слишком много Итана. Он повсюду — на небоскребах Шанхая, летящий на тросах, рискующий ежеминутно разбиться насмерть, бегущий по лабиринтам китайских улиц, идеально вооруженный и всегда остающийся живым и невредимым, безупречный даже по отношению к своей возлюбленной (Мишель Монаган), которая позже признавалась: «Я и мечтать не могла о таком парне, завидовала Кэти Холмс и теперь понимаю, почему она так влюбилась».
Фильм повторяет антураж предыдущих картин — маски из латекса снимаются именно тогда, когда зритель хочет и ждет этого больше всего, музыкальные темы Лало Шифрина так же восхитительны, компьютерные спецэффекты нельзя назвать неудачными, но на фоне многих других блок-бастеров они не оригинальны.
Эпилог
В последний раз я видел Тома у кинотеатра на Лейчестер-сквер в мае 2006 года, когда состоялась премьера его фильма в Лондоне. Он был одет, как всегда, в строгий темный костюм и улыбался, как всегда, своей обворожительной улыбкой, раздавая автографы поклонникам. Внутри, в зрительном зале кинотеатра, где находились сотни людей, пришедших на просмотр фильма «Миссия невыполнима-3», это зрелище транслировалось на широком экране, и, должно быть, многие из них недоумевали, зачем сорокатрехлетний мужчина четыре часа подряд позирует, фотографируясь с незнакомыми людьми или болтая по мобильным телефонам с их друзьями и родственниками.
Кэти в это время оставалась с родившейся только шесть дней назад дочерью Сури. По непостижимой иронии судьбы в той же клинике Святого Иоанна в Санта-Монике в один день с ней Брук Шилдс, которую Круз осуждал за прием психотропных препаратов, тоже родила дочь. Сури на армянском языке означает «здоровая», на санскрите — «мать Солнца», а на древнееврейском — «уходящая прочь».
Беременная Кэти нередко мелькала в новостях гордо прогуливавшейся по Беверли-Хиллз. В прессе то и дело дискутировали о том, можно ли женщине кричать во время родов (согласно теории Рона Хаббарда, ребенок должен появляться на свет в полной тишине). Том прекратил споры на эту тему, заявив, что его жена будет рожать под наркозом и кричать от боли ей не придется.
Он собирался провести несколько месяцев после рождения ребенка рядом с женой, помогая ей менять подгузники, однако она сама настояла на том, чтобы он отправился на премьеру третьей «Миссии». Тур прошел по городам Европы — Риму, Лондону, Парижу. Затем Круз прибыл в Мехико-Сити, пересек Нью-Йорк на мотоцикле, разъезжал на такси, кружил на вертолете, носился на спортивной машине и наконец остановился в Трибеке и Гарлеме. Там рекламировался фильм.
В прессу просочилась информация, что Николь направила Кэти поздравления в связи с рождением дочери, но пресс-агент Кидман резко опроверг эти слухи, чем несколько смутил публику.
После развода Кидман и Круз отдалились друг от друга. На шоу Дэвида Леттермана, когда ее спросили о разводе — что она думает теперь обо всем этом, Николь ответила: «Я наконец-то могу носить каблуки!» Эти слова прозвучали как довольно ядовитый намек на невысокий рост ее бывшего мужа. Впрочем, в другом интервью, в мае 2006 года, она заявила, что вовсе не это имела в виду и Круз не коротышка. 
После того как она получила «Оскар», ее самооценка явно повысилась. Она стала более уверенной в себе, прежние неудачи были наконец позабыты. Николь стала вполне успешной актрисой и одной из самых знаменитых женщин в мире, по-прежнему избегающей чрезмерного внимания прессы. Хотя теперь она более охотно отвечала на вопросы и держалась более раскованно, проходя по красной ковровой дорожке на высоких каблуках. Было ли но как-то связано с ее разводом? В любом случае Николь нельзя относить к категории женщин, которые неспособны простить мужчину за то, что он стал инициатором развода. Свобода принесла ей успех, и все же она до сих пор не скрывает, что ее чувства к Тому не угасли. «Я до сих пор люблю его», — сказала она в интервью «Лэйдиз хоум джорнал».
Но отношение к Крузу со стороны публики все же изменилось: согласно опросу, только тридцать пять процентов американцев все еще считают его своим кумиром, а у пятидесяти одного процента он не на самом хорошем счету. В год премьеры «Войны миров» рейтинг был куда выше — его любили пятьдесят восемь процентов зрителей. И никакие прыжки с небоскребов уже не могут поправить ситуацию. К третьей «Миссии» критика отнеслась более терпимо, чем можно было ожидать: семьдесят один процент отзывов оказались позитивными, тогда как только пятьдесят восемь процентов оценили вторую «Миссию» как хороший фильм. Но на прибыли в прокате этот факт не повлиял — в первую неделю фильм заработал только сорок восемь миллионов долларов, тогда как прибыли второго фильма за тот же срок составили пятьдесят восемь миллионов. Возможно, причина заключалась в том, что премьера второго фильма приходилась на праздничный день в Америке — День памяти, что привлекло в кинотеатры гораздо большее число зрителей.
Но все же не стоит забывать одну важную деталь — большую часть поклонников Тома Круза составляет прекрасная половина человечества. Это действительно так — женщин среди его фанов куда больше, чем мужчин. Если учесть, что на протяжении всего 2005 года Круз постоянно выставлял себя на посмешище перед прессой, на телевидении и в Интернете, то стоит ли удивляться тому, что женщинам это не понравилось?
Круз уверяет, что без сайентологии он не добился бы всего того, что имеет на данный момент, но, к сожалению, как это ни грустно, именно сайентология нанесла сокрушительный удар по его звездной репутации. Это очень печально, потому что, на мой взгляд, он остается одним из наиболее ярких и талантливых киноактеров и на редкость дерзким и инициативным продюсером в Голливуде. Однако Том в отличие от многих других голливудских знаменитостей относится к тому редкому типу актеров, которые не путают свою реальную жизнь с кино. Свидетельство тому — его отношения с женщинами-актрисами, бывшими его партнершами в многочисленных картинах. И тем не менее с некоторыми из них, начинавшими как претендентки на ту или иную роль, впоследствии у него завязывались личные отношения. Трудно сказать, что им двигало, когда он весной 2005 года встречался в Лос-Анджелесе с Дженнифер Гернер, Джессикой Альба и Скарлетт Йоханссон: мысли о работе или же что-то другое…
Дэвид Мискэйвидж вручил Тому Крузу «Медаль свободы за отвагу» и напомнил, что каждый адепт сайентологической церкви должен сделать все от него зависящее, чтобы распространять это учение в мире: «Примите это как данность. Для вашей проповеди должен быть открыт весь мир, потому что весь мир — ваша сцена».
Вот почему ночью на премьере «Войны миров» Том Круз провел столько времени на Лейчестер-сквер, раздавая автографы, — весь мир был его сценой.